Михаил Корин – Молчание богов (страница 7)

Видя окончание церемонии все присутствовавшие негры восторженно запрыгали и закричали.

Но теперь уже Бутту торжественно вымазал свое лицо кровью и почти дружелюбно спросил колдуна:

– Ты рассмотрел кишки?

Тот в ответ согласно и одобрительно зацокал языком: хорошие, нежного цвета.

– Значит между нами будет хороший мир! – уверенно провозгласил Бутту и широко заулыбался, отбросив всякую важность. Оба недавних пленника это подтвердили, негры опять загалдели, а Ханеб-Атон, считая представление оконченным, отпустил своих людей для полуденного отдыха. Дневной жар подступал и разумнее было бы полежать в тени прежде чем пускаться в обратный путь.

Пока "отверженные" отдыхали негры обоих племен тем временем пустили по кругу чашу с каким-то местным хмельным напитком и принялись неистово танцевать. Жара им была нипочем.

Обратно шли так: впереди в полном молчании шагали "отверженные", а за ними гурьбою, горланя и пританцовывая, береговые негры. На полпути к селу они обогнали стадо буйволов, которых сразу же после захвата погнали домой пятеро их соплеменников. В полном составе отряд вошел в село в начале вечера и поскольку победа была нарисована на лицах вернувшихся, то их никто не спрашивал о результатах похода, но сразу по возвращении начался стихийный праздник. Ханеб отпустил своих людей на отдых, предупредив, что утром они займутся вязкой плотов.

Когда к полудню следующего дня плоты были связаны негниющей волосяной веревкой, Ханеб-Атон приказал притащить поближе к берегу заранее нарезанные неграми ремни из шкур буйволов.

– Связывайте концы! – приказал он воинам и хотя никто из них пока ничего не понимал, но с десяток ремней они связали и растянули в одну веревку. Шкура буйвола толстая, жесткая и связывание узлов оказалось тяжелой работой. Ханеб просчитал длину веревки и ширину реки и понял, что им нужно еще не менее трех таких же веревок, причем из-за большого их веса каждую из них могли везти только два спаренных туземных челнока из коры. Других просто не было. Уже приготовили одну такую пару и погрузили первую веревку, в то время как все остальные люди продолжали связывать лианы. Двое самых сильных воинов, выведя челны берегом немного выше по течению, погнали свою загруженную пару через реку. Ханеб-Атон, оторвав людей от работы, вкратце объяснил им смысл того, что они делают и хотя никто их них прежде такого не видел, они подчинились ему из уважения. Тем временем двое на челноках уже достигли противоположного берега и, найдя поближе к воде толстое дерево, крепко привязали моток. Затем они срубили поблизости тонкое стройное дерево и, очистив его от ветвей и верхушки, получили шест длиною в два роста. После они погрузили на челноки оставшуюся часть веревки с шестом и как прежде, начав движение поперек немного выше избранного ими дерева, энергично погнали лодки. Когда веревка вся размоталась и протянулась над водою, один из них, подняв шест, острым концом что есть силы вонзил его в песчаное дно и держал пока другой забивал его топором. Шест заметно углубился и, покачиваясь, твердо стоял. Привязав к нему конец веревки, воины погнали челноки к тому берегу, где их ждали.

Тем временем оставшиеся на берегу связали все веревки, прикрепили полученную длинную к дереву и приготовили шест. Потому воины на челноках быстро повторили ту же операцию, соединив веревкой шест и дерево на берегу. Осталось протянуть последнюю связку через середину реки и привязать концы к двум другим веревкам. Для этого еще четверо воинов сели на обычные челноки по двое в каждом и поплыли на середину, а те двое на сдвоенных челнах опять повезли последнюю связку и сами присоединили ее к веревке, что протянулась от берега. Затем они поплыли к другому шесту, а связка разматываясь падала в воду за ними. Теперь, чтобы связать два оставшихся конца требовалось хорошенько потянуть намокшую веревку и общими усилиями они это сделали. Все лодки сгрудились в одном месте и половина людей работала шестами, а другая тянула. Наконец, они отвязали веревку от шестов и она провисла, утонув почти вся.

– Теперь, – объяснил Ханеб-Атон людям свой замысел, – нам нужно натянуть ее, чтобы она висела высоко над водою. – Он рукою показал высоту.

Для этого конец, привязанный к дереву у берега, отвязали и потянули сразу полторы сотни человек. И не смогли натянуть ее. Тогда Ханеб поспешил к неграм, пасшим невдалеке буйволов, и пока остальные просто держали веревку он пригнал одно молодое сильное животное и конец намотал ему на рога. Все взялись помогать, негр хлестнул хворостиной и веревка вытянулась. Ее тотчас хорошо привязали к дереву, да еще для прочности забили медный костыль в узел.

Лишь после этого Ханеб-Атон объявил отдых и обед. Пока люди подкрепляли силы жирной и густой простоквашей из молока буйволиц, похожей, скорее, на творог, он объяснял им для чего они проделали эту работу.

– Эта переправа, то есть веревка и плоты, пригодится нам множество раз. Поэтому всякий раз вы будете переправляться быстро и без весел.

– Как без весел? – удивились воины.

– Вместо них вам послужит веревка, – ответил Ханеб и кратко разъяснил им суть паромной переправы, однако по лицам слушателей увидел, что многие его не поняли.

Тем временем, пожалуй, все село высыпало на берег, чтобы посмотреть на "великую хитрость большого друга", как назвал это Бутту. Понимавшие речь отверженных переводили остальным слова Ханеба и все они с нетерпением ждали продолжения.

Чтобы всем все стало ясно Ханеб решил сам показать и приказал спихнуть один их плотов в воду. Изготовив из одного ремня петлю он обернул им натянутую веревку, а концы привязал к плоту. Теперь плот не могло снести. Все то же самое проделали воины на другом плоту.

– А теперь становимся четверо на каждый плот, но вначале загрузим их. Вы, – обратился он к стоявшим на другом плоту, – начнете движение, когда наш плот окажется на середине реки. Иначе веревка может не выдержать. Делайте как я, – приказал он троим, что были с ним и упираясь ногами начал тянуть веревку на себя. Остальные последовали его примеру и плот пошел уверенно и быстро. Видя такое все оставшиеся на берегу в тот же миг все поняли и закричали, запрыгали от восторга – и негры и "отверженные". От реки веяло сыростью и жара здесь почти не ощущалась, а к вечеру, как и днем раньше, ожидался ливень. Но до той поры было еще далеко, а уже переправили мулов с двуколками, всех людей, весь скарб и последние два рейса плоты доставляли дары "умелых" негров, которые брали с собою в дорогу: лесные фрукты и орехи, большое количество вяленой и копченой рыбы. Ведь соль, драгоценную в этих местах, отряд им доставил. Береговые негры быстро поняли все выгоды обладания переправой и были за это очень благодарны.

От берега отряд быстро двинулся к своей цели и без приключений добрался через саванну до предгорий на пятый день. Чем более они приближались к облюбованным землям тем больше менялся ландшафт. Саванна постепенно отступала под натиском лесов, а ее ровное прежде пространство прерывали вначале цепи холмов, а затем невысоких гор. Жара отступала, дышать становилось все легче, зато идти тяжелее и опаснее – ведь за каждым деревом или кустом могли скрываться враждебные дикари. Кругом текли ручьи, все кишело жизнью, почва под ногами идущих была пропитана влагой и все это вселяло радость в сердца воинов, привыкших считать воду драгоценностью. Впереди отряда постоянно крался леопард Монту, время от времени издавая мяукающие звуки, что означало: врагов нет. Но однажды, уже в предгорьях, он издал резкий вопль и Ханеб тут же отправил вперед бегом десяток воинов с луками.

Когда те подоспели, то увидели убегавших дикарей с копьями и выстрелили им вдогонку. Троих ранили, но двое улизнули. Однако, один никак не смог бы удрать – Монту стоял над ним и лакал кровь, вытекавшую из его разодранного горла. Подойдя к подстреленным Ханеб попытался поговорить с одним на языке "умелых" негров, но не добился успеха. Дикарей не стали убивать, но просто расположились рядом на ночлег. Так закончился шестой день перехода. Все были встревожены, но назавтра они никого не встретили.

На восьмой день отряд вышел в обширную долину, с трех сторон окруженную горными цепями, и тут Ханеб-Атон решил остановиться, чтобы обстоятельно исследовать местность. Уже то, что они увидели чрезвычайно всех обрадовало. Настроение у всех людей было приподнятое, но вместе с тем никто не хотел соседства с дикими племенами, возможно людоедами.

Исследователь

Едва окинув взглядом долины с высокого холма Ханеб тотчас почувствовал как из глубин его тысячелетней памяти в его сознание вливается нечто чрезвычайно важное. Но, не имея возможности немедленно заняться этим, он отложил это дело до вечера и вновь занял свое место во главе отряда. Он послал разведывательные группы по десятку человек на три стороны треугольной долины, в то время как остальные шли. держась середины. Двигались через сплошные заросли, медленно, пробивая тропу. Только полдня спустя "отверженные" достигли противоположного конца долины, где две горные цепи образовывали острый угол и точно по нему вниз стекал шумный полноводный ручей, наполнявший кристально чистое, прохладное озеро.