Михаил Нестеров – Комбриг (страница 35)

К удивлению Олега, на базе он обнаружил майора и подполковника, местных авиационных командиров. Почему они появились именно в тот момент, когда Шестаков улетел на встречу с их командованием, остается только гадать, но пришлось принять и обговаривать вопросы взаимодействия. Сначала на лицах англичан явно читалась сложная гамма чувств. То ли эти русские просто издеваются, то ли большевики в Кремле совсем сбрендили и устроили балаган даже из назначений своих военных.

– Вы не находите, господа, что погода сегодня особенно хороша для охоты за итальянскими истребителями?

Эта шутка разрядила обстановку, летчики посмеялись, и беседа перешла в конструктивное русло. Северов помнил, сколько проблем доставляла нашим летчикам собственная малоизвестная по разным причинам техника, были случаи атак своих Су-2 и Пе-8, а тут пилоты другого государства. Олег поинтересовался, как идет знакомство личного состава с советскими машинами, не будет ли накладок в виде «дружественного огня». Англичане очень спокойно заметили, что силуэты изучены, а их подчиненные хорошо проинструктированы и не атакуют неизвестные самолеты, если не будут твердо убеждены в его принадлежности противнику. К тому же пока практика совместных полетов будет продолжена. Оставалось поверить им на слово, хотя некоторые моменты по связи и опознаванию дополнительно обговорили. После этого перешли непосредственно к обсуждению хода боевых действий и участию в них советской авиабригады. Не забыл Олег и про «укрепление боевого содружества» путем совместных посиделок, но бритты только руками развели, мол, они-то с дорогой душой, но решает более высокое начальство, которому обещали непременно доложить. Просидели до вечера, но разошлись обе стороны удовлетворенными. Англичане убедились в серьезности намерений русских, а Северов в том, что британцы, хоть и несколько настороженны, но воевать вместе готовы и на контакт идут. Все правильно, люди, которые вместе воюют на передовой, между собой всегда договорятся.

Вскоре после отъезда гостей вернулся Шестаков.

– Как слетал, Лева?

Тот махнул рукой:

– Полдня убил, а на что? Послушал хмыканье сэров, они, видите ли, удивлены моей молодостью! Хорошо, что тебя не видели. Знаешь, Олежа, у меня такое впечатление, что сдулись они, как проколотый мяч. Сами в свою победу над Роммелем не верят! У самих техники и людей навалом, а толку мало.

Над этим феноменом Олег размышлял давно. Он имел возможность в прошлой жизни пронаблюдать, как менялось восприятие людьми жизненных ценностей. Пожалуй, неполных три десятка лет мало для воспитания нового поколения, совершенно отличающегося от предыдущего, но люди, родившиеся в девяностые, уже во многом другие. Неужели и они потом станут такими же? В свое время Северов иногда спрашивал себя, а как повели бы себя эти люди, если бы случилась большая война, такая, как эта? Нет, не дай бог, конечно, лучше не проверять, но все же! Делали бы свой бизнес, продолжали искать выгоду? Нет, не может быть! Такие уроды найдутся, куда без них, но все остальные? Неужели, если бы кто-то из его тогдашних ребят попал в прошлое так же, как он, то отсиживался бы в тылу или попытался перебраться куда-нибудь в Бразилию? Нет, в этом он был уверен абсолютно. Значит, есть что-то в нас, не до конца вытравленное общечеловеками. Как сказал герой фильма «Барьер неизвестности»: «Наш человек, с его одержимостью идеей, способностью продираться сквозь нищету, голод, войны к заветной цели, вот где подъемная сила!» Олег в очередной раз подумал о том, что должен использовать предоставленный шанс изменить будущее, реализовать эту подъемную силу.

Отвлекся, уплыл мыслью, а Шестаков продолжал рассказывать. Оказалось, что командиру бригады пришлось и повоевать. Когда Лев после встречи подъезжал к аэродрому, то увидел в небе круговерть из самолетов. Подобравшись еще ближе, он обнаружил, что один из них наш. Ваня не утерпел! Сержантов кружился с четырьмя «Мессерами», бой уже переместился в сторону от аэродрома и проходил на высоте около тысячи метров, так что Шестаков без проблем взлетел и присоединился к веселью. Вместе они сковырнули двоих, после чего оставшаяся пара поспешно покинула поле боя. Оказалось, что Иван сбил еще два Ю-87, пока командира не было. Пока тот слушал хмыканье сэров, на аэродром налетела семерка «лаптежников» в сопровождении звена «Мессеров». Обнаружили их заранее, так что Сержантов успел взлететь и набрать высоту. «Мессеры» находились на приличном расстоянии от эскортируемых, оберегали от внезапной атаки с северного сектора, видимо считали его наиболее опасным. Сержантов успел развалить двух «Юнкерсов», пока они подошли, и закрутился с ними. А тут и Шестаков взлетел.

В пустыне постоянно работало две-три группы разведки численностью около отделения каждая. Потихоньку начала складываться более-менее ясная картина окружающей обстановки. За неделю активных действий удалось основательно накрутить хвост местным авиаторам и прилично подкузьмить сухопутному противнику. В масштабах всего североафриканского театра боевых действий ничего серьезного, но прыщ успешно назревал, надо было ожидать, когда его начнут выдавливать. Бригада наносила бомбоштурмовые удары по выявленным объектам, перехватывала засеченные локатором цели, вела воздушную разведку. Около полудня 10 ноября пришлось поработать и АСС. Итальянцы перехватили тройку «Бленхеймов», возвращавшуюся с бомбежки. Шансов у неважно вооруженных тихоходных машин против шести Macchi MC.202 были невелики, все три машины рухнули на землю, при этом пять членов экипажа остались в живых. На отходе итальянцев подловило звено Бабочкина и с ходу сбило троих, оставшаяся тройка прожила ненамного дольше, до повторного захода. Алексей передал координаты бедолаг, покружил над ними и, покачав крыльями, ушел на аэродром. Через час с четвертью пара автожиров уже была в районе падения бомбардировщиков. «Бетономешалки», как их окрестили солдаты, отработали РСами по разъезду итальянцев, направлявшемуся пленить англичан, и спокойно сели рядом. Страдальцев распихали по машинам, взлетели и под прикрытием пары По-3 доставили на свой аэродром, который уже успели окрестить деревенькой Алексашкино. Спасенных передали вызванному по такому делу майору Палмеру, который принял их с видом заядлого кошатника, которому подарили целую корзину борзых щенков.

В ночь с 10 на 11-е немцы явились «давить прыщ». Когда около трех часов ночи Валера неожиданно заблажил басом, Олег понял, что что-то не так, и быстро оделся. В пустыне, где располагались секреты охраны, началась стрельба. Надежда, что англичане плотно прикрывают базу, оказалась ложной. Рота немецких диверсантов при поддержке пяти PzKpfw III пробралась мимо британских заслонов и подошла к базе. Секреты вовремя заметили гостей и подали сигнал тревоги. Танки раздолбали экипажи модернизированных Т-34 из своих новых длинноствольных орудий, мотострелки подсобили из гранатометов. Диверсантов проредили из пулеметов, снайперы из своих «антиматериальных» монстров калибра 12,7 мм и 14,5 мм быстро разобрались с теми, кто пытался командовать. Несколько экземпляров таких винтовок были изготовлены и отправлены для испытаний в пустыню, где способность поражать цели на большом расстоянии являлась востребованной. Света от горящей бронетехники противника и специальных закладок, подожженных в тылу атакующих, было достаточно для прицельной стрельбы. В плен было взято три танкиста (три печальных друга) и двенадцать диверсантов разной степени потертости. Перед периметром базы осталось сто тринадцать трупов. Свои потери составили пять убитых и восемь раненых, из них один тяжелый, но поправится. Среди пленных был унтер-фельдфебель, которого сразу стали крутить, пока не очухался. Выдоили из него прилично, мужик оказался на удивление разумным и басен про свое арийское происхождение не рассказывал, недочеловеками не обзывал. Чуток поломался для приличия и выложил все, что знал и о чем слышал. Выслушали, запротоколировали показания и отправили отдыхать. Проверили через оставшихся, в целом сходится. Припожаловали к ним специалисты из Абвер-2 и парашютно-десантных войск СС с заданием устроить диверсию на базе, по возможности уничтожить командование и летный состав. Силы прикрытия базы были немцами сильно недооценены, а средние танки вообще оказались сюрпризом. Они предполагали тихо подойти и напасть в темноте, уничтожить летный состав, танками передавить самолеты. Пленных решили передать англичанам, может, тем на что-нибудь сгодятся.

После этого через три дня последовала попытка массированного налета на базу. Отбивались все вместе. «Илы» и «сушки» взлетели без бомбовой нагрузки, но с подвеской РСов с осколочно-фугасной боевой частью. Истребители связали боем прикрытие, штурмовики и бомберы отстрелялись РСами и пошли крушить врага пушечными очередями. Получилось неплохо. Даже четыре Б-20 «сушки» наносят фатальные повреждения любому немецкому бомбардировщику, а уж четыре 23-мм пушки штурмовика просто разносят их в хлам. То немногое, что достигло радиуса поражения зениток, было ими с азартом обстреляно. В результате три По-3, два Су-2М и один Ил-2М пришлось поставить на серьезный ремонт, пять летчиков было ранено. «Гансы» недосчитались десятка «Мессеров» и семнадцати бомбардировщиков различных типов. А что еще ждать от подразделения, где собрались Герои Советского Союза или люди, которые ими станут в ближайшее время, если, конечно, доживут! Такие потери – это уже серьезно, тем более что удары по наземным объектам никто не отменял. А летчики-истребители шутили, что теперь они на вторую Звезду настреляют быстро.