Михаил Северный – Пункт выдачи № 13 (страница 58)

На всех парах

****

Вынырнуть я вынырнул, но как воды в рот набрал. В ушах гудит, как в турбине самолета, тошнит как после контузии, глаза хотят выпрыгнуть на волю и покатиться по щекам улитками без панцирей. Мир вокруг кружит и посерел изрядно, как в занудном авторском кино. «Сопля ползет по проволоке» и всё такое.

Короче говоря все эти насильственные магические погружения в чужие сны не очень-то и полезны. Выход из такой прогулки всегда тяжелый и на голову давит. А когда во сне умираешь, просто ранен или попадаешь еще в какой-нибудь замес «нехорошеть» будет пропорционально ужасу пережитому.

Не знаю, сколько я разглядывал потолок ржавого света высунув язык, сколько раз мелькнули встревоженные лица перед тем как я хотя бы начал моргать, а потом перевернулся на бок и попробовал вырвать гадость, которая рвалась наружу. Потерпел неудачу и только тогда начал соображать.

Живот бурчал, как ворчливый старик, а мой оживший труп шарил рукой по лежбищу и бурчал.

— Что ты говоришь? — появился какой-то тип с косичкой, — что ты хочешь нам сказать?

— Он спрашивает где он находится, — ответил второй, спокойный и холодный как бочка со льдом, — наверное ищет своего друга-недочеловека. Вон туда смотри, отполз и пытается встать. А на вид слабее казался. Понятно почему они войну проиграли с такой-то армией.

Я всё еще не до конца понимал ситуацию, но точно знал одно. Вон тот персонаж, который уже ввстаёт на ноги не должен никуда уйти пока я не очухался. Сейчас, только встану. Мне нужно пару минут.

— Помогу, — сказал человек с хвостиком и подал руку, но я оттолкнул его и показав на «персонажа» зарычал изо всех сил.

— Что? Что нам сделать?

Он отпустил меня и я не выдержав рухнул на колени, жестокая гравитация, чтоб её. Неизвестный противник пошатываясь брел прочь, удаляясь от меня. Одна мысль точно засела в голове как гвоздь в черепе — нельзя его упустить, кто бы это ни был. И я завыл, затрясся как психопат в падучей и кинул первое что попалось в руку.

Это нечто неожиданно крякая пролетело мимо его плеча и разбилось об пол кучами брызг. Персонаж остановился на миг, посмотрел на мокрый след, на меня, и скрутил комбинацию из выставленного вверх среднего пальца.

— Остановить его! — крикнул кто-то из-за плеча и надежда вернулась. Они поняли.

Мне оставалось только смотреть. Беглец не стремился к дверям. которые были правее. Он направлялся прямо, там где в стене были вмонтированы дверки, за которыми что-то ревело и гудело, похожее на огонь.

— Где Яцек? — кричал кто-то сзади, но ответ я уже не услышал. Дальше все произошло очень быстро, мой сонный мозг еле успевал срисовывать происходящее.

Назовем их «персонаж один» и «персонаж два». Первый распрямил плечи и огромными шагами летел к стенке когда перед ним встал персонаж номер два. Этот был еще страшнее и уверенней, но ему это не помогло.

Второй был объят пламенем и не выглядел жертвой. Может мне так показалось, но он горел весь от пяток до затылки и даже не сожалел об этом, а только руки вытянул, чтобы первого персонажа крепче схватить.

Тот не захотел горячих обжиманий и на секунду встал. А потом вытянул шею, затрясся как змея и открыв пасть вырыгал на горящего человека литров десять воды, поливая его как из пожарной машины с головы до ног. Через мгновения от его соперника осталась только горстка мокрого пепла, маленькая, до колена.

В дверь кто-то ударил, пытаясь войти. Первый только посмотрел на нее, длинными, сверкающими как сталь, пальцами щелкнул и клацнул замок. В дверь заколотили так что посыпалась краска со стен, но осилить не вышло, а странный персонаж подошел к одной из печи, откинул засов и открыл заслонку. Там внутри как безумный демон бушевал огонь и сражались огненные всадники. Лицо у чудака раскраснелось, но он даже не отшатнулся, просто наклонился и нырнул рыбкой внутрь. Кто-то за моей спиной присвистнул. Мелькнули сапоги персонажа и дверца захлопнулась сама собой. Засов прыгнул на место, а я вдруг полетел куда-то, испугался, что в раскаленный ад, запаниковал, взмахнул руками защищаясь и пропал.

***

— Кажется приходит в себя. Уже осмысленно зрачками вращает.

— У них это значит, что восстановился?

— Касьян Любопытный, ты не поверишь я не специалист по обычкам. Давай подумаем вместе, раз встает, значит восстановился.

— Так он уже поднимался один раз и какой результат? Его собрат в печку нырнул.

— Я на твоем месте не смотрел бы ему в глаза.

— Я что похож на «обычку»?

— Хватит ругаться, пацаны, «папа» очнулся.

Да, я все вспомнил. Буквально все до мелочи, кроме одного нюанса в котором я не совсем уверен, о чем и сообщил собравшимся рядом Касьяну, Морфию и Яцеку.

Оказалось, что огненный мужик и правда погиб. Не показалось.

— Это был не глюк, — кивнул Касьян, — ваш друг-обычка и правда убил Гарри вспышку и прыгнул в печь.

Я слышал, как зарычал пацан, но не собирался смотреть ему в лицо. Если я его и подставил, то случайно. Я сам верил в невиновность дурака.

— И еще одно, перед тем как поедем дальше. Крылья, все их видели?

Касьян переглянулся с Морфием и покачал головой:

— Мы ничего не видели. Сумасшедший просто прыгнул в печь и сгорел заживо.

— И он не взмахнул крыльями, которые росли у него из спины?

— Ещё от сна не отошел, — негромко сказал Морфий, — простой человек, что с него взять.

— Ты узнал где дети? — осторожно, будто боялся спугнуть спросил Касьян.

— Дайте пять минут, — я сел поудобнее и вцепился руками в уши, будто хотел их оборвать, — пока мудак там догорает я проанализирую сны, чтобы понять, что в них общего, кроме перчатки с лезвиями.

Я постарался использовать время, которое дали мне нечистые максимально эффективно, но отвлекало кое-что. Одна мысль, которая как проснувшаяся после зимней спячки муха не давала собраться.

Запах должен был идти из-за заслонки невыносимый, как никак тело человека горит, но никто не реагировал, а я тоже знакомой вони жаренного мяса не слышал. Ладно, разберусь с этим позже. Сейчас о другом.

И кажется я понял.

Не прошло и пяти минут. Они втроем сгрудились вокруг меня жадно вглядываясь в лицо. Переживают за своих.

— Товарищ Касьян? Товарищи нечистые? Хорошо, что я выспался, когда по снам придурка бродил, потому что нам нужно опять собираться в дорогу. Вызывайте ваше такси с крестом и двоих таксистов в помощь.

— Что ты понял? — спросил Касьян, которого впору сейчас называть нетерпеливым, но я удержался. Как-то потерял он мое доверие, да и уважение в последнее время.

— Сначала малыша отправьте домой. Поздно уже. Я его сестре обещал.

Волчёнок начал было возмущаться и даже хотел кинуться на меня и порвать лицо, доказывая, что никуда не уйдет, но в лице патлатого некроманта я нашел поддержку. Малышу пришлось стоять в углу и смотреть на меня, скалясь в бессильной злобе.

Пока не приехала машина и не увезли красного от злобы пацана я молчал как живой труп под пытками. Молчал, пока не вернулся бус, хоть и ходили вокруг двое изображая волков. Молчал, когда первым сел в машину и подвинулся, уступая место.

— И куда едем? — спросил Касьян, который расположился рядом и я слышал резкий запах его одеколона.

— На кладбище.

— Снова? На тоже самое.

— Даже и не сомневайтесь. Там перед входом колодец стоял, вот к нему и направляемся.

— Ты нашел связующее звено? — повернулся Морфий со своего места.

— Может я и ошибаюсь, не сильный специалист. Но все указывает на воду. В первом видении были лужи, местность после дождя и воспитательница постоянно пила воду из маленькой бутылочки.

— Во втором сне вода была всюду. Мне даже пришлось искупаться и вспомнить свои самые страшные кошмары, связанные с глубиной.

— В третьем я ничего такого не увидел поначалу. Долго думал и может это натягивание совы на глобус, но связь все-таки есть.

Машина ехала не быстро, чтобы дать возможность главарям меня допросить, но и не настолько медленно, чтобы дать повод полиции остановить подозрительный фургон. Время для рассказа еще было, но немного.

— Продолжай, — сказал Касьян, — что-то и мне в голову не приходит ничего.

— Ведро с водой в которую кое-кто макал губку, чтобы положить на голову осуждённого. Я сразу и не вспомнил, как стекали по лицу дурака большие капли.

— И правда натянуто.

— Это сон, — сказал Морфеус и отвернулся, — анализируя его и правда нельзя мыслить логически. Обычка может и прав. Сон в руку.

— Кто мешает проверить, — согласился Касьян и откинулся на сидение.

Больше со мной не заговаривали до прибытия на место. Город будто вымер, на дороге мы никого не встретили. Понятно, что ночь, темнота, но всегда кто-то куда-то несется разгоняя темноту фарами. Дорога никогда не спит.

В этот раз все было иначе. В окнах не горел свет, на балконах не курили мужики, мимо не летели фуры и даже патрульная машина не встретилась на пути.

Так и не перемигнувшись ни с кем фарами мы прибыли на кладбище. Хорошо, что похождения во сне дали мне бодрость иначе сейчас я бы двигался как муха в паутине и соображал также, как никак луна уже восседала наверху, являясь единственным источником света в округе. Фонари вокруг предусмотрительно погасили, чтобы не видеть позорно сожженного и не в чем не виноватого домика.