Михаил Михеев – Не бесите демона (страница 18)

На этот раз щенков разметало качественнее. И больнее. Во всяком случае, с тем, чтобы принять вертикальное положение у них были проблемы. Яран повернулся к воспитаннице:

– Видела, как надо? Не волной бить, а веером. И целиться пониже.

– Видела, – понятливо кивнула девушка. – Можно попробовать?

– Потом будешь пробовать. Сейчас тут просто не на ком тренироваться, да и поважнее дела есть.

С этими словами Яран, проваливаясь в песок по щиколотку, подошел к начавшему было подниматься блондину, ткнул его кулаком в живот. Не сильно, а так, чтоб вдвое сложился. Потом сгреб за сальные патлы, рывком потянул за собой и, подойдя к ближайшему валуну, с чувством ударил возмутителя спокойствия лицом по камню.

– Ты ведь не в обиде, мальчик?

Тот лишь промычал что-то нечленораздельное. Жить будет, но с раздавленным носовым хрящом, выбитыми зубами, сломанной челюстью и кучей более мелких повреждений говорить сложно. Решив считать его стон знаком согласия, Яран повернулся к остальным, встающим сейчас на ноги и опасливо поглядывающим на девушку.

– Что, дятлы, мозги включились? – он вновь повернулся к Саре: – Вот потому они и дебилы, что мозги включить способны только после хорошей порки. Так! Подорвались – и галопом отсюда, а то причиндалы отрежу и сушить развешу. Бегом!

Надо же, с полуслова научились понимать. Как ветром сдуло, и даже тот, которого Яран сделал на всю жизнь уродом, не отстал от товарищей. Вот что значит живительная сила хорошей порки!

– Ну вот, – глядя им вслед, сказал Яран. – А потом всем расскажут, что я чудовище…

– А разве нет? Ну, хотя бы с их точки зрения…

– Да ты что! – как бы в изумлении всплеснул руками Яран. – Я вообще белый и пушистый.

– Что, плесенью покрылся?

Они посмеялись, но как-то натужно. Все же испортили настроение, гады…

– Вот, в принципе, и все, – Яран попытался отряхнуть изгвазданные теперь еще и мокрым песком штаны, но бросил это неблагодарное занятие. – Конечно, нет предела совершенству, но ты меня радуешь. Вижу, мои уроки не прошли даром.

– Как я справилась?

– Ты молодец, – Яран ладонью взъерошил девушке волосы. – На отлично справилась.

– А что лучше всего получилось – моя грозная мощь или неотразимая харизма?

Яран посмотрел на надувшуюся от заслуженной гордости воспитанницу и улыбнулся:

– Знаешь, больше всего меня обрадовало, что ты не стала их убивать. Хотя это было бы, наверное, самым простым вариантом.

– Почему?

– Нет человека – нет проблемы, – серьезно ответил Яран.

– Я не про то, – Сара досадливо мотнула головой. – Почему обрадовало?

– Ах, это… Понимаешь, в одном мире, очень далеко отсюда, услышал я как-то песенку. Довольно простенькую, но в душу она мне запала. Там были такие слова… – Яран задумался на миг, вспоминая: – Милый мой мальчик, пока ты волчонок, ты не совсем ещё зверь… Кажется, нигде не переврал. Впрочем, неважно. Главное, привыкнув убивать, ты слишком легко становишься зверем. А я этого не хочу. Будь такой, как есть, это лучшее, что может получиться.

– И ты боишься, что я…

– Да, боюсь, – честно ответил Яран. – В мирах, подобных этому, даже самые добрые и честные люди звереют с легкостью неимоверной.

С этими словами он махнул рукой и зашагал в сторону причалов. Хоть и недалеко, да и короткий магический выплеск вряд ли кто засек и уж точно не смог идентифицировать, но лишний раз задерживаться не стоило. Сара вприпрыжку – вот она юность с неуемной жаждой движения и кучей энергии – догнала его и пошла рядом. Обувь ее развалилась в хлам, но девушке, воспитанной в деревне, не привыкать ходить босиком.

Некоторое время они шли молча, но уже шагов через сто Сара не вытерпела. К слову, и неудивительно – заставить женщину молчать это или эпический подвиг, или жуткая пытка. А скорее всего, и то, и другое вместе. Так что, выдержав положенные три минуты, Сара спросила:

– А скажи… Нас ведь живыми вчера хотели взять, раз требовали сдаться?

– Угу.

– А если б ты не смог отбиться – сдался бы?

– Не дождутся.

– А почему?

– Демоны не сдаются, – усмехнулся Яран. – Это наше жизненное кредо и одна из причин, по которой мы считаемся лучшими солдатами в исследованных мирах.

– А кто на втором месте? – с любопытством спросила Сара.

– В одном очень своеобразном мире живет весьма своеобразный даже по их меркам народ. К слову, очень похожий по жизненной позиции на нас. Тоже в бою не сдаются, да… Откровенно говоря, владей они генетикой так, как мы, и умей создавать себе модифицированные организмы, неизвестно еще, кто был бы первым. И, кстати, песенка про волчонка как раз оттуда.

– А чем он так своеобразен, этот мир?

– Путем своего развития. Магия у них есть, но так мало, что они искренне верят, будто ее нет вовсе. И считают магов шарлатанами. А в остальном… Среднеразвитый технологический мир с очень интересным оружейным делом на периферии нашей зоны исследований.

– Вот бы…

Сара замолчала и понурилась. Яран, впрочем, и так понимал, что она хотела сказать. Девушка по-прежнему мечтает о неведомом. Вырваться из оков своего мира, посмотреть за горизонт… Несбыточно. Честно говоря, даже жаль.

Дальше они шли молча и вскоре вышли-таки к домам, неряшливой кучкой скопившимся на пологом, но высоком берегу. Удобное место – вода не поднимется до них даже в половодье, а идти до реки, где с удобством расположилась рыбацкая пристань, совсем недалеко. Да и с местом Яран определился моментально – бывал уже здесь, и не раз. Еще в той, прошлой жизни.

Сонный пригород, можно сказать, деревня. Относительно мелко, до первых драг, способных углубить дно, этому миру еще лет сто расти, не меньше. Именно поэтому швартуются здесь либо рыбачьи посудины, либо совсем мелкие суда. Ни на том, ни на другом много не заработаешь, но дома, несмотря на полное отсутствие какого-либо намека на планировку, выглядят добротными и ухоженными. Когда Яран был здесь в последний раз, это место было раем для контрабандистов. Хотя бы потому, что таможня не слишком зверствовала, получая свою законную мзду. Как точно знал демон, часть ее шла в королевскую казну, и это приносило государству прибыли не меньше, чем если бы контрабанду прикрыли, заставив всех работать исключительно законным путем. Те же яйца, только в профиль, а хлопот не в пример больше. Так что, можно сказать, король был в доле. И Яран не удивился бы, если б узнал, что и Штраубе сюда просочился и имеет свою крошку от большого пирога. А что, с такой женой – запросто.

По случаю раннего времени, народу на единственной приличной улице было немного. Рыбаки еще затемно ушли на промысел, контрабандисты, напротив, давно вернулись и сейчас отсыпались, переводя дух после трудов неправедных. Остальные же пока или не проснулись, или не закончили отправление утренних надобностей, благо тут не деревня, где встают с петухами. Столица как-никак, пусть и формально. Так что встретилось путешественникам разве что стадо коров, гонимых пастухом, совсем еще молодым, на вид не старше Сары, парнишкой придурковатого вида.

Но придурок придурком, а по фигурке девушки сальным взглядом прошелся. Затем увидел зверское лицо Ярана, оценил длину его шпаги и тут же стух. Лишь кнутом защелкал громче, активно погоняя стадо. Вот так, сплошная пастораль.

Неформальный центр местечка, внушительных размеров трактир, несколько превосходил размерами и полицейский участок, и резиденцию главы района, вместе взятые. Когда путешественники подошли к нему, Сара выпучила глаза:

– Оригинальное название…

Действительно, «Серп и яйца» звучит как минимум необычно. К тому же на вывеске был изображен только серп, со всем остальным автор предлагал поработать фантазии любопытствующих. Самим погадать – куриные там яйца или, например, утиные…

– А что, хорошее название. Я его когда-то сам придумывал.

– Ты? – удивление Сары было искренним, такое не подделать.

Яран покровительственно усмехнулся:

– Ну разумеется, я. В свое время твой отец решил, что нечего складывать все… гм… яйца в одну корзину, и решил малость вложить капитал во что-нибудь доходное. А я, соответственно, делал кое-какую аналитику, ну и подавал креативные идеи.

– Какие-какие? – не поняла Сара.

– Дурацкие, – усмехнулся в ответ Яран. – Тем не менее эта оказалась вполне удачной. И клиенты заходили, хотя бы даже из любопытства, и грабить не пытались ни разу. Наверное, предполагали, что им за это серпом и… Впрочем, правильно боялись. Так что тебе в качестве наследства отойдет в том числе и это прибыльное местечко, – он толкнул дверь и галантно посторонился: – Прошу!

Сара шагнула вперед и оказалась в просторном светлом зале. Огромные окна пропускали достаточно солнца, чтобы можно было в деталях рассмотреть и чисто вымытые полы, и тяжеловесную, но притом достаточно удобную мебель. Такая выдержит пьяного дровосека, но и дворянина усадить за стол не стыдно. В общем, очень сбалансированное местечко, которое, в отсутствии конкурентов, явно процветало. Яран огляделся и с удовлетворением кивнул – все сохранилось в том же ключе, как он помнил. Добавились, конечно, некоторые мелочи, но в общую картину они вписывались достаточно органично.

Точно так же к месту выглядел и единственный человек, сидящий в зале и вкушающий завтрак. Колоритный был тип. Даже в сидячем положении внушающего уважения роста, широкоплечий, рыжебородый, в левом ухе золотая серьга. И кружка с пивом в руках, формой и размерами более всего напоминающая ночную вазу. Пиво с овсянкой – извращение, но если человеку нравится – почему нет?