Михаил Самарский – Убей меня, когда разлюбишь… (страница 37)

Известный в городе бизнесмен Виталий Валентинович оказался ярым фанатом творчества Rudy. После концерта щедрый фанат устроил грандиозную вечеринку со всеми вытекающими последствиями. Девушки на любой вкус и цвет: черные, белые, красные, алкоголь рекой, море травы, кокаина и прочей отравы. На предложение хозяина понюхать благородного наркотика Алексей согласился, подумав, а почему бы и нет? Ведь в жизни нужно все попробовать. С первого раза он ничего не понял, может быть, потому, что был в изрядном подпитии. Но на следующий день, попробовав уже на трезвую голову, ощутил невероятное чувство эйфории, сродни мощному оргазму.

С хозяином особняка Виталием Валентиновичем они нашли общий язык, и Алексей после концерта еще сутки провел в его доме. С тех пор они постоянно поддерживали отношения, общаясь по смс и в социальных сетях. После той встречи Алексей употреблял кокаин еще много раз, до тех пор, пока Колян не увидел, что Леха уже плотно подсел на него. Парни тогда впервые в жизни серьезно поругались, и Долотов дал обещание больше не прикасаться к тяжелым наркотикам. Однако, когда становилось безнадежно тоскливо, он постоянно вспоминал о той легкости, что появлялась после принятия дозы. Алексей тогда чувствовал себя ангелом тьмы, у которого за спиной выросли крылья, и ему вновь хотелось стать Икаром и воспарить над землей.

– Пыхни и сразу станет веселей, – посоветовал Колян.

– Точно. – Алексей поднял вверх указательный палец и, открыв бардачок, достал пакет с травой и пачку «Беломора».

Он размял папиросу пальцами, резко выдул табак в открытое окно. Высыпал порцию содержимого из пакета в ладонь, сложенную лодочкой, затем ловко загнул мизинцем пятку на папиросе и принялся забивать в нее траву.

– Когда дурь хорошая, тогда и классические папиросы хороши, – произнес Долотов и, загнув кончик, прикурил, глубоко затянувшись.

– По запаху слышу, трава знатная. – Николай взял переданный ему косяк.

Подъехав к собственному дому, Алексей нажал кнопку пульта, и ворота плавно разъехались в разные стороны.

– А где народ? Ты же говорил, что все в сборе, – недоуменно спросил он, глядя на темные окна. Складывалось такое ощущение, будто в здании никого нет.

Николай тем временем не стал заезжать в гараж, а припарковал автомобиль перед ним.

– Понятия не имею, – пожал плечами он, – Серый мне написал смс еще во время концерта, что у них все готово и они нас ждут.

– Может запарились ждать да разъехались? – хмыкнул Долотов, выходя из машины. – Время-то уже за полночь.

Алексей сложил руки за головой и потянулся, вдыхая полной грудью свежий воздух летней ночи, ощущая аромат цветов, доносящийся с соседнего участка. На его территории росла лишь газонная трава, которую раз в неделю приходил косить приезжий товарищ с востока.

– Значит, будем праздновать сами, – заметил друг, тоже выходя из автомобиля, – позвоним каким-нибудь девчонкам, думаю, те с радостью откликнутся на наше предложение.

Долотов открыл ключом дверь и, нащупав справа выключатель, зажег свет.

– Поздравляем, поздравляем, поздравляем! – Со всех сторон раздались восторженные крики друзей, послышался звук взрывающихся хлопушек, осыпавших их разноцветным конфетти.

– А вы чего без света сидите? – улыбнулся Алексей, глядя на веселые лица.

– Сюрприз решили тебе сделать. – Парень по имени Сергей, организатор вечеринки, пожал Алексею руку. – Мои поздравления, брат.

В гостиной был накрыт стол, на тарелках красовались диковинные закуски, некоторые бутылки с алкоголем уже были откупорены и наполовину опустошены. Долотов обвел взглядом всех присутствующих. Многие из них уже в приличном подпитии. Все его друзья были здесь, и среди них – одногруппники Вовка и Давид.

Пока Алексей после концерта раздавал автографы, Артем сразу поехал сюда, поэтому приехал намного раньше. Девушки, которые являлись верными спутницами всех вечеринок, тоже на месте. С кем-то из них Алексей был близко знаком, кто-то его вовсе не интересовал. Всех их он знал постольку-поскольку, в основном по имени. В их дружной компании существовал негласный договор: каждая из девчонок, естественно, по желанию, всегда была готова заняться сексом с любым присутствующим парнем. Как на заре советской власти – комсомолка не имела права отказать комсомольцу.

Девушки заранее знали, для чего их приглашали мужчины на свои «сборища», и были готовы к этому. Все происходило по обоюдному согласию сторон. Если какая-нибудь девица порядком надоедала или начинала вести себя неадекватно, ее просто переставали приглашать, быстро находя ей замену. Желающих весело провести время в компании популярных музыкантов было хоть отбавляй. Среди присутствующих девушек Алексей заметил Дану. С ней он познакомился после очередного концерта. Она тогда пришла к нему в гримерку и, без всяких заездов через сорок седьмой километр, напрямую, предложила заняться сексом. Алексей, как обычно после выступления, был в крайне возбужденном состоянии и с удовольствием воспользовался молодым телом девушки. После того случая он встречался с ней еще несколько раз, а потом резко потерял к ней интерес.

Дана же, каждый раз приезжая на их тусовки, не теряла надежды вновь оказаться хотя бы на короткое время в его постели, тем самым вызывая в нем неприязнь и раздражение. Он уже подумывал перестать приглашать ее на вечеринки, но она была симпатичной и податливой девчонкой и нравилась многим парням, всегда были желающие провести с ней часок-другой.

– Леша, за тебя. – Она протянула ему стакан с виски, в котором плавали кубики льда. – Все, как ты любишь.

– Спасибо, – поблагодарил Алексей, пригубив напиток. Поставив стакан на стол, обращаясь ко всем, он сказал: – Друзья, веселитесь пока без меня. Я вас покину ненадолго.

Парень направился в сторону лестницы, ведущей на второй этаж. Сейчас единственным его желанием было залезть под душ.

– Леха, давай скорее, – крикнул ему вслед Артем, – у меня есть тост.

– Восемнадцать минут, – обернувшись, ответил Алексей.

Поднявшись в свою спальню, он машинально скинул одежду, голышом прошел в ванную и долго стоял под горячим, почти обжигающим душем. Сквозь шум воды Долотов расслышал, как отворилась дверь, и через прозрачную перегородку увидел Дану. Девушка расстегнула пуговицу на джинсах и, покачивая бедрами, начала их стаскивать по ногам.

– Дана, ты что делаешь? – спросил он.

– Хочу тебе спинку потереть, – мурлыкнула она.

– Не напрягайся, – парень остановил ее, – я хочу помыться один.

– Леша, ну пожалуйста, не отказывайся, – заныла девчонка, – я ведь скучаю по тебе.

– А я нет, – равнодушно бросил он в ответ.

– Милый, ты забыл, как нам было хорошо вместе? – Она подошла вплотную к перегородке, со своей стороны положила ладонь на запотевшее стекло и прислонилась к ней губами.

– Дан, уже давно все закончилось, – напомнил Алексей.

– А что нам мешает все возобновить? – Девушка отодвинула дверцу душевой кабины и теперь рассматривала, как он, не обращая на нее внимания, продолжал намыливать тело. – Я тебя по-прежнему хочу.

– А я тебя нет. – Алексей коротко взглянул на нее и раздраженно закрыл дверь, а затем добавил: – Дана, не зли меня. Дай мне спокойно помыться. Иди вниз.

– Как хочешь, – обиженно произнесла девушка, выходя и закрывая за собой дверь в ванную комнату.

Алексей терпеть не мог навязчивых девчонок. Зачем унижаться, когда ее чуть ли не открытым текстом посылают в пешее эротическое, а она, как банный лист, продолжает липнуть. Да, когда-то ему было неплохо с ней, но все прошло, она стала ему не интересна. С ним постоянно такое происходит, Долотов прожил тридцать два года и всегда наслаждался тем, что женщины могли ему дать, но им никогда не удавалось запасть ему в душу. Он сам не понимал, почему так происходит, но ничего не мог с этим поделать. Вроде окружающие девушки были хороши собой: высокие, стройные, все, как на подбор, будто сошли с обложки модных журналов. Но в каждой из них он находил какой-то изъян. То глупа как пробка, то навязчива, то груба как мужик, то слишком высокого мнения о себе. А больше всего его в девушках раздражало, когда они, словно актрисы погорелого театра, артистично симулировали оргазм во время секса, считая, что он ничего не понимает в женской физиологии. Зря, он прекрасно умел определять, когда женщина испытывает наслаждение по-настоящему, а когда прикидывается страстной любовницей.

В спортивных штанах и белой футболке Алексей спустился вниз. Вся нижняя часть дома была заполнена людьми, тогда как на втором этаже была тишина и спокойствие. В его доме существовало правило: во время вечеринок гостям вход на второй этаж был строго запрещен. Это его личное пространство, и туда он пускал только того, кого сам пожелает. Почти весь первый этаж дома, кроме подсобных помещений, – одна большая территория, разделенная на четыре зоны условными перегородками. Кухню от большой гостиной отделяла барная стойка почти во всю ширину помещения, между ней и стеной оставался небольшой проход. А бильярдную и кабинет разделяли открытые книжные стеллажи высотой от пола до потолка. Кабинетом это сложно назвать, скорее комнатой отдыха, с большим диваном и торшером возле него. В выходные дни Алексей любил здесь поваляться, читая интересную книгу.