Михаил Николаев – Чуйка (страница 46)
Через несколько километров после Романовки они обнаружили съезд на просёлочную дорогу, свернули на него и метров через триста остановились. Уже полностью стемнело, но ночь была лунной и света хватало.
Степан закрепил велосипедное седло на черенке метлы, крепко затянул гайки и отрегулировал наклон. Он побаивался, что метлу придётся долго объезжать, как норовистого жеребца. Ничего подобного! Артефакт сразу почувствовал твёрдые мужские руки и полностью подчинился воле наездника.
Начав с горизонтальных полётов в нескольких метрах от земли, Степан отработал повороты, отрегулировал замедление и ускорение движения и даже освоил зависание на месте, при котором метла располагалась строго вертикально, и тяга в точности соответствовала весу наездника, полностью компенсируя силу тяжести. Освоившись на горизонтали, Степан набрал высоту и занялся пространственным пилотажем: взлёты под разными углами, пикирование с выходом на глиссаду, «горка», управляемый «штопор».
Спустя сорок минут он вернулся на землю, чтобы погреться. Дуло наверху очень даже прилично, а температура воздуха уже опустилась до совсем маленького плюса. До заморозков оставалась какая-то пара градусов. Согревшись в машине, он продолжил полёты, надев накидку пыльных тропинок. Сопротивление воздуха возросло, но стало теплее.
Теперь Степан не боялся быть замеченным и существенно расширил зону полётов. Пролетая над деревней, он обратил внимание на то, что для людей его пролёт остаётся незамеченным, а собаки не просто чувствуют его приближение, но и активно реагируют на пролетающего над головой всадника, разражаясь заливистым лаем. Собаки его точно не видели и вряд ли могли учуять. Скорее всего, слышали. А может, и ещё каким-то образом ощущали его присутствие. По крайней мере, лаяли они не просто в пространство, а поднимая и поворачивая голову именно в его направлении. Этот фактор в дальнейшем следовало обязательно учитывать.
Вернувшись, он несколько раз медленно пролетел буквально в паре метров от Ольги, но та ничего не заметила. Накидка надёжно укрывала от взглядов не только его, но и метлу.
Укутав метлу в камуфляжную плащ-накидку, чтобы не привлекать лишнего внимания, они поехали домой.
Следующий день Степан планировал целиком посвятить работе в банке. Появившись там утром, он быстро разобрался с текучкой и поднялся в приёмную Большого Босса, чтобы предупредить его о своём скором увольнении.
– Здравствуй, дорогой, – поприветствовал его председатель совета акционеров. – Очень хорошо, что пришёл, я уже собирался посылать за тобой. Что-то важное?
– Нет, я по личному вопросу. Хотел предупредить вас, что скоро буду вынужден уволиться. Возвращаюсь на службу.
– Ох, как не вовремя… Хотя у вас ведь в армии есть такое понятие – дембельский аккорд?
– Раньше было, когда по два года служили, я уже не застал.
– Могу сейчас его тебе организовать. Сделаешь одно дело и можешь хоть в тот же день увольняться, никаких отработок не нужно. Я тебе ещё и премию дам хорошую.
– Что за дело?
– Так сказать не могу, только если возьмёшься. Очень серьёзное дело. И опасное.
Степан прислушался к себе. Чуйка подтверждала – опасно. Для него самого не слишком. А вот для его визави – смертельно опасно.
– Хорошо, – согласился Степан. – Берусь.
Он испытывал искреннюю симпатию к этому весьма неглупому кавказскому толстяку и не желал допускать его смерти.
– Тогда слушай. На меня наехали. Очень серьёзно наехали. Сергей Чумаков.
– Чума? Слышал, но немного. Он сейчас вроде где-то в правительстве города обретается?
– Не где-то, а депутат Законодательного собрания Санкт-Петербурга. А по совместительству – руководитель крупной ОПГ, крышующей наркопритоны и игорные заведения. Вчера он приезжал сюда ко мне и прямым текстом предложил передать его жене контрольный пакет акций банка за четверть его рыночной стоимости. И ввести её в совет акционеров. Но я побаиваюсь, что долго не проживу после этой сделки. На раздумье он мне дал сутки, которые заканчиваются сегодня в семнадцать часов. Приезжать сюда он больше не будет, позвонит по телефону. Сможешь помочь? Дядю подключи, ещё кого-нибудь.
– Дядя тут нам не поможет, а ещё кого-нибудь – попробую. Вы никому кроме меня об этом не говорили? В банке, на стороне.
– В банке – никому. А так… Обзвонил несколько человек. Посоветовался.
– Тогда давайте сделаем так. Я сейчас отлучусь на полчасика, а потом вернусь и продолжим. Мне нужно отдать кое-какие распоряжения.
Заглянув в свою «епархию», Степан взял с собой техника с оборудованием, толкового компьютерщика и двух вооружённых охранников, которых уже привлекал к силовым операциям.
Охранников он оставил в приёмной, строго предупредив, чтобы они не пропускали в кабинет Большого Босса никого, кроме его секретарши. С остальными прошёл в кабинет и, ещё будучи на пороге, поднёс указательный палец к губам, призывая к молчанию. Вдвоём с техником они проверили кабинет на предмет подслушивающих устройств и, как и предполагал Степан, нашли «клопа» под столешницей маленького столика. Трогать его не стали. Степан написал на листке бумаги: «Нас слушают, давайте пройдём в комнату отдыха. Молча!»
Степан никогда не был в комнате, скрывающейся за отодвигающейся в сторону панелью с книжным шкафом, но не сомневался в её наличии. Подобные комнаты для утех, проникнуть в которые можно только из кабинета и, как правило, не имеющие окон, имелись у подавляющего большинства крупных руководителей. Некоторые в них только отдыхали от непомерных трудов, другие ещё и расслаблялись. В этой имелось всё необходимое на любые случаи. Там можно было даже жить некоторое время.
Когда все четверо прошли внутрь, Степан задвинул звуконепроницаемую дверь и вместе с техником проверил на предмет прослушки второе помещение. Там было чисто.
– У вас в кабинете «клоп» под маленьким столиком, – сообщил Степан Большому Боссу. – Думаю, что его оставил там вчерашний посетитель. Я не стал снимать, чтобы эти ребята раньше времени не насторожились. Поэтому разговаривать по делу будем только здесь. Давайте свой смартфон, Толя его проверит, а Виктор пока займётся компьютером.
В смартфоне техник не обнаружил ничего, кроме стандартных фирменных закладок, позволяющих Агентству национальной безопасности США прослушивать всё, что происходит в ближнем окру-женин абонента даже при выключенном аппарате. Поскольку члены ОПГ Чумакова никоим образом не пересекались с этой американской спецслужбой, данным каналом утечки пока можно было пренебречь. А вот в компьютере Виктор нашёл несколько шпионских программ, и с высокой вероятностью, часть из них могла иметь к ОПГ непосредственное отношение.
Проводив до дверей кабинета своих помощников, Степан вернулся в комнату отдыха и плотно задвинул за собой дверь.
– Вот теперь мы с вами можем поговорить спокойно, не опасаясь, что содержание нашего разговора станет известно вашим недоброжелателям. Вы вчера звонили из кабинета или из дома?
– Только с работы. Не хотел волновать жену.
– Отлично! Что вам советовали?
– Соглашаться. Лучше сохранить четверть денег и жизнь, чем потерять всё.
– Значит, у Чумакова может сложиться впечатление, что вы всё ещё сомневаетесь?
– Да, но ведь там слышали наш сегодняшний разговор!
– Это не страшно. Вы, прежде чем сделать выбор, решили попробовать другой вариант и подключили человека из своей службы безопасности. Стандартный ход, ожидаемый. Они скорее насторожились бы, не сделай вы его. Не будут же они считать меня серьёзной помехой? Они должны пребывать в уверенности, что я могу немного осложнить их последующие действия, но не более.
– А это не так?
– Я вас когда-нибудь подводил?
– Нет, наоборот, много раз выручал.
– Так будет и в этом случае. Я не буду привлекать дядю, но ФСБ в нашей операции поучаствует. На заключительном этапе.
– А можно будет сделать, чтобы информация о происходящем не попала в прессу? Репутация банка…
– Нельзя. Вы ведь сможете чувствовать себя спокойно только в том случае, если будет разгромлена вся ОПГ. А для этого записей телефонных переговоров будет недостаточно. Слова к делу не пришьёшь. Нужны действия, вещественные доказательства, протоколы. Причём достаточно весомые: покушение, оружие, которое можно привязать к киллеру, показания киллера.
– Что, и покушение будет?
– Обязательно. Но неудачное. Так что не волнуйтесь. Подумайте лучше, через кого на вас смогут надавить? Жена, дети?
– Конечно, могут! И если жена или дети будут в опасности, то я соглашусь на любые условия Чумакова.
– Где они сейчас?
– Жена дома, дети в школе.
– Есть место, о котором вообще никто не знает, где они могли бы пересидеть хотя бы сутки?
– У моего старого друга. Мы очень редко общаемся, давно у него не были, и там их никто искать не будет.
– Пишите записки для жены и друга. И напишите жене, чтобы смартфоны, умные часы и прочие гаджеты они оставили дома. По ним на раз можно вычислить местоположение.
– Вот, держите. Я тут написал адрес.
– Теперь возвращайтесь в кабинет и ведите себя как обычно. Можете ещё пару звонков сделать. До семнадцати часов вы в безопасности, а к этому времени я уже вернусь. Да, я посадил у вас в приёмной двух надёжных парней, предупредив их, чтобы не пускали никого, кроме вашей секретарши. Так что никого к себе не вызывайте.