Михаил Костин – Полотно судьбы (страница 34)

Минар сражался в самой гуще, и на его лице я видел суровую решимость. Да, сейчас он мало напоминал того молодого оруженосца, которого мы встретили вскоре после того, как покинули Виллон. Время, проведенное под землей, да еще и во главе целого народа, изменило его. Алый Лев сражался с невообразимой яростью, метательные диски были не в силах пробить его доспехи. Сам же он размахивал мечом длинным, точно оглобля, и спасения от его ударов не было, даары умирали один за другим. Замер он лишь тогда, когда далеко в тылу у разбойников запели рога, извещая о том, что отряд сира Джама идет на помощь.

– Будьте вы все прокляты! – закричал Алый Лев так громко, что перекрыл шум сражения.

Меч в его руке указывал на Минара. Алый Лев с места взял в галоп, только комья земли взлетели из-под копыт его коня. Минар двигаться с места не стал, лишь мотнул головой, давая понять своим воинам, чтобы те расступились.

– Ты умрешь! – Алый Лев обрушил свой меч со скоростью молнии.

– Все умрут! – ответил Минар, отражая удар и переходя в контратаку.

Они обменялись несколькими выпадами, кружа друг вокруг друга. Обученные кони лягались и норовили куснуть противника, глаза их были дико выпучены, с морд капала пена. Затем скакун Минара оступился и потерял равновесие, чем тут же воспользовался Алый Лев. Он нанес длинный рассекающий удар, который Минар парировать не сумел, и кольчуга на его боку разошлась со скрежетом, хлынула кровь. Предводитель разбойников торжествующе захохотал, но смех его быстро оборвался. Минар оказался только ранен.

Уже вываливаясь из седла, он ухитрился зацепиться за ногу Алого Льва и оказался у того за спиной! Тот ударил локтем назад, но сам оказался схвачен за голову. Вдвоем они полетели наземь, лязг железа заглушил вопль боли, вырвавшийся из-под шлема с львиной мордой, но длинный меч из руки не выпал.

Мне захотелось закричать «Нет!» или броситься вперед, вмешаться в схватку, но я мог лишь смотреть. Меч предводителя разбойников опять вонзился в бок Минару. Но и бывший оруженосец ухитрился воткнуть свой клинок, куда более легкий и узкий, в щель над грудной пластиной доспехов.

– Ты умрешь раньше! – сказал мой друг, поворачивая свое оружие в ране.

Предводитель разбойников захрипел, из отверстия для рта на его маске выплеснулась кровь, а в следующий момент он застыл неподвижно. Минар тоже лежал, не шевелясь, меч Алого Льва так и торчал у него из левого бока, белое лицо кривилось от боли, но оставался в сознании, хотя не знаю, чего это ему стоило.

– Великий Прорицатель! – воскликнул один из дааров, падая рядом с ним на колени.

– Закончите битву! – велел Минар. – Потом подумаете обо мне!

Но сражение к этому моменту и так завершалось. Удар сира Джама, что атаковал прямо с ходу, зайдя во фланг оставшимся без командира разбойникам, решил исход дела. Никто из врагов не смог ускользнуть, все они остались там, на лугу, в центре которого торчали руины неведомого строения, возведенного мастерами древней Магниссии.

Не обращая внимания на торжествующие крики ополченцев и стоны раненых, бывший капитан герцога Буасского направился туда, где находился Минар. По пути к нему присоединился сир Овад, лично принявший участие в схватке, получивший легкую рану и поэтому довольный собой, точно старый петух, отогнавший от курятника молодого. Великого Прорицателя они нашли в окружении дааров, что стояли тесным кругом и что-то пели на своем языке, вскинув руки и монотонно покачиваясь.

– А ну пропустите! – велел сир Джам.

Даары повиновались не сразу, но потом расступились в стороны, образовав узкий проход. Стало видно, что один из нелюдей, облаченный в синие одежды, склонился над Минаром и осторожно извлекает из раны меч Алого Льва.

– Нужно врача! Быстрее! – воскликнул сир Овад.

– Ничего не нужно, – ответил один из дааров на людском наречии. – Верховный Прорицатель находится выше всех законов смертных, и обычный лекарь ему не поможет.

– А кто поможет?

– Может быть, что и никто. Только судьба решит, что станет с ним. Великий Прорицатель будет жить, если он еще нужен нашему народу, или умрет, если он выполнил свою миссию.

Прочие даары согласно загудели.

– Что за ерунду вы несете? – воскликнул сердито сир Джам. – Необходимо осмотреть рану!

– Не надо, – это сказал уже сам Минар, открыв глаза.

– Почему? – Сир Джам и сир Овад поспешили к нему, и круг из дааров сомкнулся за их спинами, показывая, что более никого до Великого Прорицателя не допустят.

– Мы исполнили свой долг, сдержали данное вам обещание, отработали то, что должны были отработать. – Голос моего друга звучал удивительно сильно для раненого, но я видел, что он слабеет с каждым словом. – Окрестности Рам Дира свободны от врага, и люди могут жить тут безопасно. Даары же могут жить безопасно на том острове, путь к которому указал нам Дарольд…

В этот момент Минар посмотрел в ту сторону, откуда я с помощью дальновидения наблюдал за происходящим, и улыбнулся. Неужели он видит?

– Да, да, я согласен! – воскликнул сир Джам. – Но рана…

– Рана не имеет значения, – остановил его Минар. – Исцеление – тоже. Мы уходим.

– Нет, это глупо! – вмешался сир Овад. – Уйти вы можете и позже…

– Нет, только сейчас. – Минар подмигнул, на этот раз уже сомнений не осталось, что мне, и, закрыв глаза, повалился бы на залитую кровью траву, если бы его не поддержал даар в алых одеждах.

– Да как вы не понимаете! Его можно спасти! – Сир Джам обвел взглядом нечеловеческие лица вокруг, бесстрастные, даже равнодушные.

– Его не нужно спасать, – ответил даар. – Великий Прорицатель изрек свое слово. Мы уходим.

– Хорошо, – сказал сир Джам, вглядываясь в белое, без кровинки лицо Минара. – Поступайте как вам угодно, но как вы собираетесь путешествовать с раненым?

Даар молча указал на носилки, сотканные из ветвей, которые лежали у ног Минара, а уже спустя несколько минут мрачная колонна нелюдей двинулась прочь от поля боя, над которым кружили вороны.

– Куда они направляются? – поинтересовался сир Овад.

Они с сиром Джамом и отрядом всадников сопровождали дааров, стараясь к тем не приближаться.

– Думаю, они идут к порталу, – ответил сир Джам и оказался прав.

Даары и вправду шагали к каменной «двери», ведущей на остров посреди Бездны, путь к которому указал мне Вар Ло. Двигались они с невероятной для пеших скоростью, на отдых вовсе не останавливались и к утру следующего дня очутились на месте. Сир Джам и его спутники придержали коней на вершине холма, откуда хорошо был виден портал. Один из дааров оглянулся, но тут же взмахнул руками, и каменные глыбы, испещренные непонятными письменами, породили яркую вспышку. И в это белое сияние, что дрожало словно пламя костра, зашагали ряды воинов в черных доспехах.

– Прощай, Великий Прорицатель, – сказал сир Джам, провожая взглядом носилки с Минаром, а про себя добавил: – Пусть будут добры к тебе Духи, или кто там ждет на другой стороне.

Последний из дааров исчез в белом свечении, оно вроде бы погасло, но через миг сменилось алым. Громадные каменюки, какие не сдвинуть с места и десятку быков, зашевелились, поползли, по бокам их побежали трещины. С шумом и треском один за другим они рассыпались даже не на булыжники, а в пыль.

Глава 9

Орда растекалась по землям Северной империи, точно река, во время половодья забывшая собственные берега. Горели деревни, оставленные жителями или населенные, один за другим сдавались города и замки. Но продвижение все равно было медленным, силы приходилось распылять, чтобы обезопасить фланги и тыл от возможного контрудара, да еще помнить о том, что где-то впереди ждет Урис Фрумаск Третий с армией. Разведчики доносили, что он собрал значительные силы возле столицы. Но вот почему не наступает, дозволяет чужакам разорять собственные земли и убивать подданных, Аги и Ули понять не могли. Ничего внятного по этому поводу не могли сказать и захваченные в плен бароны, кто-то обвинял сюзерена в трусости, другие говорили, что он сошел с ума, но наличие какого-либо хитрого плана отрицали все.

Этим вечером мои сестры поставили лагерь на берегу полноводной реки. Отражения шатров появились в светлой воде, забегали норды, разбивая палатки. Запылали костры, и поплыл, заглушая все прочие, запах солдатской каши с мясом, что сытна и готовится быстро. Трон Рика везли в обозе и каждый раз на привале ставили его, показывая уважение к Великому Повелителю Севера. Но рядом с ним помещали другой, куда более простой и легкий, но рассчитанный на двоих человек. Именно на нем сидели Аги и Ули во время военных советов и прочих мероприятий.

В этот раз перед ними появился один из командиров нордов, коренастый, низкорослый. И рядом с ним встал другой, стройный и высокий, но с лишаем на правой щеке.

– Вожди, – заговорил первый. – Нет хорошо! Нет правда!

Второй презрительно фыркнул.

– Он, Миран, – продолжил первый и указал на другого норда. – Брать мое город Предора! Брать не честно! Брать его люди! Собаки!

– Мы брать честно! Он, Рап, брать не свое! – встрял высокий. – Мы бить ворота, мы первый в город! Доля наша! Добыча наша!

– У тебя будет время говорить! – заявила Ули, поднимая руку, и высокий норд замолк.

– Сын крыса врать! – Первый из нордов бросил на сородича ненавидящий взгляд. – Мы первый стена брать, первый город брать!