Михаил Коротков – Очерки из жизни советского офицера (страница 10)

Не могу здесь не упомянуть, что Капа очень любила меня, и часто говорила обо мне лестные слова моей матери. Этим, может быть, она добавляла мне силы, чтобы идти дальше, преодолевая возникающие трудности. Так, у нас сформировался дружный коллектив класса, с Капой, конечно, во главе, и этот коллектив не распался после окончания школы. Каждый раз, на вечере встречи выпускников, и не только, мы собирались классом (кто был в городе), и она всегда была с нами. Она умерла, где то, в двухтысячных, когда мылась в ванной. Ее провожал весь класс, и, тогда еще живая, Ольга Дмитриева (Козлова).

Коммерсанты – неудачники

Как я уже писал, в классе у меня был хороший друг, Валера Гурылев. Дружба с ним не ограничивалась школьным временем. Порой мы гостили друг у друга дома, играли, вместе учили уроки. У Валеры с детства была коммерческая жилка и мы, посовещавшись, решили ее развивать дальше, используя имеющиеся у Валеры навыки и таланты. Как я уже писал ранее, ему хорошо удавалось воссоздавать различные образы. В то время, да и сейчас, наш город является одним из центров миниатюрной живописи. Наши художники пишут свои работы на финифти, закаляют их, и такие изделия становятся вечными. Нечто подобное решили изобразить и мы. Но, поскольку для производства финифти у нас ничего не было, мы использовали другой материал для написания миниатюр. Патефонная пластинка была распилена на ровные прямоугольнички, размером со спичечный коробок, которые были начищены до блеска, а края зашкурены. И над ними начал работать «большой мастер живописи». Масляные краски у Валеры были, как, впрочем, и кисти, видимо он раньше что то писал. На труды ушла неделя. Наконец, на одной из плашек Валера написал картину (кажется это был ангел), залачил, и мы решили, времени не тратя даром, ее продать. Местные художники обычно торгуют у кремля, где много туристов и шансы реализации выше. Туда мы и отправились. Рядом с художниками мы стоять не стали, стесняясь показывать наш шедевр, а отправились к противоположным воротам кремля, где людей меньше, но и меньше ненужного внимания. Безрезультатно потеряв там пару часов, мы впали в отчаяние, из которого нас вывел сторож, который прогнал нас. Как говорят, первый блин – комом.

Жизнь II. Всепоглощающая любовь (01.09.1967-31.07.1972)

Мальчишки нашего двора

Как я уже писал, наша семья получила квартиру на улице Спартаковской, в двухэтажном каменном доме. Это была небольшая двухкомнатная «хрущевка» на первом этаже (две комнаты: гостиная и спальня). Отапливалась квартира двумя угольными печами. Одна из них стояла на кухне, другая между комнатами, топка, при этом, была со стороны большой комнаты. Позднее, после того, как наша семья угорела от комнатной печи8, отец избавился от них, заменив водяным отоплением. Рядом с нашим домом стояло несколько таких же двухэтажных домов, которые, собственно, и составляли двор. На дворе, как и принято было тогда, сформировалась компания пацанов, которая входила в более крупную группировку, которая называлась «Станция» (из-за близости ж/д вокзала). Она была достаточно пассивной, и, если в каких то разборках и участвовала, то нас не привлекала. Наш двор жил своей спокойной жизнью. Летом мы играли в футбол на поле у школы, зимой в хоккей (без коньков – на проезжей дороге, с коньками – на пруду) и, конечно, слушали дядю Гошу, который жил в крайнем от дороги доме. Дядя Гоша когда то «мотал срок», и теперь охотно озвучивал мальчишкам шедевры тюремной эстрады, используя для этого свой хриплый (как у всех алкоголиков) голос и видавшую виды гитару. Обычно мы собирались на верхнем переходе двухэтажного деревянного сарая, что стоял напротив дома, и, сидя на хлипком дощатом полу, свешивали ноги вниз и слушали его песни. Гоша был любимцем двора до тех пор, пока случай не сделал его посмешищем. Однажды, он легкомысленно употребил неизвестный спиртосодержащий раствор (говорили, политуру) и почернел, как негр. С этого дня над ним стали больше шутить и тралить, чем слушать его песни. Так низвергаются авторитеты.

На дворе жило больше мальчишек, чем девочек. В моем подъезде, этажом выше, Валентин, мой ровесник. В другом подъезде Коля Романенко по уличке «Романэ», там же Женя Колобов («Колобок») и девочка, ровесница и подруга моей сестры, Наташа Иршонкова. Она часто приходила к нам в гости, и сестра как то, по большому секрету, выболтала, что Наташа была в меня влюблена. Только я в то время таких «сикух» не замечал. В соседнем доме, что в сторону вокзала, жил Юра Мальгин, по прозвищу «Сосиска». Такое обидное прозвище он получил за свой вечно красный нос, под которым поблескивали наливающиеся сопли, В доме с другой стороны, что к центру города, жил Саша Сорокин, по кличке «Панчик». Обычно, мы гуляли по вечерам вчетвером: Валентин, я, «Колобок» и «Панчик». В период моего обучения в военном училище «Панчик» умер. «Романэ» был старше нас, носил патлы а-ля Битлз, и как проводил время, я не знаю. Мы встречались только на футболе или хоккее. Когда я возвратился из армии, тоже не застал его в живых. Часто, когда мы играли на проезжей части дороги в хоккей, к нам присоединялся Валера Балмасов. Он был старше нас и жил в желтом двухэтажном доме, что напротив, сразу за дорогой. В более позднем возрасте Валера играл на ударнике в известном в городе ВИА «ЛАД», и в парке на танцах. Умер он 9 мая, где то в двухтысячных годах. Во время праздничной церемонии у него отказало сердце.

Валентин

Валентин, так же, как и Валерий, был моим большим и верным другом. Он жил, в нашем подъезде на втором этаже и мы проводили с ним много времени вместе. Если с Валерой мы общались по каким-то конкретным делам, то с Валентином меня связывала повседневная жизнь. Мы вместе ходили в школу, по вечерам – гуляли одной компанией. У него был друг, Коля Шишин, который тоже к нам иногда присоединялся. У Валентина была младшая сестра, Ира. Тихоня. По возрасту, она младше моей сестрёнки. Её не было видно. Где она бывает и чем занимается, мы не знали. Сейчас она замужем, имеет дочку и профессионально занимается животными. Валентин же, увлекался, птицами. У него была клетка-ловушка, и он ходил с ней на охоту, на территорию питомника, который был в паре кварталов о нас. Однажды, он поймал щегла и очень этим гордился. Вечерами, в свободное время, мы с Валентином любили слушать музыку, которую транслировали различные радиостанции (у него был хороший радиоприемник). Особенно, нас интересовал рок, который, в то время, иногда пробивался из-под сильных помех (западные радиостанции глушили). В целом, это была хорошая музыка, и она нам нравилась. Мы слушали такие радиостанции как, Голос Америки, Немецкая волна, Свобода. Мы не всегда понимали смысл их передач, но, всё равно, постепенно у нас, как и у других мальчишек и девчонок сформировался «светлый» образ западной демократии. Этот образ позволил много лет спустя, похоронить прекрасный и добрый, Советский Союз. Потом, на просторы страны прорвались Beatles . Мы доставали и коллекционировали их хиты. Особенной удачей было купить где-нибудь их оригинальный граммофонный диск. Больше всех из нас в этом коллекционировании преуспел Жене Колобов («Колобок»). У него было много дисков и магнитофонных плёнок с различными альбомами этой группы. Мы с Валентином часто приходили к нему слушать их. Помню, он крутил нам последний альбом, который ему удалось достать, он назывался Аbbey Road. Должное внимание мы с Валентином уделяли и своему физическому развитию. У нас были гантели, мы качали мышцы. Как то он достал боксёрские перчатки. Мы боксировали с ним на втором этаже двухэтажных каменных сараев. По силе мы с ним были, примерно, равны, но я считаю, что он был храбрее, так как, в многих случаях, он выручал меня, и стоял рядом во времена некоторых пацанских разборок, о которых я, возможно, напишу позднее. А еще, у всех у нас были аквариумы и рыбки. Опять же, у Жени Колобова, и аквариум был больше, и рыбки были разнообразнее. У него был мраморный гурами, много меченосцев, жёлтого и оранжевого цвета. У нас же, в основном, гупии. Лишь иногда в наши аквариумы попадали редкие дорогие рыбки. Дело в том, что семьи наши, жили не очень богато, и денег на это развлечение не тратили. Кроме того, как я уже писал, наши отцы пили. Как-то раз, зайдя к Валентину, я чуть не поймал головой тарелку, которую запустил в него отец. Так что в отношении отцов мы с Валентином были полностью солидарны. Отец его был крупным мужчиной и часто ходил в матросской тельняшке, наверное, когда-то служил во флоте. Мама же, маленькая и хрупкая женщина, с виду похожая на цыганку, прожила долго и умерла в 2023 году. С отцом она развелась еще в наши школьные годы. Будучи курсантом военного училища, я заезжал к Валентину в город Иваново, где он учился в школе гражданской авиации. Женился Валентин на своей однокласснице. У них родился сын, Михаил. Возможно, он получил своё имя в честь меня. К сожалению, их семейное счастье продлилось недолго. Жена Валентина умерла из-за травмы, которую получила однажды весной, поскользнувшись на льду. У неё опухла стопа, и она ушла на больничный. Когда опухоль спала, и она собралась выходить на работу, оторвался тромб. На его похоронах, на поминках я напился. Сейчас сын Валентина работает в Москве, он бизнесмен и хорошо зарабатывает. Валентин же, женился во второй раз. Он проживает в моём городе, и мы часто встречаемся. Он увлекается рыбалкой, зимой занимаются подлёдным ловом.