Михаил Кузнецов – Хранители Беловодья. Ожившая легенда (страница 11)
Неизвестный в чёрной мантии что-то скомандовал и все вновь заняли свои места на внутреннем периметре по сторонам от центра между колоннами. Ещё двое мужчин вышли вперёд. Спаниель превратился в огромного чёрного кота полметра в холке. Его мощное, гибкое тело с огромными клыками, острыми когтями заканчивалось тонким подвижным хвостом, на конце которого красовалась игла, сверкнувшая металлическим блеском. Напротив, переливаясь радужным блеском чешуи стояло неизвестное науке чудовище. Ростом чуть выше колена оно отдалённо напоминало ящерицу. Только вот лапы росли не в бок, а вниз, как у кошки или собаки. Всё тело покрывала изумрудна чешуя, которая на шее и лице переливалась всеми оттенками синего, красного и зелёного, создавая неповторимые переливы. На голове был мощный костный нарост, предназначенный для нанесения мощных ударов по туловищу. Таким оружием сломать ребро или нанести сотрясение мозга не составит большого труда. Передние лапы помимо обычных пальцев с острыми когтями имели ещё дополнительный с огромным когтем над остальными. Мощная челюсть своим строением напоминала скорее пасть динозавра или дракона. И завершал это восхитительно красивое создание длинный, мощный и гибкий хвост. Витя даже максимально протиснулся в проём, забыв о безопасности, чтобы лучше рассмотреть неизвестного хищника.
Драку он, как и в прошлый раз, не видел. Но, судя по яростным крикам зрителей безотрывно смотревшим в центр, там происходило нечто кровавое и жестокое. Как и в первый раз поединок занял минут пятнадцать-двадцать. После чего ведущий в мантии остановил бой, что-то объявил собравшимся и направился на выход. Хозяева вновь бросились залечивать своих питомцев. Жестокость происходящего не пугала юного зрителя, продолжавшего жадными глазами изучать собравшихся. Что-то в этих людях было такое, чего он никогда не видел в своей жизни. Вроде бы обычные мужчины и несколько женщин, в обычных костюмах. Но что-то в их поведении, взглядах, манере общения было такое, что не позволяло их назвать жителями этого мира.
– Интересно? – раздался мужской голос за спиной.
От испуга Витя чуть не увеличил размеры проёма своей головой, сильно расшибив макушку. Он резко развернулся и вжался в стену, пытаясь в темноте разглядеть неизвестного. Увидеть лицо не было возможности. Но силуэт однозначно указывал на то, что перед ним стоял мужчина в мантии. То ли ведущий, то ли судья. Под пологом ткани не просматривалось лицо и из темноты вновь раздался голос:
– Ну что молчишь? Отвечай! Интересно?
– Д-д-д-д-да! – только и сумел выдавить из трясущегося от страха рта вжавшийся в стену мальчик.
Сейчас Витя больше всего хотел, чтобы это был сон – страшная фантазия привидевшаяся в ночи. Чтоб сейчас он открыл глаза и вновь оказался в своей скрипучей кровати, с продавленными и отломившимися пружинами, которые неприятно впиваются в бока по ночам. А вокруг чтоб спали столь нелюбимые им детдомовцы. Даже мерзкому Сашке он был бы сейчас несказанно рад.
– Ты кто такой? Как звать? Где родители? – вновь из черноты заговорил мужской голос.
– Я…я…я В-в-витя. Сб-б-беж-ж-жал из инт-т-терн-н-нат-т-та, – страх парализовал, не давая говорить.
Он понимал, что сбежать из этого подвала ему уже не удастся. То, что происходило в эту и другие ночи на этих развалинах, не должно было стать известно никому. Вряд ли они оставят в живых никому не нужного беспризорника. И так захотелось обратно в ненавистное училище.
– Иди за мной! – скомандовал голос из темноты.
И что-то внутри подсказывало, что не стоит злить незнакомца в мантии. Они вышли на улицу и дошли до автомобилей. Открыв заднюю дверь одной из них, голос потребовал:
– Ложись на заднее сиденье и жди меня. Укройся своим пальто так, чтобы тебя не было видно снаружи, – незнакомец держал дверь открытой, приглашая мальчика залезть внутрь. И продолжил, когда Витя дрожащими ногами всё-таки забрался в машину. – И не глупи! Если б я хотел тебя убить, то сделал бы это в вонючем подвале.
Дверь захлопнулась. Незнакомец прикоснулся к крыше автомобиля, нервно задрожавшей словно от страха перед хозяином, и ушёл обратно в подвал, где его уже, наверняка, заждались.
В машине было тепло. Страх постепенно уступал место любопытству. Витя с интересом разглядывал салон, кожаные сиденья, деревянные вставки. Он никогда раньше не сидел в легковушке. Только в кабину Газика, на котором в детский дом привозили продукты, как то удалось пробраться, пока водитель отвлёкся. В волге было гораздо удобнее и не воняло папиросами. Через пять минут он растянулся на заднем диване и задремал. После холодного и промозглого подвала, спать в тепле на кожаном диване было верхом блаженства. Чтоб его не увидели с улицы, Витя аккуратно свернулся и укрылся под пальто.
Проснулся он от удара головой об дверцу на очередном ухабе. За рулём сидел взрослый мужчина лет сорока, с лёгкой проседью в каштановых волосах. Узкие скулы, прямой нос и холодный уверенный взгляд – всё, что удалось разглядеть через зеркало. Своего имени он не назвал, сразу перейдя к делу:
– Хорошо, что проснулся. Предстоит важный разговор, – не поворачиваясь и не притормаживая, незнакомец продолжил, – вообще, как ты понимаешь, свидетелей оставлять не положено. – Губы Вити вновь затряслись. – Если б ты был обычным мальчишкой, то так и остался бы в подвале. Какого же было моё удивление, когда мой браслет вблизи тебя не загорелся красным огнём, что означало бы присутствие поблизости спящей души. И судя по твоему поведению, ты даже не осознаёшь своих возможностей. Скажи, в твоей жизни случались необъяснимые вещи?
Витя задумался ненадолго и ответил:
– Было полгода назад. Сашка украл у одного мальчика часы, подаренные родителями, и подкинул ко мне под матрас. Директор нашёл её и решил провести публичную воспитательную беседу перед всем интернатом. Я клялся, кричал, что не виноват, но никто мне не верил. Я тогда очень разозлился на всех и в этот момент все лампочки в зале взорвались, – он умолк ненадолго, задумавшись, – собрание сразу закончилось, а меня на месяц поставили дежурным по туалетам.
– После того, что ты сегодня увидел, я не могу вернуть тебя обратно, – уже спокойным голосом начал водитель, – я должен был тебя убить. Но в тебе есть сила, впечатляющая сила, которую я не буду отбирать у этого мира, – небольшая пауза и последовало продолжение, – я отвезу тебя туда, где ты научишься управлять своей энергией, своим даром. Ты будешь учиться с такими же одарёнными детьми. Я знаком с директором этого пансиона. У меня есть семья и дети, поэтому не жди, что я буду тебя навещать.
Незнакомец в чёрной мантии без капюшона умолк. И дальнейшую часть пути они преодолели в молчании. Каждый думал о чём-то своём. Через час волга остановилась в лесу перед огромными воротами, из которых им навстречу вышел человек. И жизнь Вити навсегда изменилась.
Комната, в которой его поселили, была крохотной. В ней всего-то и помещалась кровать, письменный стол и шкаф для вещей и книг. Но и это после общей спальни на двадцать детей было верхом комфорта. Мебель была самой простой. Но зато было чисто и спокойно. Витя всегда был одиночкой, поэтому ему очень понравилось жить одному.
В первый день Борис Аркадьевич, директор пансиона, познакомил его с новой жизнью:
– Поскольку ты ничего не знаешь – стой и вникай, чтоб не пришлось повторять, – он пристально посмотрел на новичка и продолжил. – Место, в котором ты оказался, находится в тайне от простых людей. Мы – чародеи!
При этих словах директор указал на печь в своём кабинете. Пламя возникло буквально из пустоты. Витя сильно удивился, но вида не подал. А Борис Аркадьевич продолжил:
– Ты обладаешь даром. И здесь обучают, как им пользоваться. Мир совсем не такой, каким ты его знал.
С этого момента и началось Витино обучение. Моральная подготовка в детском доме помогла ему не поддаваться на провокации других ребят. Участь изгоя нашла и здесь: у остальных детей были родители, с которыми они проводили выходные и каникулы. А он всё свободное время проводил в библиотеке. Одноклассники посмеивались над Витей, но не более. В сравнении с жизнью в детском доме тут был рай. А те знания о тайнах прошлого и настоящего, что он узнавал на уроках и в книгах, полностью затмевали грусть из-за отсутствия друзей. К тому же трудности в детском доме приучили рассчитывать только на себя.
А в остальном жизнь в пансионе радовала. Интересные предметы, ежедневная отработка практических навыков, занятия спортом, вкусное и разнообразное питание. А что еще нужно юному беспризорнику, сбежавшему из детского дома. К тому же незнакомец, привёзший его, не обманул. Способности Вити были действительно выдающимися. Уже с первых дней обучения преподаватели отмечали новенького, который проявлял не дюжий интерес к предметам.
За пять лет Витя проявил себя талантливым чародеем, стремящимся к постоянному совершенствованию навыков и знаний. Он так и не завёл друзей. Многие сверстники смотрели на него свысока, потому что их родители занимали важные посты. Но и трогать его никто не решался: побаивались его злого, гордого и даже немного надменного взгляда. Уверенный в своих силах, он не искал общения или поддержки со стороны, с младенчества рассчитывая только на себя.