Михаил Пиотровский – Хороший тон. Разговоры запросто, записанные Ириной Кленской (страница 84)
Есть два великих человека, которые составили документы, провозглашающие права культуры. Николай Рерих и его знаменитый Пакт – первый международный договор о защите исторических памятников как в мирное время, так и во время вооружённых конфликтов, подписанный в Вашингтоне в 1935 году. В этом документе воплощено несколько важнейших идей. Главная – идея о приоритете культуры в жизни человека и общества. «Культура, – утверждает Рерих, – это этическое и духовное самоусовершенствование человека. Это творческие достижения, это претворение красоты в жизнь, это любовь к человеку, это труд на общее благо. Культура – смысл жизни, это весь комплекс пространства познания, творчества и красоты, которое делает человека человеком». Очень важна статья Пакта о неприкосновенности памятников, музеев, объектов культуры, библиотек, кладбищ, храмов, мечетей. Уважение, защита и покровительство распространяются на них как в мирное время, так и во время войны. Эмблема Пакта – Знамя Мира: три красных круга в большом круге вечности. «Культура, – писал Николай Рерих, – есть глубочайший устой жизни, скреплённый высшими серебряными нитями с иерархией эволюции, энергетическое явление человеческого духа. Культура – бессмертна, она – пространство бессмертного человеческого духа».
1 сентября 1995 года в Санкт-Петербургском гуманитарном университете Дмитрий Сергеевич Лихачёв представил проект Декларации прав культуры – важнейший документ современности. В нём говорится о том, что именно культура представляет главный смысл и глобальную ценность существования народов и государств. В Декларации впервые вводится понятие гуманитарной культуры – то есть культуры, ориентированной на развитие созидательного начала в человеке и в обществе. И государства должны стать гарантами безопасности и сохранности культуры. «Культура – это то, что оправдывает перед Богом существование людей, – говорил Лихачёв. – Любое общество обречено на гибель, если разрушается его культура». К сожалению, люди не очень прислушиваются к мудрецам и не слышат предостережений.
Говорят, субъект права – человек, и только человек. К счастью, есть природа, которая добилась своих прав. Серия чудовищных экологических катастроф заставила человечество задуматься: нельзя безжалостно, бездумно распоряжаться природой, непозволительно мучить её, загрязнять, уничтожать. Культура тоже подвержена катастрофам, не менее страшным, чем природные. Без культуры люди звереют, беспамятство порождает чудовищные кровавые конфликты, искажаются чувства человеческие. Уничтожение памятников – потеря памяти, чувства достоинства, потеря идейных тормозов, и человек превращается в существо убогое и злобное. Культурный геноцид – серьёзная угроза человечеству. Я написал статью «Дербентский призыв» о необходимости объединить усилия для непрерывного наблюдения за состоянием памятников культуры и не только (на Ближнем Востоке и на Кавказе). Культура – не вне политики, она выше политики. Культуру надо защищать не из жалости и сострадания, а потому, что она – надежда на наше спасение. Каждый день мы должны говорить о том, что памятники культуры необходимо беречь и защищать. Забота о них должна стать вирусом, пандемией, новым штаммом, мутацией в агрессивном человеческом ДНК. Нужно спасать памятники, чтобы они спасли и защитили нас, людей. Информационное пространство сегодня огромно, но оно замусорено, забито хламом. Нужно исправить ситуацию и постепенно наполнять пространство событиями и фактами, историями, помогающими культуре, – всё время напоминать о сокровищах, которыми владеет человечество, и тревоге за них. Надо находить «болевые точки» угрозы памятникам и бить тревогу: писать, говорить, возмущаться, напоминать. Нужно поставить культурный заслон перед этническими и расовыми боями, нужно остановить «войны памяти». Кто лучше, кто хуже – вредные разговоры. Культурное наследие – общее и принадлежит всему человечеству, а человечество должно беречь его.
У мусульман есть очень хорошее слово «джихад» – «борьба за…». Борьба мечом, борьба пером, борьба словом, борьба убеждением. Борьба – один из вариантов защиты. Уважаю тех, кто борется, но не одобряю тех, кто становится фанатом борьбы. В каждом слове есть множество оттенков, и нужно аккуратно и внимательно к ним относиться. Борьба хороша тогда, когда она эффективна, когда она убедительна, но зачастую бывают ситуации, когда борьба разрушительна и опасна. Например, бывали случаи, когда борьба и протесты приводили к ещё большим проблемам. Фридрих Ницше говорил: «Кто сражается с чудовищем, тому следует остерегаться, чтобы самому не превратиться в чудовище. Если ты долго смотришь в бездну, то бездна начинает вглядываться в тебя». В Тимбукту разрушили несколько древних мавзолеев, и ЮНЕСКО объявило официальный протест. На следующий день в ответ разъярённая толпа уничтожила ещё несколько мавзолеев – назло всем, кто возмущался. Жёсткий урок, но есть смысл вдуматься. Возможно, иногда лучше отказаться от борьбы и попытаться приучить людей спокойно реагировать. Думаю, надо всегда чётко представлять себе, что получится, к чему приведёт борьба, не измотает ли она, станет ли ситуация хуже и не появятся ли новые сложности. Я – сторонник смелой осмотрительности и осторожности.
Люблю себя, но сужу строго и редко бываю собой доволен… Что делать, я так устроен.
Послесловие. Заметки после разговора
Говорят, что когда погибает культура – погибает народ.
Времена проходят, сменяются эпохи, забываются победы, исчезают поколения, а культура остаётся, живёт, развивается даже тогда, когда всё забыто. Культура не может исчезнуть, она – тот воздух, который помогает нации дышать, культура – генетический и исторический код, наша ДНК.
Я был одним из тех, кто подготовил предложение по внесению поправок в Конституцию Российской Федерации, а именно – дополнение в статью 70: «Культура России – уникальное наследие многонационального народа. Она поддерживается и охраняется государством».
Я уверен: в конституции должно быть закреплено не только право каждого заниматься культурой, иметь к ней свободный доступ, но и право самой культуры на защиту со стороны государства. Нам необходима особая культурная политика и специальное законодательство о культуре, которое поможет решать острейшие и важнейшие проблемы современности, позволит культуре быть независимой и в то же время находиться на содержании государства, общества. В таком положении нет никаких противоречий, это почётно и достойно – обеспечивать развитие и существование культуры, потому что именно культура должна стать символом нашей страны.
Мы создадим законодательство, которого нет нигде в мире – законодательство, которое позволит решать многие сложные, острые вопросы международной культурной политики. Например, проблемы о судьбе перемещённых ценностей, об охране выставочных экспонатов на зарубежных выставках, о гарантии страхования, о взаимодействии с международным правом. Конституция – закон, который позволяет наилучшим образом устроить жизнь общества, и я уверен, что одно из главных условий благополучного процветания государства – бережное отношение к культуре.
Мне нравится строить планы, но я с удовольствием могу их нарушать. Конечно, я ценю правила, но готов изменить свою точку зрения, пересмотреть свои позиции, если время и обстоятельства потребуют перемен, иного подхода, другого взгляда на ситуацию. Я считаю, что перемен не стоит бояться – наоборот, есть смысл приветствовать их, но я также уверен и в том, что к переменам нужно быть всегда готовым, они не должны заставать нас врасплох.
«Большой Эрмитаж» – наш новый проект: Великолепный дворец, три Эрмитажа, театр, Главный штаб, превращённый в интереснейший музей, фарфоровый завод, дворец Меншикова, Дворцовая площадь, Биржа, грандиозный комплекс «Старая деревня», в котором разместились открытые хранилища, реставрационные мастерские, центры Эрмитажа, его спутники по всему миру и по России – Амстердам, Выборг, Венеция, Казань, Омск, Екатеринбург, позволяющие людям во всём мире лучше узнавать и понимать Россию.
Всё это – Эрмитаж – огромная великолепная Вселенная, которая дышит, движется, меняется. Она увлекает и восхищает. Я не скрываю – мне хочется, чтобы образом России стал Эрмитаж и чтобы этот образ восхищал и удивлял не только тех, кто любит Россию, но и тех, кто настроен критически и даже враждебно.
Несколько лет назад в Вашингтоне показывали фильм Александра Сокурова «Русский ковчег» – картина о жизни Эрмитажа и жизни в Эрмитаже. Русский Вашингтон – это не благожелательный Русский Париж, совсем наоборот: Русский Вашингтон объединяет людей, которые ненавидели советскую власть, боролись с ней и против неё, – но они любили Россию. И в фильме «Русский ковчег» они наконец после долгих лет увидели свою настоящую родину, вспомнили её и полюбили с новой силой. И может быть, впервые за много лет подумали о своём Отечестве не с тоской, а с нежностью.