Михаил Кубрин – Попаданки в матросках! (страница 9)

Но… нет, обошлось. Собрав всю свою степенность (откуда только смогла ее наскрести?!), принцесса с гордостью протянула руку в ответ, и историческое рукопожатие совершилось.

— А детали нашего будущего договора вам разъяснит Сэйлор Меркури — она у нас воин воды и мудрости, — царственно объявила Усаги-Серенити.

— Так вы хотите заключить с Советским Союзом официальный договор о взаимопомощи, как государство с государством? — осторожно поинтересовался Сталин, выслушав историю воительниц. — Но ведь, как я понял, вашего Лунного королевства больше не существует? С тех самых пор, как его уничтожили… хм, земляне. От него остались только вы, да и то… лишь реинкарнации?

— И еще две кошки, — строго поправила его Усаги.

— Да, вы пятеро и две говорящие кошки, — согласился Генсек. — Которых здесь все же нет. Не слишком ли этого мало?

— Это не имеет значения, — ответила Ами Мидзуно. — Пока существуем мы — существует и Лунное королевство!

— А что насчет вашего японского гражданства?

— В этом времени его у нас нет. По любым данным из любых источников в Японии мы пока не рождались и не занесены ни в какие официальные документы, — пожала плечами Ами. — Значит, у нас есть лишь гражданство Лунного королевства.

— Хорошо, допустим, вы пятеро и являетесь Лунным королевством в нашем времени, — задумчиво произнес Сталин. — Но почему вам так нужен официальный договор? Все же в таком случае вы в нашем мире — государство, пока никем не признанное… Мы могли бы принять вас на военную службу, как…

"Как кого?" — одновременно подумали все участники переговоров, включая самого генсека, предложившего это.

— Ни в коем случае! — тут же возразила Меркури. — Нам необходимо именно признание нас, как равной стороны. С заключением официального договора, содержание которого будет опубликовано в средствах массовой информации.

— Еще и опубликовано?! — Сталин удивился уже не на шутку. — Зачем?

— Чем скорее все участники войны узнают о нашем в нее вступлении — тем скорее война закончится, — просто ответила Сэйлор Меркури.

— Может быть, вам все же подойдет секретный договор?

— К сожалению, нет. Хотя… — Ами задумалась. — Часть статей договора можно пока что сделать секретными. И опубликовать договор не немедленно, а несколько позже. Мы понимаем, что сейчас у Советского Союза сложное политическое положение… и что наше появление и вступление в войну выглядят для неподготовленных людей достаточно фантастически. Но в скором времени всем и так станет ясно, что происходит нечто необычное. Вот тогда и станет необходимым опубликование нашего договора.

— Что ж, возможно, это будет и лучшим выходом, — Сталину вспомнились некоторые детали полученных им рапортов — о тех слухах, которые уже начали расходиться по Михайлову еще ко вчерашнему вечеру. Пожалуй, действительно, если так пойдет и дальше, то рассказать правду будет проще, чем придумывать и создавать для действий воительниц какое-то прикрытие. — И в чем будет заключаться этот договор?

Договор по предложению Сэйлор Меркури должен был быть простым: воины в матросках применяют свои силы против немцев и в пользу СССР, а Советский Союз полностью обеспечивает им снабжение.

— Питание, одежда, жилье и все прочее. Да, и обязательно учебники на японском языке, — уточнила Меркури. — По всем предметам школьной программы, для второго и третьего классов колледжа… Впрочем, и для университета тоже! Неизвестно, насколько мы задержимся в этой эпохе.

— Учебники?.. Ах, да, конечно, — понял и Сталин. — По этому поводу не волнуйтесь.

— У-учебники?!! — Усаги вмиг вышла из своего образа гордой и солидной принцессы, разинув рот и выпучив глаза. — Но зачем?!

— Нам необходимо продолжать получать образование несмотря ни на что, — строго ответила Мидзуно.

— Но сейчас же война! — простонала принцесса. — Но мы же в далеком прошлом!

— Именно поэтому нам следует учиться еще лучше! Чтобы не отстать к тому времени, когда все закончится! — отрезала воин воды и мудрости.

Усаги замолчала с крайне подавленным видом.

— А в секретных статьях договора мы условимся о том, что мы сообщим СССР информацию о будущем, а Советский Союз, в свою очередь, возьмет на себя посредничество в переговорах между нами и современной Японией, — продолжала Меркури. — А также дает гарантии ненападения на Японию и неиспользования против нее полученной от нас информации.

— Но мы и так не имеем ни малейшего намерения воевать с ней, — ответил Сталин.

— К сожалению, в 1943 году США и Великобритания заключили с СССР договор о том, что после окончания войны с Германией Союз вступит в войну с Японией. Избежать этого сейчас — одна из наших задач, — пояснила Сэйлор Меркури.

Обсуждение различных деталей договора продолжалось еще около часа… Но наконец, все было обговорено и урегулировано, и тогда Сталин позвонил наркому иностранных дел Молотову. Позвонил, пригласил его к себе на дачу и дал еще ряд инструкций, среди которых была "ни чему не удивляйтесь!"

И Молотов, твердо пообещавший не удивиться совершенно ничему, сдержал слово. Он ну совершенно, ну просто нисколечки не удивился, участвуя в подписании советско-лунного договора о взаимопомощи с четырнадцатилетними японками (!), которые оказались представителями Лунного королевства (!!) и пришельцами из будущего (!!!).

9 декабря. Михайлов. Писатель Константин Симонов. Из черновиков

Северные и восточные окраины города разбиты артиллерией, там ни в одном доме нет стекол. Ясли, городская библиотека, школа — все загажено. На полу валяются обломки обгоревшей мебели, обожженные листы книг. Немцы осквернили город, но сжечь не успели! В жестоком бою стремительным натиском части генерала Голикова обошли город с трех сторон и ночью, в трескучий мороз, пошли на штурм. Оказавшиеся в окружении немцы не выдержали яростного ночного уличного боя — и сдались. Потому центр и юго-запад Михайлова почти не пострадали, лишь улица у моста через Проню забита сгоревшей техникой — следы скоротечного боя с прорвавшимися и с этой стороны нашими. Город полон немецких машин — едва ли не на каждой улице и в каждом дворе. На перекрестках стоят, задрав к небу стволы, оставленные зенитные орудия. У оврага, на задворках, полузанесенные снегом торчат жерла 8-дюймовок. Помпы даже не вынули замки у большинства орудий. Рядом валяются ящики с неизрасходованными снарядами.

Намеревающийся сдаться генерал фон Лёпер не стал выполнять приказ Гудериана об уничтожении имущества, немцы не сожгли практически ничего из своей техники, оружия, боеприпасов, продуктов… Все досталось красной армии в целости и сохранности.

Трупы немецких солдат и офицеров валяются вперемежку с разбросанным снаряжением, с кучами ворованных вещей, с расстрелянными гильзами, дневниками, письмами, — великим множеством чужим языком исписанной бумаги.

Два полка хваленой немецкой мотопехоты и полк артиллеристов сдались здесь в плен. Такой крупной победы у нас еще не бывало, поэтому сейчас настроение в городе приподнятое и у жителей, и у красноармейцев. Впрочем, не только из-за самой победы и освобождения Михайлова… Ходят странные слухи, странные для советских людей. Многие рассказывают, что ночью в бой на стороне Красной армии вступили… ангелы?.. Якобы сам собой забил колокол на колокольне, и спустившиеся с небес "числом малым" красавицы (ангелы бывают женского пола?) истребили множество немцев и заставили сдаться оставшихся. Другие рассказывают, что в бою наши применили некое секретное оружие, уничтожившее огромное число немецких солдат, а потом и эскадрилью их бомбардировщиков. А третьи — что на самом деле части генерала Голикова не успели добраться до моста, но тот был захвачен группой девушек-партизанок, которые и помешали немцам отступить из города.

Это лишь досужие россказни несчастных, уставших под вражеской оккупацией, которые так выражают надежду на "чудо", должное принести долгожданный перелом в войне? Или за всем скрывается что-то реальное? Как ни странно, именно на вопрос, кто те герои, которые, прорвавшись к мосту с юго-запада, обеспечили окружение немецкого гарнизона, никто не может дать точного ответа. Все командиры ссылаются на секретность произведенной операции и лишь намеками говорят об испытании нового оружия. Если так, то основания для засекречивания произошедшего, вероятно, веские, однако та же секретность создает почву для роста и распространения совершенно неподобающих советским гражданам слухов.

Глава 4

Сэйлоры сдержали слово. Всю первую половину дня девятого декабря они потратили на рассказ о будущем. Правда, рассказанное ими оказалось… не совсем тем, чего бы хотели двое их единственных слушателей: Сталин и второй в СССР полностью посвященный в тайну человек — наркомвнудел Лаврентий Берия.

Например, Сэйлор Меркури на отлично знала историю Японии во Второй Мировой войне — на Тихом океане, в Китае, в Маньчжурии, Индокитае, Индонезии, на Филиппинах. Время, место, характер боевых действий, планы и силы сторон и причины поражений в битвах. И про атомную бомбу, конечно. А вот как война проходила в Европе…

"Вот так, учишь-учишь, стараешься учиться всю жизнь, а когда-нибудь все равно окажется, что не знаешь именно того, что нужно, — с грустью подумала Ами. — С другой стороны, невозможно же знать все на свете!"