Михаил Северный – Вспомнить все (страница 15)
– Я с удовольствием вас найму, – сомневался Григорий и даже со своего зверя слез, тот мягко опустился на колени перед этим, – но вот проверка нужна на силу и умения. А вдруг вы шаромыги какие? Или вон как пленник этот? Непонятно кто? То славянин, то степняк. То колдун, то мертвец.
Он пощупал правую руку у Влада и поцокал языком, когда тот отдернул. Посмотрел на меня и покачал головой прищурившись.
– А ведь и правда не похожи вы на богатырей. Темный лес он вон в трех верстах уже, а товары дорогие у меня.
– Так испытай нас, – сказал Влад, – Чего тянуть русалку за хвост.
На том и порешили. Хотя мне это не понравилось.
Караван съехал с дороги и поставили подводы кругом, образуя площадку. Слуги предвкушая удовольствие чуть на головы друг другу не повылазили. Охранники уселись кольцом, да копья на землю побросали рядом с собой. Мы с Владом переглянулись: никто и замечания не сделал, охрана тут не налажена. Даже из палантина крытого выглядывали женские лица любопытные. Интересно это дочки его или жены? Не поймешь ведь тех басурман.
Первым испытание был кулачный бой с младшим витязем, самым молчаливым – Алёшенькой. Хотели на мечах драться, но на наши деревянных, учебных. А настоящими Григорий драться запретил. Сказал что ему нужно новых набирать, а не страх наемников лишаться.
Бились недолго. Алеша был быстрый и хитрый. Под удары не подставлялся, кружил вокруг Влада и старался сам бить. Порхал как бабочка, жалил как пчела, но Влад хоть и неповоротливый спуску не давал. Следил за противником, близко не подпускал. Блокировал удары встречные, да сам легонько отвечал как будто невпопад.
Витязи начали посмеиваться, сначала тихо, потом громче и торговец заулыбался. Но я молчал и за Влада не переживал. Знаю я этих сельских ребят, закаленных в потасовках вечерних. Он всего лишь присматривался и ждал момента. А потом два быстрых удара на выдохе – фух, фух просвистел ветер и быстрый Алеша стал лежачим Алешей. Хорошо, что не мертвым. Я бы такую в голову серию не выдержал.
Бросились витязи на подмогу было да и я с перепугу за пращей полез, но хозяин опять все решил полюбовно. Прошел Влад испытание и мне удачи пожелал. Следующий я был, ага.
Задумал он на меткость нас проверить. Бой на расстоянии, а вдруг нежить летучая нападет? Я не переживал, как раз можно новую пращу опробовать.
– А что лука нет? – удивился Григорий.
– Итак сойдет.
Против меня выставили Добрыню с луком добротным. Красивый, дорогой я даже позавидовал его колчану богатому. Не то, что мои камушки на поясе. Зато мои бесконечные.
Приказал Григорий стрелять по птицам пролетающим, так как посуду вверх подкидывать пожалел. Говорит дорогая очень. Целого раба можно наменять, то есть не раба, а меч булатный.
Вот мы и ждали птицу. Кто первый промахнется, тот и проиграл.
Ждали ее долго. Ни одна тварь в сторону Темного Леса не полетала, ни один зверь не пробегал. Темнеть уже начало, когда летучая мышь на беду мелькнула.
Завизжали кумушки-родственницы, повскакивали засидевшиеся воины и даже оба витязя проснулись. Мы с Добрыней не спали, но я чуть не упустил, хорошо что Влад в бок толкнул. Размахнулся и камень выпустил по уже падающей цели. Шеф послал одного из воинов за трупом. Тот принес, да побежал копье искать, которое друзья уже спрятали ради шутки.
– Стрелой горло пробито, – сказал купец, выдергивая эту самую стрелу, – витязь Добрыня ловчее оказался.
Он посмотрел на меня, как на котенка с переломанной лапкой, жалостливо и участливо, но я не переживал.
– Не спеши, торговец, – вступился вдруг Иван, – на голову летучки глянь.
Голова была размозжена в кровавую кашу и это не из-за стрелы или удара о землю.
– Ага, – кивнул я, – Ничья. Третье испытание какое?
Григорий посмотрел на пустое небо и вздохнул.
– Не будет третьего. Ночь уже скоро, хотелось бы хоть часть Темного Леса проехать. Лошади у вас есть?
Лошадей у нас не было, как и у торговца. Поэтому определили нас в повозку с умалишенным татем. Влад садиться не захотел, да пошел вдоль вереницы повозок, сразу вошел в роль профессионального наемника. У меня ноги гудели и я примостился в повозке, напротив татя. Тот бормотал, перебирая имена.
"Иван! Занято. Добрыня! Занято! Белослав! Занято. Темнослав! Занято!"
И так без остановки в одном тоне. Жуть. Да и лес в который мы въехали был не лучше.
Я вздрогнул, когда подъехавший витязь ударил свернутой плеткой по плечу.
– Не бойся, богатырь.
Они подъехали ко мне двое: Иван и Григорий.
– Как устроились с другом? – спросил торговец.
– Да вот, – говорю, – сел отдохнуть, пока брат порядки у вас наводит.
– Ага, ага, – сказал торговец как будто и не слышал меня, – А что сталкивались раньше с нечистью?
– Бывало.
Иван хмыкнул и поехал дальше.
– Ну тогда думаю справитесь. Еще неделю назад я слышал об этом жутком лесе.
Чужестранцу точно хотелось выговориться и я не стал мешать, хотя с удовольствием бы подремал. Еще этот черт бормочущий рядом.
"Владимир! Нет. Кощей! Нет! Соловей! Нет! Тать Всемогущий! Нет. Да что такое!"
– Темный лес. Говорят, что он всегда нечистью полон был. Где еще видано такой длины лес, который за день только можно проехать рысью сменив трех загнанных лошадей. И это раньше было. Сейчас нежити расплодилось, что никто не суется через него. Врут?
– Не знаю, – я пожал плечами, – Не слышал.
– А я наслышан. Много коллег здесь осталось. Как богатыри пропали, так и никто не чистит лес. Хорошо, что вы не пропали.
– Хорошо, – согласился я а сам подумал, что немного приврамши мы с Владом. Хотя нежить убивать доводилось.
– Я всю жизнь в пути, – поделился торговец, – Ночных лесов не боюсь. Но этот жуткий. Вот что значит наслушался сплетен. Врут?
- Что это?
Добрыня дал знак каравану остановиться и Григорий подтвердил.
- Ты слышал? – спросил Влад. Он тоже уже стоял рядом. Естественно я слышал женский смех в полночь посреди темного-темного леса. И это были не жены нашего калифа. Более раскованный, более свободный и более злой я бы назвал.
Караван стоял тихо и все молчали, только фыркали беспокойные лошади и чавкал губами верблюд. По приказу витязя охранники ощетинились копьями.
- Ну кто будет грабить караваны при свете луны? – прошептал Влад, – ничего не видно.
В ответ я ткнул пальцем за его спину. Ну, конечно, нежить всегда тянется ко мне, с моим то счастьем. Луна как раз осветила прогалину из которой появилась девушка бледная с волосами чёрными, распущеными и длинными до колен.
- Голая?
- Не надейся, в сорочке.
Мертвая девушка вытянув руки шла в сторону моей телеги, она ещё и плохо видящая. Развернулась и пошла в сторону женскую. Те как будто и не спали. Вой подняли такой, что вурдалаки в могилах перевернулась.
- Где эти чертовы витязи? – как назло пропали, когда они так нужны. Мертвячка уверенно шла мимо нас, хотела полакомиться женскими глупыми мозгами, я бы поспорил о пользе такой еды, но я не вурдалак.
Охранники сбились в кучу, копья торчат вверх, а узкие глаза беспомощно следят за мёртвой славянской девушкой.
- А ну ка мужики! Встали и ощетинились копьями, да так что бы нежить не прошла к дивчатам!
Черные оглядываются по сторонам в поисках других начальников, но здесь только я и Влад. Шеф пропал и троих наемников не видно.
- Вперёд говорю! За Родину свою постоим!
Охранники наконец шевелятся и перебегают на место прикрывая задами женский шатер, копьями тычут вперёд и мёртвая девка останавливается в нерешительности. Бросается вправо, влево; натыкается руками на острые наконечники и отскакивает назад. Слепые глаза не двигаются, но уже так не пугают.
- Ага! – кричу я, – не все так просто, панночка!
Она скрежещет зубами, но не может прорваться. Рвется к нам, но уже и сюда хода нет.
– Молодцы! – кричит Влад, – Это вам не Индия! На Руси сражаться нужно во всю силу!
Мертвая девка шипит, но натыкается на острое и отступает, злобно скривившись. Охранники работают слаженно и четко. Подлетает на своем верблюде хозяин и спрашивает, что делать. Голос у него немного заплетается, лицо серое. Боится, но держится.
– В круг ставьте палатки. Не нравится мне это. Ткни ее сильнее.
Один из узкоглазеньких шагнул вперед и ударил копьем. Слепая среагировала и дернула на себя. Человечек улетел вперед и пропал в темноте, вместе с ним пропала и нежить.