Михаил Каюрин – Страсть (страница 7)

– Нет. Я намерена провести с ним ряд профилактических мероприятий, – расплывчато ответила Бетуль, усмехнувшись, – после которых у него появится непреодолимое желание заплатить за мой товар с процентами.

– А если подробнее?

– Я мастер боевых искусств и у меня своя методика работы с негодяями, – заявила крутая бизнес-леди. Потом, после небольшой паузы, проговорила с загадочной улыбкой на лице:

– А твоё предложение очень даже заманчивое. Я, пожалуй, подумаю над ним, если ты не пошутил.

– Какие могут быть шутки? – встрепенулся Алексей от мысли, что у него появится возможность наслаждаться ласками этой восхитительной женщины ещё некоторое время. – Оставайся у меня, живи, сколько тебе захочется.

– На раздумывания у меня впереди ещё целая ночь, – проговорила Бетуль интригующе. – Надеюсь, ты не прогонишь меня до утра?

– Что ты такое говоришь, судьба моя! – воскликнул Алексей. – Я не способен глумиться над беззащитной женщиной!

Бетуль прижалась к Алексею, поцеловала его и прошептала на ухо:

– Спасибо тебе, мой спаситель…

Некоторое время они лежали молча, потом Алексей спохватился:

– А ты, милая, случайно не помнишь, зачем я тебя сюда привёл?

– На экзекуцию, – призналась Бетуль.

– Тогда чего же ты ещё в предбаннике? – грозно спросил Алексей. – Марш в парилку!

– Узурпатор! – выплеснула Бетуль, продолжая лежать. – Никуда я отсюда не пойду.

– Ах ты, язва! – Алексей схватил женщину в охапку и перенёс в парное отделение. – Сейчас я покажу тебе, как оскорблять меня! Будешь верещать, голосить, будешь просить прощения!

Баня ещё не остыла и сохранила жар. Алексей набрал в ковшик воды и плеснул на горячие камни. С громким свистом ухнул взорвавшийся пар и плотным облаком ушёл к потолку.

– Иди сюда, коварная девчонка! – устрашающим голосом приказал он. – Я страшный серый волк! Сейчас я поджарю тебя и съем!

– Не ешь меня, лютый волк, я тебе ещё пригожусь, – принимая игру, отозвалась Бетуль и покорно забралась на полок.

Алексей взял распаренный веник и ласково прошёлся по её смуглой спине. Ускоряя взмахи, принялся выхватывать горячий пар из-под потолка. Бетуль вначале ойкала, потом плаксиво запричитала:

– Ой, мамочки, а-а-а! Узурпатор, изверг! Садист проклятущий! Я умру сейчас под твоим нещадным веником! Хватит!

– Вот тебе, вот тебе! – профессионально работая веником, Алексей прошёлся по скульптурным ногам Бетуль и стал хлестать её миниатюрные ступни. Потом помог ей повернуться на спину и повторил всё сначала.

– Для первого раза достаточно, иначе я действительно погублю твою душу, – смилостивился он и отложил веник. Взял Бетуль на руки, как ребёнка, и прижал к груди.

– Ну, как, живая ещё? – спросил Алексей и с нежностью поцеловал в мокрые губы.

– Побывала как в пекле ада, ей богу.

– Ничего-о, сейчас я обдам тебя холодной водицей и приведу в чувство.

Потом он поставил женщину перед собой и принялся мыть. Натирая мочалкой распаренное и порозовевшее тело, Алексей с замиранием сердца любовался им. Точёная фигурка Бетуль была настолько изящной, что, казалось, даже самый придирчивый взгляд художника не отыскал бы в ней ни малейшего изъяна. Он чувствовал, как хрупкое тело женщины податливо повинуется всем его безмолвным требованиям.

– Дальше я сама… – попыталась воспротивиться Бетуль, когда мочалка заскользила ниже пояса.

– Сама будешь в следующий раз, а сейчас закрой глаза и расслабься.

Властный голос Алексея не допускал никакого возражения, Бетуль ничего не оставалось, как безропотно подчиниться.

– Вот, теперь полный порядок, – сказал он, вылив ей на голову последний ковш воды. – Все страдания позади.

Разморённую и безвольную он завернул Бетуль в простыни и понёс к избушке на руках.

Пока разморённая после бани гостья отдыхала, Алексей накрыл стол для ужина.

– Вставай, принцесса, будем ужинать, – проговорил Алексей. – Турецких лакомств, к сожалению, у меня нет, зато могу угостить куриными окорочками с жареной картошкой. Устроит?

– Моя мама иногда готовит куриные окорочка, – сказала Бетуль. – Ещё она любит стряпать пельмени.

– Откуда такая тяга к русской кухне?

– Моя мама – русская, папа – турок, – сообщила Бетуль. – Так что я турчанка лишь наполовину.

– Вот, значит, откуда у тебя такие хорошие познания русского языка, – улыбнулся Алексей.

– В свои двадцать восемь лет я уже успела поработать переводчицей, гидом в турфирме, преподавателем русского языка в частной школе и лишь три года назад всерьёз занялась бизнесом, – дополнила Бетуль, присаживаясь к столу.

– Ну, тогда за знакомство? – сказал Алексей, наполнив знакомые рюмки коньяком.

– А третий тост будет за смелость? – спросила Бетуль и рассмеялась.

На щеках женщины проступили миловидные ямочки, в фиалковых глазах запрыгали озорные чёртики.

– Третий тост будет за смелость, потом мы выпьем с тобой за любовь, неугасающую страсть, нескончаемую удачу и так далее, пока не допьём нашу бутылку до конца, – ответил Алексей.

– Мы будем сегодня с тобой немножко алкоголиками, – проговорила Бетуль.

Несуразная фраза рассмешила Алексея и очень ему понравилась.

– Да, моя принцесса, мы с тобой сегодня стали немножко алкоголиками. Только не от спиртного. Сегодня мы пьяны от вихря страстей и эмоций, противиться которому мы просто не смогли, – ввернул он экспромтом на волне нежности, охватившей его.

Они пили коньяк маленькими глоточками и безостановочно ворковали, наслаждаясь журчанием своих голосов. Говорили, словно до этого были немыми, а, обретя способность голосового общения, не могли остановиться из-за боязни вновь потерять дар речи.

Бутылку они осушили, когда за окном опустился чёрный занавес ночи.

– Всё, Бетульюшка, пора нам с тобой баиньки, – сказал Алексей, вставая из-за стола. – Объявляю отбой.

– Отбой – это что? – сонным голосом спросила осоловевшая Бетуль.

– Отбой – это армейский термин, сигнал, подаваемый по окончании дня в армейских соединениях, а также церемония, его сопровождающая, – ответил Алексей заученным военным языком.

Они уместились на ночлег на одном диване, крепко обняв друг друга, словно были любовниками на протяжении длительного времени.

***

«Вот и начались чудеса, о которых предсказала цыганка. Чудеса, в которые я никогда бы раньше не поверила. Теперь они стали частью моей жизни», – отметила про себя Бетуль и радостно улыбнулась. Настроение было великолепным, она чувствовала себя легко и даже беззаботно. Ещё бы! Она встретила Алексея и впервые влюбилась по-настоящему. Мысль о том, что она в двадцать восемь лет неожиданно стала женщиной всецело переполняла ее. Она вдруг поверила, что впереди у неё столько прекрасного и удивительного, что просто дух захватывает! Будущее интриговало и завораживало своей беспредельностью, а состоявшийся разговор с Алексеем накануне придал твердую уверенность в правильности сделанного ею выбора. Скучная и пресная жизнь в Турции скоро закончится, её подхватит стремительный поток потрясающих событий в России и закрутит в своём водовороте.

– Всё будет распрекрасно! – прокричала Бетуль, сложив ладони рупором. Мир в этот миг показался ей совсем иным – он вдруг наполнился многообразием звуков, которых она раньше не замечала. Щебетали птицы, в вершинах деревьев гулял хулиганистый ветер, загадочно ворковала бегущая в реке вода.

Налюбовавшись прелестями природы, Бетуль спустилась к реке. Здесь располагался укромный уголок, окаймлённый с трёх сторон живой изгородью из плотного ивняка. Идеальное место для уединения. Рядом располагалась лавочка с удобной спинкой, сооружённая некогда руками Алексея.

Бетуль устроилась на лавочке, разбросав руки по сторонам, и запрокинула голову. По небу неторопливой вереницей двигались облака. Их очертания постоянно менялись, и она, предавшись фантазиям, принялась высматривать в них живые образы. В детстве это здорово получалось. Приглядевшись внимательно в крайнее облако, ей удалось распознать в нём царя зверей. В другом она увидела жирафа с необычайно длинной шеей, а третье предстало в облике двугорбого верблюда. Прошло совсем немного времени, и вот уже царь зверей превратился в безобидного слонёнка, а из жирафа получился дракон. Воображение продолжало работать машинально, а мысли незаметно перешли в другое русло. Бетуль думала об Алексее. За пять дней, которые они провели вместе, она разузнала о нём всё, или почти всё. По крайней мере, так ей казалось, потому что Алексей отвечал на любой поставленный вопрос и ничего не скрывал. Впервые в жизни судьба свела её с настоящим мужчиной, который понимал женщину так, как грезилось ей в юном возрасте. Мужественность и решительность этого человека странным образом уживались с его скромностью и стыдливостью. Бетуль вспомнила, как сжалось её сердце при виде шрамов на его теле, как поспешно при этом Алексей надел футболку.

– Откуда у тебя это? – спросила она.

– Чечня пометила, – коротко ответил Алексей, и она не стала больше допытываться до подробностей.

Размышляя о своих отношениях с ним, она впервые поняла, как дорог стал для неё этот мужчина. Не было ни одного часа, когда он не доставлял ей радость. Бетуль окончательно убедилась, что влюбилась в Алексея по уши. От такой радостной мысли по телу каждый раз прокатывалась горячая волна нежности, а вслед за ней появлялась тревога. Что если нагрянувшая любовь коснулась только её, а сердце Алексея так ни разу и не дрогнуло? Как узнать о его чувствах, как объясниться? Ведь кроме слов природа не наделила человека иными средствами. Но как их подобрать, как найти те единственные, которые бы с абсолютной точностью донесли её переживания? Как объяснить то сладострастие, которое охватило её в бане, когда Алексей заключил её в свои объятия. Тогда она словно вспыхнула, и от возникшего жара потемнело в глазах. В юности ей удалось прочитать немало книг о любви. И всякий раз, погружаясь при чтении в любовную интригу, Бетуль невольно сравнивала свои чувства к появившемуся ухажёру с теми, которые испытывала влюблённая героиня романа. Ничего общего. Ни трепета, ни терзающих душу переживаний. Она прекращала свидания под луной тотчас же, оставляя молодого человека в полном недоумении. Так продолжалось до тех пор, пока Бетуль всерьёз не уверовала: любить ей просто не суждено. Она восприняла это спокойно, без переживаний. Не дано, так не дано. Не биться же головой о стену?