Михаил Лукашев – Сотворение самбо: родится в царской тюрьме и умереть в сталинской (страница 9)

Это фото Василия Сергеевича с женой Марией сделано в Японии

В Японии издревле существовала хорошо организованная система шпионажа и контршпионажа, выслеживания, доносов. К тому же, на протяжении нескольких веков, и совсем не безосновательно, там складывалось опасливо-подозрительное отношение к европейцам – «белым варварам», которые беззастенчиво пользовались военно-техническим превосходством в своих корыстных интересах. И в двадцатые годы японцы одинаково тщательно следили и за советскими гражданами, и за белыми эмигрантами. Это было хорошо известно Василию. Понимал он и то, что при всех его отличных аттестациях полиция непременно будет интересоваться им, но такого пристального внимания к своей персоне, с каким ему пришлось столкнуться, он никак не ожидал. Ему не составило большого труда заметить постоянную слежку во время всех передвижений по городу и поездок в другие города.

Обслуживающему персоналу японских гостиниц вменялось в обязанность наблюдать за подозрительными постояльцами, особенно иностранцами, и просматривать их вещи во время уборки номеров. Поэтому, выходя из гостиницы вместе с женой, Василий, якобы, небрежно, но с некоторыми неприметными особенностями раскладывал журналы поверх своих вещей. И всякий раз отмечал чуть заметные изменения в расположении журналов. Кроме того, на другой же день после того, как Ощепковы поселились в гостинице, в дверь их номера постучал офицер полиции. И хотя такие обязательные полицейские посещения вряд ли могли быть приятны, Василия обрадовал в чиновнике полиции по иностранным делам он узнал Сиба Набути, с которым познакомился еще во Владивостоке. Так что ему не пришлось слишком сильно лгать, говоря о том, как приятно снова встретить старого знакомого. То, что персонально «закрепленный» за ним полицейский чин был свидетелем «сотрудничества» Ощепкова с японцами, могло принести только пользу. И несмотря на то, что регулярные визиты Сиба имели сугубо официальный характер, в номере гостеприимной русской семьи его всякий раз угощали вкусным обедом или ужином с непременным, по японским обычаям, горячим сакэ. А со временем даже стали давать деньги «взаймы». Так что, в конце концов, появления офицера у Ощепкова стали значительно больше походить не на строгий полицейский контроль, а на посещения добрых знакомых. Впрочем, и в этих условиях Сиба не забывал о своих служебных обязанностях и однажды в разговоре, как бы между прочим, поинтересовался политическими взглядами любезного хозяина.

Похоже, что в характере Василия мудрая предусмотрительность и тщательная продуманность каждого шага каким-то совершенно непостижимым образом уживались с лихим, по-мальчишески озорным и опасным авантюрным риском (Может быть, именно это казалось автору его характеристики «небрежностью»?). На вопрос Сиба он ответил вполне серьезно:

Моя партия – «Дэ-дэ».

Едва ли было уместной проделкой в открытую называть в разговоре с полицейским свой разведывательный псевдоним, но ведь «есть наслаждение в бою у бездны страшной на краю»! И случилось так. что вызывающе двусмысленный рисковый ответ резидента, посмеивающегося в душе над своим «гостем», принес неожиданную и немалую пользу.

А что это за партия? Я никогда не слышал о ней, – удивленно насторожился Сиба. А услышав ответ:

Партия «Дэ-дэ» означает «Деньги, деньги», – неожиданно громко расхохотался.

Побагровевший от смеха и сакэ, он снял очки и промокнул носовым платком выступившие слезы.

Очень остроумно, Ощепков-сан… Хотел бы я сейчас увидеть физиономию нашего харбинского агента… Какая глупая ошибка! Могу теперь доверительно сказать вам, что из Китая мы получили сообщение: пароходом «Натясами-мару» в Японию направляется под видом кинематографиста советский шпион по кличке «Дэ-дэ». И что этот «Дэ-дэ» докладывал о положении на Сахалине послу Карахану, от которого получил соответствующие инструкции. Понятно, что за Вами установили строгое наружное наблюдение. Но теперь недоразумение разъяснилось, и наблюдение завтра же будет снято.

Василий тоже старался как можно естественнее смеяться, хотя и не мог не ощутить смертельный холодок опасности, которая и на этот раз, хоть совсем близко, но прошла мимо. Продолжая весело улыбаться, он пояснил, что партия «Дэ-дэ» – якобы, модная на Сахалине острота. И он не раз повторял ее, когда жил в одном из русских пансионов Харбина. Объяснял, а в голове все время стучало: немедленно сообщить, что в посольстве – предатель, немедленно сменить известный японцам псевдоним…

Я могу только благодарить судьбу, что мое дело попало в руки такого опытного и умного специалиста, как Вы, уважаемый Сиба-сан. Ведь иначе…

Да, иначе, – перебил его полицейский, – иначе это могло бы огорчительно прервать Вашу успешную кинематографическую деятельность, уважаемый Ощепков-сан…

Таким был Ощепков в Токио

Так первоначальный, ставший слишком опасным, псевдоним сменился новым «Черный монах», или просто – «Монах». Должно быть, сотруднику разведотдела, предложившему его, вспомнилось семинарское прошлое разведчика. А затем был и еще один псевдоним – «Японец».

Перебравшись в Токио, Ощепков первым делом решил утолить «книжный голод» разведотдела. Отправился покупать японские армейские уставы, наставления и другую несекретную военную литературу, которая во всем мире находится в свободной продаже. Так что никакого подвоха в этом деле никак нельзя было ожидать.

В магазине, специализировавшемся на военной литературе, миниатюрная японочка в нарядном кимоно обслуживала покупателя в строгом черном штатском костюме, уже не молодого, но с явно военной выправкой и крохотными усиками («Совсем как у Чарли Чаплина», – мысленно улыбнулся Василий).

Продавщица ловко завернула стопку различных уставов в цветастую бумагу, перевязала ленточкой и протянула покупателю со словами:

Пожалуйста, извините меня, господин, но мы обязаны записывать имя и адрес всех покупающих литературу подобного рода.

Полковник запаса Хаяси Вакиндо, – отчетливо и громко, словно команду, проговорил «Чаплин» и назвал свой адрес.

Благодарю Вас, Хаяси-сан, – поклонилась продавщица и повернулась к Ощепкову, отвесив новый поклон.

Что желает господин приобрести? – за ее изысканной японской вежливостью чувствовалось удивление и любопытство из-за европейской внешности нового покупателя. А у покупателя пронеслось в голове: «Ну, спасибо полковнику! Ведь так глупо было бы привлечь внимание жандармерии из-за такой ерунды». На улыбку японочки он ответил широкой улыбкой и спокойно спросил:

Мне сказали, что вышла интересная книга об истории средневековых войн Японии. Есть она у вас?

Как он точно рассчитал, приобретатели подобной литературы жандармерию вовсе не интересовали, и в угрожающий кондуит его фамилия внесена не была.

Еще на Сахалине Ощепков решил, что первым, к кому он обратится за помощью, будет бывший семинарский однокашник и преданный друг Итигути.

Тем более, что тот преподавал в военном училище и имел доступ к ценной информации. И теперь было самое время посетить его и поручить покупку военной литературы. Итигути, искренне обрадованный встречей со старым другом после многих лет разлуки, сразу же согласился оказать ему эту услугу. Правда, он заметно оробел после того, как к нему домой явился жандарм, чтобы удостоверить подлинность личности покупателя военной литературы. Но все же согласился сотрудничать не столько ради денег, сколько в силу старой и крепкой дружеской привязанности. Да и платить ему друг мог только совсем немного и даже нерегулярно. Финансовая проблема, как и на Сахалине, сохранила в Японии прежнюю остроту.

В училище, где Итигути преподавал, скорее всего, русский язык, существовало строгое разделение на военных и «частных» преподавателей. Для «частных», к которым он и относился, существовал даже отдельный, изолированный корпус.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.