Михаил Кисличкин – Наемник пионерки Скворцовой (страница 40)

«Мне не нравится это решение. Ты и так был ранен. Я не хочу оставлять тебя без защиты. Жди здесь...»

Илья лишь пожал плечами и сел на скамеечку у летней кухни. Что тут скажешь? Желание Мелькора в его собственном пузыре закон.

Новый твейс выплыл из-за ангара со сталкивающимися автомобильчиками минут через пятнадцать. Он был не серый как обычный боевой призрак — вихрь и не черный, как «чистильщик». Его туман переливался всеми оттенками синего цвета, от темного, почти черного, до фиолетового.

«Илья, сейчас призрак коснется тебя. Так надо. Это безопасно. Встань и стой на месте», — сообщил переговорный твейс.

— Эй, не надо трогать шефа, — забеспокоился стоящий рядом на костылях Леха. — Мелькор, давай лучше Ника с Толяном вместе с Ильей на встречу сходят и проследят за ним?

— Я могу пойти на встречу вместо командира, — предложил Толя.

«Нет. Вы трое мне нужны здесь», — Пузырь был непреклонен.

— Народ, не волнуйтесь, — отмахнулся Илья. — Мелькор мне плохого не сделает, — сказал он с уверенностью в голосе, которой не чувствовал. Наемнику было жутковато, что уж тут говорить. Но отыгрывать назад уже поздно... а затем туман призрака заключил его в свои объятия.

Ничего страшного, однако, не произошло. Не было ни боли, ни каких-то особенно неприятных ощущений. Что-то тихо потрескивало, кожу кололо в разных местах, правой руке было ощутимо горячо, но терпимо. И еще ничего не было видно. Но продолжалось это недолго, от силы пару минут. Вскоре туман стал таять и развеялся бесследно, оставив парня стоять одного.

«Посмотри на свое правое запястье», — переговорный твейс был тут как тут.

Илья послушно опустил взгляд и увидел, как на его руке появился рисунок, похожий на старую татуировку — тоненькая серая линия, состоящая из мельчайших знаков, похожих на иероглифы. Она не болела, не чесалась и выглядела так, как будто была здесь с рождения.

«Это мой знак», — сообщил Мелькор. «Если тебе придется защищаться от врага, — просто позови меня, и он придет к тебе на помощь. Теперь иди на переговоры спокойно и помни — я стою за твоей спиной».

В шесть часов пятнадцать минут вечером следующего дня Мелькор сообщил, что посланник из КСН прибыл в Краснодар и Илья стал собираться на встречу. Полиции Илья не слишком боялся: Терентьев еще несколько дней назад сказал, что слежка с парка снята, а всю историю с неудавшимся захватом наемников списали на учения и внеплановую проверку бдительности. Конечно, в такое объяснение никто из оперов и спецназа не поверил, но сейчас это не имело большого значения. Разве что как тема для полицейских посплетничать между собой в курилке. У сотрудников внутренних органов хватало и других дел. Впрочем, Мелькор, перед тем как окончательно отправить Илью на встречу с парламентером, провел свою проверку, но не обнаружил ничего подозрительного, в том числе в архивах, в текущей переписке в мессенджерах и переговорах на полицейской волне.

Сразу после переноса Илья невольно поежился, уж слишком резким был контраст между теплом и сочными летними красками внутри «пузыря» и осенью снаружи. В парке оказалось прохладно и ветрено, сверху капал мелкий нудный дождик, деревья в конце октября стояли почти голые. Народу на аллее мало — уже смеркается, кому захочется гулять вечером в будний день по такой мерзкой погоде? Впрочем, оно и к лучшему — лишние свидетели Илье ни к чему. Главный мост уже виден, а там и кафе неподалеку, до него всего метров триста. Славно, если будет время до прихода парламентера, можно будет пивка выпить. Кружечку-другую, чисто чтобы согреться.

Кафе «Ласточка» располагалось на первом этаже уже закрывшегося вечером офисного центра. Вел в него отдельный вход с торца здания, который не сразу-то и найдешь за парковкой и мусорными баками. Хорошо хоть, над дверями висела небольшая вывеска, а то и вовсе непонятно, куда идти. Попав внутрь, Илья с любопытством огляделся и вздохнул про себя: ну что же, видали мы места и похуже. До легендарной подвальной рюмочной на улице Костылева в родной Рязани заведение все же не дотягивает — пол более-менее чистый, мебель средней обшарпанности, рожи за столами бритые попадаются, а не сплошь колдыри. Лампы дневного света на потолке все целые и половина из них даже светит. Но вообще-то... в такое место хорошо прийти после работы в мятой спецовке и, наскребя в кармане последнюю мелочь, хряпнуть грамм двести водки, желательно не закусывая. И немедленно свалить, не засиживаясь, а не вести важные переговоры. Интересно, парламентер уже здесь? Кто он? Явно не вон тот хмырь, и не те двое у бокового столика, а... твою за ногу! Не может быть!!!

Илья быстрым шагом почти подбежал к столику с сидевшей за ним невысокой девушкой, начавшей вставать ему навстречу.

— Катька! Ну, ешкин кот, что ты здесь делаешь? — не обращая внимания на окружающих, парень крепко обнял что-то пискнувшую пионерку, прижав ее к груди. — Как же я рад тебя видеть! Ты что ли парламентер?

Глава 20. Катя.

— Я парламентер, Илюша, — тихо пробормотала девушка, посмотрев в лицо парню снизу вверх своими синими глазищами. — Отпусти, раздавишь же...

Илья чуть ослабил хватку, и Катя немного отстранилась от его груди, невыказывая, однако, никакого желания окончательно вырываться из объятий. — Меня назначили к вам…, — замялась почему-то девушка, не закончив фразу.

— Здорово! — не выдержав, Илья наклонился и быстро поцеловал пионерку в макушку, ощутив на секунду приятный тонкий аромат хлеба и меда, исходивший от ее волос.

— … Послом. — Договорила, наконец, Катя и легонько уперлась Илье в грудь ладошками. — Хватит, ну! Илья, невежливо тискать свою вейгу на глазах у всех.

— Пофиг, — ответил парень, расплываясь в улыбке. — Катька, дорогая ты моя пионерка! Я прямо глазам своим не верю. Впрочем, ладно, — неохотно разомкнул он объятия. — Нам с тобой о стольком надо поговорить… но давай не здесь, — оглянулся вокруг наемник. — Ваше начальство не могло найти места для встречи получше что ли? Пошли отсюда.

— Ага, пойдем. Мне тоже здесь не нравится. Неприятное место. Вожатая не хотела вас пугать и провоцировать, и мы искали заведение, которое находится поближе к парку, вот и...

— Куда пошел?! Ти кто такой э? — неожиданно дорогу к выходу из кафе Илье с Катей перегородил мужик лет тридцати с небольшим, вставший из-за соседнего столика. Небритый, в черной толстовке и чуть ли не спортивных штанах. На лице ухмылка, изо рта ощутимо пахнет водкой. — Ты ее парэнь?

— Не твое дело, — коротко мотнул головой Илья.

— Как нэ мое дэло? Мое! — оскалил зубы мужик. — Ты иды, да. Иды отсюда. Одын иды! А она остнется здэсь. Ты ей нэ нравишься. Я ей нравлюс.

— Вэрно Вога, — из-за спины оглянувшегося Ильи откуда-то возник второй кадр, похожий одеждой и чертами лица на первого почти как брат-близнец, разве что чуть пониже ростом. — Хорошо сказал, да! Пшел отсюда, есак, — тихонько толкнул он наемника в плечо. А ты, дэвка, пойдешь с нами.

— Вы, две вонючие пьяные свиньи, — голос Кати рядом звучал звонко и злобно. — Пошли сами вон отсюда.

— Что ты сказала, сука?! — аж задохнулся Вога.

Илья еще раз бросил взгляд по сторонам. В кафе еще человек пять, но все молчат и старательно отводят глаза. Делают вид, что конфликт их не касается. Ну, это понятно… Катя потянулась в карман, и достает оттуда шарик ультатона. Это, конечно, вариант, но не прямо сейчас. Если вызвать с помощью него полицию, то когда она еще приедет… короче, поздно уже будет. Драться? Тогда надо бить первым, причем прямо сейчас, только это тоже не вариант. Илья вполне отдавал себе отчет в своих силах и понимал, что без оружия против этих двоих у него шансов почти нет. Даже против одного мужика их маловато. Физически он им проигрывал, драться толком не умел, и ребра все еще побаливали. А жизнь не кино. Собьют с ног или дадут сзади чем-нибудь тяжелым по башке и каюк. Хотя... Катя, помнится, когда-то обещала ему морду набить... Возможно, пионерка и в самом деле владеет какими-то приемчиками, но надеяться на ее умения и помощь глупо. Значит что? Остается лишь один выход… Но, блин, почему все так глупо получается?

— Давайте сначала выйдем на улицу, — постаравшись унять свою злость, почти миролюбиво сказал Илья Воге, глядя ему в глаза. — Это кафе, здесь наверняка камера в зале есть. Вам оно надо, драться в зале под запись? Мы с девушкой выйдем наружу, рядом за мусорными баками хороший закуток есть. Там и разберемся как мужчины. Без камер и свидетелей, для всех будет меньше проблем. Пошли, — взяв Катю за руку, Илья быстро зашагал к выходу.

— Пойдем, да, — осклабился тот, что пониже. — Вога, ты иды впереди! Смотри, чтобы дэвка не сбежала.

— Потом ее к Агдилю отвезем, — кивнул Вога. — Отвэтит за слова. Вахиб? Арагде, ты с нами?

— Конэчно, красавчики, — из-за стола в углу вылез третий мужик. — Майгэ лод!

«Звиздец», — только и подумал Илья, поднимаясь по ступенькам. — «Если Мелькор не поможет, то мне точно конец. Мелькор, взываю к твоей помощи»! — мысленно прокричал он, но ответа не было.

До мусорных баков, отгораживающих площадку, с одной стороны которой была глухая стена дома, а с другой — полупустая парковка, они впятером дошли меньше чем за полминуты. Вот тут-то Илье сделалось по-настоящему страшно. Катя сжала кулачки, побледнела, но выглядела спокойной. Пионерка встала рядом с парнем плечом к плечу и приняла какую-то стойку. Тем временем троица врагов технично брала их в полукруг, прижимая к контейнерам, и Илья понял, что надеяться больше не на что. И поэтому отчетливо и громко произнес вслух, воздев руки вверх.