Михаил Михеев – Шагнуть за порог (страница 35)

– А если не пойдут?

– Значит, я ошибся. Плевать, мне это, считай, ничего не стоило. Ну что, поехали?

– Поехали, – кивнула Сара, толкнула коня пятками и решительно двинулась по дороге.

К реке они вышли только вечером, когда солнце уже готово было скатиться за горизонт, опасно цепляя его краем. Деревья отбрасывали гротескно-вытянутые тени, и ехать по дороге сразу же стало неуютно. Умом-то понимаешь, что ничего страшного вокруг нет, слух подсказывает то же самое. Еще и Матильда по лесу крадется. В общем, некому им угрожать, но воображение все равно дорисовывает забавную игру света и тени во что-то гротескное, и то и дело возникает ощущение, что рядом кто-то прячется.

Фантазию усугубляла дорога. С довольно широкого и, несмотря на вроде бы небольшой трафик, хорошо утоптанного тракта они свернули, и теперь их путь пролегал по узкому, аккурат чтобы проехать одной телеге, пространству. Не то чтобы заброшенному, но две глубокие колеи от колес на полноценную дорогу как-то не тянут. Один плюс – грибов море, и растут они совсем рядом, аккурат вдоль следов от колес. Так что затарились путешественники капитально, и Яран мог не сомневаться, что, даже без учета припасов, голодными они не останутся.

На ночевку остановились практически рядом с рекой, на высоком берегу. Разве что костер расположили в низинке, чтоб не демаскировать стоянку. Можно было бы проехать вдоль берега, еще пара километров – и они в деревне, благо светящиеся окна домов видны издалека. Но Ярану не хотелось лишний раз контачить с людьми, и Сара его в этом начинании поддерживала. Все необходимое они раздобудут завтра, переночевать же, пока нет дождя, можно и в лесу, чай, не в первый раз.

Конечно, неудобства у ночевки в лесу есть, как не быть. Но, на взгляд Ярана, они компенсировались сразу двумя факторами. Во-первых, возможностью полюбоваться невероятно красивым закатом. А во-вторых, опять же, возможностью посидеть на берегу с удочкой. И вдобавок все это можно было совместить!

Правда, клев был такой, что закатом любоваться мешал, но Яран с Сарой героически терпели это неудобство. Даже смешно немного – водный маг, Сара могла заставить всю рыбу в этой реке на десяток километров ниже и выше по течению оказаться на берегу, но – зачем? Рыбалка, такая вот, с удочкой в руках, это отдых и релаксация. Рыба тут идет, скорее, приятным дополнением к отдыху. Ну и разнообразие меню еще никому не вредило.

Хотя нет, с точки зрения официальной церкви во всем разнообразии ее течений, вредило. Особенно в пост. Яран, который подобной ерундой не страдал, исповедовал несколько иную житейскую мудрость. Да, опыт поколений нельзя игнорировать. Да, в пост можно есть только растительную пищу. Но черепаха – это орех! А птица клевала зерна, и потому ее организм состоит из тех атомов, что когда-то выросли из земли как частицы семян. И олени траву жуют… Так что кушаем, господа, кушаем!

Уже поздно вечером, привалившись к теплому боку тигрицы и неотвратимо засыпая, Сара внезапно спросила:

– А что ты сделаешь с теми, кто похитил брата?

– Убью.

Это звучало просто и обыденно. Именно тон и отражал реальное отношение Ярана к происходящему. В самом деле, чего нервничать или предаваться душевным терзаниям? Все уже обдумано и решено, зря тратить время и нервы глупо. Все это еще пригодится, ибо на выбранном пути прихлопнуть могут запросто. Яран не обольщался по этому поводу – он превосходил подавляющее большинство людей, но притом не был всемогущим или неуязвимым. Было дело, огребал от противников, и не раз. Именно поэтому лучшая тактика – маскировка и четкое понимание задачи, остальное мелочи.

– А просто убьешь, или как?

– Есть варианты? – с интересом спросил демон.

– Ну… Можно, к примеру, истребить весь их род. Или взять в плен и потом всех принести в жертву. Или… Я читала, были зелья высшей алхимии, в которые добавляли сердца врагов или иные части тела. Для усиления действия.

Ну, что тут скажешь – действительно, были. Правда, эффект тут в основном психологический. Однако же стоит подумать над тем, что за книжки читает воспитанница. Для совсем еще юной девушки не самые правильные. Вредно это. Для психики вредно.

– Ты серьезно?

– А что? И вообще, ты сам учил: самый простой способ не сойти с ума в бою – перестать считать врагов за людей.

– Перестань, а, – поморщился Яран. Девчонка была права – он так ее и учил. И похоже, малость перестарался, хотя все для ее же пользы, если вдуматься. – И вообще, если не научишься нормально себя вести – выпорю.

– Да хоть всю ночь. Ой…

Яран вздохнул. Вот тебе и ответы на многие вопросы. Особенно на перепады настроения, которые он наблюдал у ученицы последние месяцы. Повзрослела девочка. А история любит повторяться. Считай, каждая воспитанница рано или поздно в него влюблялась, исключения редки. Психология, чтоб ее! Разве что такого экстрима, как сейчас, не было. Хотя нет, был. Лет семьдесят назад, к примеру.

Да, было дело… И крови тогда хватало, и побегать пришлось изрядно. Только воспитывал он тогда обычную дворянку, у которой на первом месте были традиционные дети-кухня-церковь. Стандартный продукт этого мира, а не ищущую своего места в жизни естествоиспытательницу с сильным магическим даром. И, к слову, жить тогда было проще. Зато сейчас – интереснее. М-да…

Откровенно говоря, демон надеялся, что на сей раз минет его чаша сия. Обычно влюбленность у малолетних соплюшек появлялась лет в двенадцать-тринадцать и довольно быстро проходила. Сара уже вроде проскочила этот возраст, причем с немалым запасом, но вот – увы. Не было заботы, придется еще и женские заморочки учитывать.

Подумав немного, Яран мысленно плюнул и решил поступить так, как и положено мужчине. То есть сунуть голову в песок и надеяться, что все рассосется. Как ни странно, подобная тактика уже не раз его выручала. Как минимум она позволяла отодвинуть решение вопросов на неопределенное время. А там или шах умрет, или осел сдохнет, или просто девчонку замуж выдадут, и перестанет она наконец дурью маяться. Примерно с такими мыслями он и заснул, логично полагая, что утро вечера мудренее.

Надо признать, утро и впрямь вышло неплохим. Даже появившиеся было на горизонте тяжелые, набухшие дождем тучи обедни не испортили. Как появились – так и исчезли, унесенные воздушными потоками. И, сворачивая лагерь, Яран подумал, что неплохо, в общем-то, у них все получилось. Благодаря удачно срезанным «углам», дорога заняла не так уж много времени. Остается раздобыть лодку – и, в принципе, все. Таланты Сары позволят достаточно быстро преодолеть последний участок пути. Если, конечно, не будет накладок, которых скопилось за последнее время чересчур много.

А еще примешивалась к этому легкая досада. Хотя родной мир и стал уже забываться, подернутый дымкой прожитых лет, но понимание, что даже на примитивном вертолете он управился бы за несколько часов, бесило. Медлительность – вот что по-настоящему раздражало здесь Ярана, а вовсе не бытовые неудобства средневековья. К туалету на улице он привык быстро, а вот к ставшим вдруг запредельно большими пространствам – нет.

Жители деревни к гостям отнеслись настороженно. Все-таки не каждый день в их заднице мира (а как еще назвать пять домов, стоящие в нескольких днях пути до ближайшего города) появляются чужаки, да еще дворяне. Однако и открытой враждебности «понаехавшим» никто не выказывал. Ну а когда Яран сообщил, что прямо-таки жаждет купить небольшую лодку, щедро за нее заплатив, народ и вовсе проникся.

Все же у жизни на отшибе помимо определенных плюсов есть и немалые минусы. И если тот факт, что местные никому по большому счету не интересны, и их, соответственно, лишний раз не трогают, можно считать несомненным достоинством ситуации, то ограниченность ресурсов – это как бы совсем наоборот. Проще говоря, золото местные рыбаки если и видели, то исключительно на картинках. Яран же заплатил аж четыре полновесные золотые монеты, что превышало стоимость выбранной им посудины раз в десять.

А еще они моментально сообразили, что лошади в лодке не поместятся и путешественники оставят их здесь. Прикарманить бесхозную животинку – дело, несомненно, благое… Вот только Яран их жестоко обломил, на глазах у всех наложив на лошадей небольшое, но качественное проклятие. И предупредив, что если через две недели лошади не окажутся в поместье графа Штраубе, оно перейдет на всю деревню. Впрочем, за хлопоты он заплатил дополнительно, так что обижаться рыбакам было вроде как и не на что.

Обиделись они, или нет, оставалось лишь гадать. Но впечатлены были точно, особенно когда Яран продемонстрировал им действие проклятия, в единый миг превратив в лужу дурно пахнущего протеина очень кстати подвернувшуюся тушу павшей накануне овцы. Местным ее так и так закапывать – и чего, спрашивается, ругались?

К слову, был вариант вместо проклятия использовать простенькую иллюзию, но Яран отверг его практически сразу. Конечно, иллюзия требует меньше сил, но разница некритична. Зато настоящее проклятие надежней. Да и не привык демон шутить такими вещами. Поэтому хорошее, полновесное проклятие, к слову, одно из простейших на редкость в богатом арсенале местных некромантов, и можно быть уверенными, что верой и правдой послужившие путникам лошади в ближайшее время окажутся в родном стойле.