Михаил Михайлов – Чернобыль. Хроники Севера (страница 3)
Я осмотрелся. Мда, скромновато. Кровать, стол и два стула. Ещё чайник над головой висит и кипятильник рядом. Значит есть надежда, что меня угостят чаем.
Шрам кивнул на стол – садись, мол. А сам подошёл к чайнику, открыл крышку.
–Мда, маловато будет, -буркнул он, изучив содержимое. -У тебя воды нет?
Я снял наконец вещмешок, достал флягу – воды уже почти не осталось.
–Ну, видать чая нам не видать. Тогда может водочки?
–Тоже можно, -кивнул я. Достал свою бутылку из вещмешка, целую, слава Чёрному Сталкеру. Правда Шрам выдвинул из-под кровати целый ящик.
Он улыбнулся мне, этим дав понять, что сегодня меня спас от жажды. Встал, поставил на стол свою кружку и схватил мою бутылку, немедленно принявшись отвинчивать от неё пробку. А свой полный ящик и не тронул.
Ну, я на счёт этого почему-то ничего не стал говорить. Лишь молча достал свою кружку и бросил вещмешок на кровать. Хорошо, что ничего бьющегося в ней не осталось.
–Ну, давай за встречу сначала, -предложил Шрам, тряхнув бутылочкой. -
По полной?
–Естественно, -сказал я, намекнув на то, что Шрам сейчас сморозил настоящую глупость.
В Зоне поневоле привыкаешь пить. Водка выводит из организма некоторое радиоактивное дерьмо и некоторые сталкеры научились сами её готовить прямо здесь, не выходя за Периметр. Уж лучше умереть от пули, либо в аномалии или в зубах мутанта, чем от негативной энергии этих Богом забытых мест. Недаром ведь священники так и считают. Некоторые из них даже уверены, что здесь находится преддверие ада. А военные, что стоят на Кордонах вокруг Зоны – святые воины. А в самой Зоне сплошь секты и культы какие-то.
В общем, в Зоне сталкер не пьёт и не бухает – здесь он лечится. А-то занесло меня, начал говорить о каких-то сектах. Может реально где-то тут шляются придурки, что уже не могут жить без Зоны, типа, «монолитовцы». Они ведь точно тряхнутые. Защищают легендарный Монолит, что находится в четвёртом энергоблоке здешней АЭС. Придурки, словом. Лично я с психами, кроме бандюков местных, ещё не встречался. Да и не больно-то тянет, знаете ли?
–Давай, -Шрам поманил пальчиком и я с готовностью шандарахнул о стол своей кружкой, придвинув её поближе. Бывший наёмник с готовностью её наполнил.
Я поднял полную до краёв кружку и осмотрел её.
–Давай за встречу, -буркнул Шрам, предложив тост, вытянув руку в мою сторону.
Я с готовностью чокнулся с ним.
Кружки ударились, немного расплескав содержимое, но по этому поводу мы не огорчились. И как на Кордоне, я не спеша осушил железяку в пять мерных глотков. Правда, тут же прихватило голову и полились слёзы. Мы синхронно опустили кружки на под и вместе занюхались рукавами.
Я же ещё и смачно выдохнул, потряс головой и сказал с хрипом:
–А-а, хорошо пошла родимая!
И улыбнулся.
Шрам кивнул, снова понюхав рукав.
–У, мать! О закуске забыл!
Я не стал ему ничего говорить. А то он у меня бутылку уже отобрал. А из еды у меня осталось лишь банка тушёнки и полбатона хлеба. Потому и нёс с собой полный контейнер хабара, чтобы толкнуть его Бармену. Ну и закупиться. Правда успел за это время наполнить ещё и второй контейнер. А потом собирался на НИИ «Агропром». Там, говорят, сталкеры собираются для своих каких-то целей. Толи группировка какая-то новая, толи…
Правда тут же Шрам заставил меня перестать думать об этом, снова наполнив кружки. А потом в буквальном смысле сполз со стула, выудил из-под неё ещё один ящик. И достал палку копчёной колбасы, буханку свежего чёрного хлеба и даже сыра где-то раздобыл. И всё это положил на стол.
Задел лампу, что освещала комнату. Та закачалась и по комнате забегали тени. А после кружки водки они даже как-то зловеще так забегали. Я вовремя ощутил, что рука у меня потянулась к пистолету. Пришлось себя немного одёрнуть. Ладно хоть Шрам не заметил. Он как раз отвернулся, чтобы достать из-под кровати две бутылки своей водки.
–Зацени, -он поставил их на стол. -Вчера у Сидоровича купил. Из России привёз.
Он повернул одну ко мне этикеткой. А-а, «Русь-матушка». Плохая водка. Местная много крепче.
Хотя попивая эту, мы сможем просто поговорить.
–Сойдёт, -я махнул рукой. Шрам кивнул, поставил бутылки на край стола и довольно улыбнулся.
–Ну раз сойдёт, то давай твою допьём. Кстати, между первой и второй…
–…промежуток небольшой, -закончил я его фразу.
–Вот за взаимопонимание и выпьем сейчас, -предложил он, радостно щёлкнув пальцами.
Я кивнул, хватив кружку. Снова чокнулись, немного расплескали и выпили. Снова шибануло в нос намного противнее. Шрам занюхал колбасой, я – сыром.
–Ой, хорошо… -пробормотал я, откусив кусок, а потом, достав здоровенный охотничий нож, принялся резать хлеб. Шрам последовал моему примеру и начал резать колбасу.
Мы помолчали какое-то время, а потом Шрам заговорил.
–Слышь чё, Соболь, я от этих бандюков устал уже. Обосновался здесь четыре недели назад. А эти ублюдки начали уже искать меня. Прослышали как-то. Ну, сначала я одного завалил, когда близко подобрался. Через два дня двое его корешей труп нашли. Первый труп слепцы уже успели было растаскать. Они обшмонали его, а тут я выхожу из берлоги. Они трупак осматривают, а я в них стволом. Валите, говорю, подобру-поздорову. Ато обоих завалю. Ну и спровадил, -Шрам от избытка чувств руками даже размахивать начал. -Потом уже они впятером припёрлись, прикинь, а? Ну, думаю, не понимают по-хорошему, то мы будем по-плохому. Есть у меня одна хорошая штучка, -он достал из-под стола «винторез». -Видал? -он бросил оружие на кровать. -Я из своей красавицы двоих завалил, остальные и удрали. Зачем всех валить? Грех лишний на душу брать?
–Как есть верно, братишка, -немного опьянел, зараза.
Шрам поднял руку вверх, ткнул указательным пальцем в потолок.
–Во-от, -протянул он и, медленно опуская руку, продолжил. -Так вот. Через три дня, смотрю, толпой уже прут! Человек двадцать не меньше. Я даже двоих в оптику видел. Достали, думаю, гады. Спрятался здесь. Две растяжки поставил на спуске. И меня не нашли, и на обе растяжки нарвались. Придурки. Правда, пришлось потом там прочищать. Устал за день страшно. Дверь целый день выправлял. Ладно поправил, видишь, уже от второго Выброса уже защитила. Что само по себе неплохо. Здесь вот пока сижу. Бандиты больше к деревне не суются. А я здесь как дома – кругом аномалии, -он довольно откинулся на кресле, а потом снова подался вперёд. -А-а, вчера ещё одного завалил. А те двое, которых из снайперки завалил, теперь зомби стали. К ним потом военный и сталкер присоединились. Видел четвёрку пару раз.
Я прищурился. Двое бандитов, сталкер и военный. Уж не те ли ребята, на кого я сегодня напоролся? Очень даже похоже на них.
–Похоже, встречал я их, -сказал я с улыбкой. -Они мне флягу и продырявили. Правда потом я военного из их компании добил.
Шрам приподнял бровь.
–Военного? А я думал их завтра найти. Патронов бы малость. Ты не взял?
–Нет. Сам едва ноги унёс.
–Ну раз унёс, то ваще молоток. Долго жить будешь. Давай пять!
Он крепко пожал мне руку, остался доволен и принялся открывать «Русь-матушку». Руками не вышло, вцепился зубами. Выплюнул пробку в сторону и стал разливать.
–За что? -спросил он, выпучив на меня глаза.
–За-а-а… -я всерьёз задумался. -Давай за Зону.
–За Зону? -Шрам скривил лицо, из-за чего его изуродованная щека стала ещё противнее. -За неё, стерву, пить?.. Хотя давай. Может дольше потом проживёшь.
Мы чокнулись, опять, немного расплескав, и выпили в пять глотков. Я потянулся к сыру, занюхался куском и тут же сожрал, вместе с сыром отправив в рот и кусок хлеба.
Подвал вдруг качнуля под Выбросом, закачалась и замигала лампочка… Зона услышала тост?
Я посмотрел на закачавшуюся лампочку и увидел, что в ней нет спиральки. Но лампочка всё равно горела.
Шрам тоже поднял глаза.
–А-а, здесь, на Свалке нашёл. Видишь, и без спиральки неплохо горит.
Я кивнул. В Зоне полно необъяснимых явлений. Вон, на западе Свалки есть большое радиоактивное пятно. Лишь четвёрка смельчаков в костюмах туда лазили. Говорят, что одного из них затянула огромная шевелящаяся куча мусора. Эту хрень позже назвали Конструктором. Туда даже мутанты не суются. Или на стоянке брошенной техники стоит ПАЗ, таких сейчас уже давненько не выпускают. Но зато он в таком виде, будто только что с цехов. Говорят также о тракторе на Болотах, что висит над водой прямо в воздухе. Сующиеся на Болота говорят, что даже видели, как он выплыл из глубины. Ветер под трактором также гоняет рябь. И ему хоть бы что. Висит себе, никому не мешает.
Шрам откинулся на спинку стула, заложил руки за спину и начал меня внимательно изучать.ч
–А ты тоже на себя уже не похож. Взматерел, что старый кровосос.
Я схватил кусок хлеба и положил на него кусок колбасы.
–Ну, я тоже сложа руки не сидел. Побывал всюду. А шрам-то у тебя откуда?
Он провёл пальцем по щеке.
–Малика помнишь? -спросил он и, дождавшись моего кивка, продолжил. -Он оставил. Из-за «Золотой рыбки». Делить прибыль от хабара не захотел. А потом с ножом на меня полез. Я от ножа толком не увернулся и толкнул его, а рядом «Воронка» была. Ну и всё. Вот ножом успел. Волк на Кордоне зашивал. Потом я отработал ему помощь. А Малика вспомню, так сразу в дрожь бросает. Ублюдок. А ведь классным сталкером мог стать.
Я помнил Малика. Весёлый был парень, постоянно на гитаре играл. Анекдоты рассказывал. А закончил – от жадности. И от руки друга.