Михаил Самарский – Убей меня, когда разлюбишь… (страница 29)

– У меня для вас сюрприз, – хитро улыбнулся организатор, – там вас ждет парочка поклонниц, потрясающие девчонки. Забирайте с собой в отель, они спят и видят с вами поближе познакомиться.

Николай посмотрел на друга, тот согласно кивнул головой.

– Ок, – согласился Принц и спросил: – Симпатичные?

– Не девочки, а конфетки, – рассмеялся Денис, – я буду с ними в машине. Мы вас ждем.

Долотов с Принцем вышли в фойе дома культуры, оказывается еще не вся публика разошлась. Там стояла группа молодых людей, ожидающая Алексея. Среди них был тот невменяемый товарищ, что всю дорогу пытался залезть на сцену. Придерживаемый своей спутницей под руку, он двинулся им навстречу.

– Руди, можно с тобой сфотографироваться? – спросил парень.

По его глазам Долотов понял, он под каким-то кайфом, но точно не пьяный. Алексей поймал себя на мысли, он раньше уже где-то видел его.

– Что-то мне лицо твое знакомо, – произнес он и поинтересовался: – Мы нигде не встречались?

– Так это же Флин, – воскликнул Принц и обратился к парню: – Мы что, в Новосибирске делаешь?

– Уже пять лет, как живу здесь, – нахмурившись, ответил тот, все еще не узнавая собеседников.

При упоминании клички Алексей невольно содрогнулся. Он до сих пор ощущал ту боль…

В тот день состоялись соревнования по баскетболу. Школу, в которой учился Долотов, пригласила для проведения турнира соседняя, находящаяся в одном из спальных районов города. В то время такие спортивные состязания проводились нередко, даже были своего рода традицией. Матч проходил на территории приглашающей стороны. Сам Алексей не принимал участие, он пришел болеть за Николая. Друг играл за сборную.

В спортивном зале битва шла не на жизнь, а на смерть. Парни играли так, словно это не дружеское соревнование, а бой за супер кубок. Хозяева турнира вели себя очень агрессивно, еще в раздевалке до начала игры началась потасовка между игроками. Приглашающая сторона была самой обычной школой, и учились в ней дети простых смертных. Они косо поглядывали на игроков команды Николая, бросая в их адрес язвительные оскорбления: «маменькины сынки» или «детки богачей». К концу турнира стало понятно, выигрывает с большим отрывом команда школы Алексея. После матча спортсмены ушли в раздевалку, а Долотов, заранее договорившись с Коляном, направился ожидать его на улицу. Когда он шел по незнакомому коридору школы, его настигла группа ребят. Все они были на порядок выше и здоровей его, по всей видимости, старшеклассники. По их воинственному настрою Леха понял, ничего хорошего эта встреча ему не сулит. Молодые люди окружили парня, и один из них, с силой толкнув его, зло процедил:

– Ну что, богатеи, пришли в нашу школу, выиграли, а теперь хотите еще просто так свалить?! Не получится!

– Руки убери, – выпалил Долотов.

– А то что будет? – язвительно усмехнулся стоящий сзади Алексея парень.

– Тебе лучше этого не знать, – обернувшись, ответил Долотов и сделал попытку идти дальше.

Но парням, видимо, хотелось как-то наказать дерзкого гостя. Они начали толкать его от одного к другому, как мячик.

– Флин, да дай ты этому задроту в бубен, – посоветовал другой «гостеприимный» хозяин.

– Только тронь, – предупредил Алексей и, оттолкнув того самого Флина, пошел дальше.

Но не успел он отойти, как парень со всего размаху отвесил ему поджопник, угодив тяжелым ботинком по копчику. Алексей до сих пор помнит ту острую боль, что пронзила его с головы до пят. Несколько секунд он не мог пошевелиться. Парень судорожно хватал ртом воздух, и как не пытался сдержаться, слезы выступили на глазах.

– Серега, вот это ты ему засандалил, папенькин сынок аж расплакался, – заржали отморозки.

– Ага, – согласился тот и, присев на корточки, добавил: – У меня даже шнурки развязались.

Алексей перевел дыхание и, стиснув до боли зубы, сжал кулаки. Слова Макара вихрем пронеслись в голове: «Не можешь своими силами ответить, бей тем, что попадет под руку». Взгляд упал на цветочный горшок на подоконнике. Алексей схватил его двумя руками и, разогнавшись, как торпеда, бросился на обидчика, словно Александр Матросов на амбразуру. Не ожидавший такого поворота Флин, безмятежно завязывал шнурки. Алексей со всей силы ударил его по голове, и тот рухнул на бок как подкошенный. Все произошло настолько молниеносно – окружение Флина не сразу сообразили, что это было. И только увидев своего дружка, лежащим на полу в позе эмбриона, наконец, опомнились.

– Ты че сделал, урод? – закричал один из них и, наклонившись над своим приятелем, похлопал его по лицу. Спустя несколько секунд тот открыл глаза, сел на полу и, словно гривастый конь, встряхнул головой. Еще какое-то время крутыш пребывал в полной прострации. Его дружки толпой двинулись на Леху, и парень понял, что живым он отсюда не уйдет. На его спасение в коридоре показался Николай вместе со всей командой. Увидев Долотова в окружении хозяев, они подбежали к ним. Колян, заметив на полу разбитый цветочный горшок и сидящего Флина, обратился к другу:

– Что с ним? Это ты его приголубил?

Леха лишь кивнул головой, времени для объяснений не было, потому, как началось самое настоящее ледовое побоище. Тот день для обеих сторон закончился разбитыми лицами, носами, губами, бровями и в отделении милиции, из которого всех забирали родители, а Алексея – Тамара Константиновна.

– Хрен тебе, а не фото, вали ну хуй отсюда, – оттолкнул его Николай и обратился к другу: – Пошли, Леха.

Обдолбаный Флин так и не понял, откуда Rudy его знает. Покидая дом культуры, Леха обернулся и напомнил, глядя в стеклянные глаза парня:

– Это я, тот задрот, что разбил тебе башку цветочным горшком. Вспоминай! – театрально рассмеялся Леха. – Или ты хочешь, чтобы я тебе напомнил?

Поклонницы и правда оказались весьма симпатичными девушками, но уж больно глупыми и навязчивыми. Их бесконечное хихиканье и пустое тарахтенье вызывало невероятное раздражение. Долотов не любил таких девчонок. Грудастая блондинка даже во время секса несла какую-то чушь, и лишь на некоторое время Алексей смог заткнуть ей рот. После быстрого перепихона он потерял к девчонке интерес и уснул мертвецким сном, а утром едва мог вспомнить ее имя.

Друзья улетали ночью, сразу после второго концерта. Денис отвез их в аэропорт и, попрощавшись перед выходом на посадку, протянул Алексею конверт:

– Это от Аркадия Владимировича, ваш гонорар.

– Так ты же с нами уже рассчитался. – Алексей недоуменно посмотрел на него.

– Это премиальные от твоего поклонника. – Денис обменялся рукопожатием и с улыбкой добавил: – До новых встреч, пацаны.

Глава 10

Алексей сам не понял, как отработал в школе три года. Когда устраивался, думал, что это будет временная работа, а оказалась постоянной. Ученики, которых он взял еще детьми, теперь уже стали старшеклассниками. Иногда возникала мысль уволиться, но именно мысль о ребятах его останавливала. Среди его подопечных были настоящие личности, сильные характером, отважные и добрые, веселые и неунывающие, с отличной соображалкой, трудолюбивые, испытывающие тягу ко всему новому, стремящиеся к знаниям. За них Алексей особо переживал, ему хотелось довести их до окончания школы. Если он видел, что кому-то не нравится история и подросток не горит желанием ее учить, Долотов не видел смысла ломать и заставлять. С такими он умел договариваться. Условия были просты: ученик не мешает ему вести урок и имеет свой минимальный багаж знаний, а Алексей не ставит ему двойки.

С появлением социальных сетей со многими учениками Долотов стал общаться не только на уроках и переменах, но и виртуально. Благодаря такому взаимодействию, ребята научились разбираться в литературе, музыке и кино. Некоторые начали писать стихи, и получалось довольно неплохо, а кого-то больше тянуло на прозу. Прочитав новую книгу, в основном по рекомендации Алексея, они спешили поделиться впечатлениями с учителем, взахлеб рассказывая наиболее понравившийся эпизод. Долотов знал о них больше, чем их родители. Кто с кем встречается, кто что курит или какой употребляет алкоголь, в каких компаниях проводят время, у кого была вечеринка и чем они там занимались.

Однажды во время урока в десятом классе, рассказывая новый материал, Алексей услышал громкий храп с крайнего ряда. Учитель подошел ближе, перед ним предстала такая картина: парень на последней парте крепко спал, положив голову на согнутую в локте руку, из уголка его рта текла слюна. Долотов отнесся с пониманием, сам не раз засыпал на лекциях. Он не стал будить пацана и запретил это делать одноклассникам. Прозвеневший звонок все-таки заставил мальчишку проснуться, он виновато подошел к Алексею, пахнув на него перегаром, и признался, оказывается он всю ночь протусил в клубе и еще не до конца протрезвел.

Ученики даже доверяли ему семейные тайны. Как-то десятиклассник, задержавшись после урока, с присущим этому возрасту юношеским максимализмом, взволнованно делился:

– Понимаете, Алексей Сергеевич, я всегда считал нашу семью счастливой, мне казалось, родители любят друг друга, они прожили вместе восемнадцать лет. Батя всегда был для меня непререкаемым авторитетом, мама часто говорила, что ей повезло с мужем, а мне с отцом. Он, конечно, не идеал, ведь идеальных людей не существует. А потом я случайно узнал, что у него есть любовница. Однажды у меня закончились деньги на телефоне, я взял его трубу, нужно было срочно позвонить товарищу. Сам не знаю зачем, полез в смс-ки. Понимаю, поступил плохо, не хорошо читать чужие сообщения. Сейчас уже поздно каяться, что сделано, то сделано. В общем, я обнаружил любовные послания с таким содержанием: «Милый, я хочу тебя всего», «Дорогой, жду тебя сегодня», – и прочее. Этот номер у отца был сохранен под именем «Дмитрий Иванович». Раньше отец всегда был домоседом, а последнее время стал по вечерам задерживаться, ссылаясь на занятость по работе. Теперь я не знаю, как поступить. Сказать ему, что знаю, рассказать матери или нет? Она ничего не подозревает. Мама души в нем не чает, верит ему, а он ее обманывает. Сволочь. – Мальчишка покачал головой и сжал кулаки. – Мне так хочется набить бате морду…