Михаил Крысин – Прибалтийский фашизм: трагедия народов Прибалтики (страница 74)
Однако, по моему мнению, право иметь гарантированную работу, обеспечивающую нормальное проживание, право иметь бесплатное медицинское обслуживание в случае болезни, право на бесплатное образование, жилье, социальное обеспечение, гораздо важнее для огромного большинства людей, чем политические или культовые свободы. Большинство серьезно больных, несомненно, предпочло бы сперва обратиться к врачу, а не к священнику.
В современном мире реализация прав и возможностей в социально-экономической сфере определяет качество жизни гражданин. Больше того, социально-экономические права формируют основу для всех других прав и свобод граждан. Без экономических и социальных прав гражданские и политические права лишены смысла. Политические права — это только жесты, если у людей нет права на гарантированную работу и, как следствие, на пропитание. Свобода высказать собственное мнение — слабое утешение голодному»[1366].
«Как написал уважаемый американский историк Стивен Ф. Коен (Stephen F. Cohen) в 1989 году: „Понятие `права человека` включает в себя целый диапазон экономических и других проблем благосостояния, в которое Советский Союз в мировом масштабе сделал значительный вклад“. К сожалению, большинство граждан Советского Союза воспринимало гарантированные права на работу, на образование, на медицинское обслуживание как элемент повседневной жизни и не подозревало, что они могут быть отняты.
С другой стороны, я могу засвидетельствовать, что права и свободы значительной части американского населения носят формальный и гипотетический характер. Множество основных социально-экономических элементов нормального человеческого существования совсем не гарантируется в Соединенных Штатах Америки. Право на экономику, которая поддерживала бы основные человеческие потребности, всегда игнорировалось в Соединенных Штатах наряду со всеми социальными правами. Как сказал в 1978 году Карел Васак (Karel Vasak), директор отдела Прав Человека и Мира в ЮНЕСКО, „право на работу может значить не больше, чем возможность умереть с голоду, если государство не создаст условий для его реализации“. Так обстоит дело со всеми основными правами человека в Соединенных Штатах»[1367].
…Сегодня на Западе, говоря о современной Прибалтике, редко вспоминают даже о тех политических правах, «этнической дискриминации» и тому подобном, о чем в прежние годы так много говорили радиоголоса «Свобода» и «Свободная Европа». Что уж говорить о социально-экономических правах человека, которых нет и в самих Соединенных Штатах!
После обретения независимости республиками Прибалтики БАЛС и подобные ей организации занимаются лоббированием экономической и военной помощи странам Балтии со стороны США (включая программы FMF[1368] и IMET[1369] по финансированию вооруженных сил прибалтийских государств американским Конгрессом в 2005–2006 гг.), добиваются вступления республик Прибалтики в НАТО, а также тесно сотрудничают с «закрытыми балтийскими комитетами» в Сенате и Конгрессе США по вопросам признания «незаконности советской оккупации прибалтийских стран» и т. п. (В частности, скандально известные резолюция Конгресса США № 128, предложенная Джоном Шимкусом, и резолюция Сената США № 32, предложенная сенатором Гордоном Смитом, были разработаны и приняты при активной поддержке БАЛС.)
«Балтийско-Американская лига свободы, — говорится на официальном сайте БАЛС, — призывает Россию признать и взять ответственность за незаконную и насильственную оккупацию прибалтийских стран. Отказ от документов, подписанных двумя величайшими тиранами последнего века [имеются в виду пакты Гитлера — Сталина 1939 года „О ненападении“ и „О дружбе и границе“
Как видно из приведенных документов, интересы этих организаций (как и правительства США!) не значительно изменились за последние годы, даже с развалом Советского Союза. Все они — «Даугавские ястребы», «Американская Латвийская ассоциация», «Эстонско-Американский национальный совет», «Литовско-Американский комитет», «Балтийско-Американская лига свободы» и другие продолжают свою деятельность, направленную теперь в основном против современной России.
Соединенные Штаты и Евросоюз не заинтересованы в том, чтобы покончить с возрождением нацизма в республиках Прибалтики и расставить все точки над «i» в оценках Второй мировой войны.
Именно этим объясняется то, что в американских школьных учебниках Вторая мировая война ограничивается в основном действиями западных союзников в Северной Африке, Италии и конечно же разгромом Японии на Тихом океане.
«В свои школьные годы, лет эдак сорок назад, — вспоминает писатель и публицист Дэвид Саттер, работающий над книгой об исторической памяти американского и российского народов, — я про роль СССР во Второй мировой войне не знал вообще ничего. В тогдашних учебниках вклад вашей страны в разгром вермахта никак не был отражен. Бегло говорилось что-то про Восточный фронт [это для немцев он был Восточным!], про то, что СССР был нашим союзником, упоминались Сталинградская битва и освобождение Ленинграда. Вот и все…»[1371]
С тех пор учебники истории в США не слишком изменились. Сталинградской битве и боям в России в целом в 596-страничном учебнике для старшеклассников уделяется всего один абзац, в то время как гораздо больше места занимают главы об участии в войне индейцев, испаноязычных американцев и евреев или об интернировании американцев японского происхождения. Чему же удивляться, если Вторая мировая война для Соединенных Штатов началась с Пёрл-Харбора и заключалась в основном в войне на Тихом океане против Японии? Да и какое значение имеет для американцев победа Красной армии над гитлеровской Германией, если даже, по мнению того же Дэвида Саттера, в бывшем СССР уделяется «слишком много внимания Дню Победы, в ущерб другим вещам, например, признанию того, что коммунистический режим был преступным»[1372].
Конечно, если отклониться от темы, можно было бы много сказать о преступности «демократического» (именно в кавычках) режима в США, или в Великобритании, или во Франции, которые с 1945 года по настоящее время практически не вылезают из войн в самых разных уголках земного шара, достаточно удаленных от их собственных границ, не говоря уже о подавлении внутренних мятежей в этих странах и в их колониях. (Так, например, о масштабах мятежей в Лос-Анжелесе 1990-х гг. в нашей стране мало кто слышал, разве что некоторые отголоски, да и то благодаря фантастическому фильму «Хищник-II»! Ведь тогдашнему правящему в России режиму было важно подчеркнуть «благополучие» Соединенных Штатов как примера, на который нам предлагалось равняться!) Но все это — тема для отдельной книги…
Изучая историю по подобным учебникам, неудивительно, что многие в Соединенных Штатах считают Советский Союз «поработителем», а не освободителем Прибалтики и Восточной Европы…
Глава 7
Из Советского Союза в Европейский союз
Перестройка и провозглашение независимости прибалтийских республик
К 1987 году, когда Горбачев приказал КГБ освободить всех политзаключенных, их было в Советском Союзе лишь немногим более 300 человек. Все они обвинялись либо по 70-й статье УК СССР (антисоветская агитация и пропаганда), либо по 190-й (клеветнические измышления, направленные на ослабление советской власти). Содержались они в мордовском (женском) и в скальнинском лагерях, а также в Чистопольской тюрьме под Казанью. Наряду с политзаключенными там отбывали срок «валютчики», агенты зарубежных разведок и даже иностранные шпионы.
«Почти половину из них составляли украинские, армянские, грузинские и прибалтийские националисты, — вспоминает полковник Владимир Луценко, бывший в то время начальником спецподразделения 5-го управления КГБ СССР. — Эти действительно представляли угрозу. Не все, конечно, но многие. Потом они возглавили экстремистские националистические организации у себя на родине, взяли в руки оружие и натворили столько бед… А так называемых диссидентов были единицы»[1373].
Например, одной из 16 заключенных мордовского лагеря была эстонская националистка, госпожа Лагле Парек. После освобождения она стала министром внутренних дел независимой Эстонии, а после скандальной отставки в 1993 году подалась в настоятельницы монастыря.
Перестройка в Прибалтике породила противоречивые настроения. С одной стороны, местная интеллигенция была воодушевлена происходившими во всем Союзе переменами и более чем когда-либо была готова поддерживать партию и правительство. С другой стороны, вместе с критикой «тоталитаризма» и подъемом национального самосознания наметилась опасность национализма и сепаратизма. И освобожденные из заключения прибалтийские националисты, несмотря на свою немногочисленность, помогли радикализировать изначально благие устремления, направив их в русло сепаратизма и разжигания межнациональной розни.
В Литве националистические настроения стали особенно заметны к 1987 году, в самый разгар так называемой перестройки. 16 февраля 1988 года в Вильнюсе впервые с 1940 года прошла демонстрация, посвященная Дню независимости Литвы. Напомним, что в этот день в 1918 году «Литовская тариба» — с ведома германских оккупационных властей — приняла акт «О независимости Литвы», за которым последовало провозглашение монархии во главе с принцем Вильгельмом фон Урахом графом Вюртембергским. Но в «перестроечном» угаре никто, видимо, и не вспомнил об истории этой даты.