Михаил Капелькин – Барон Дубов 8 (страница 5)

Лысый мужчина с идеально выбритым круглым черепом прятался на небольшом уступе в нескольких сотнях метров от пролегавшей внизу горной дороги. Рядом с ним лежали ещё двое людей. Один тип — бородатый настолько, что за чёрными кудрями не были видны губы и щёки. Нос торчал, как маленькая скала над лесом. Второй была женщина со шрамами на суровом и некрасивом лице. Настолько некрасивом, что даже другие члены банды Хрустального Черепа гнушались предлагать ей плотские утехи. Она брала их сама. В буквальном смысле.

Женщину звали Анна, но все называли её Вдовой. Потому что любой мужчина, осмелившийся стать её мужем, вскоре погибал при загадочных обстоятельствах. Бородоча-кавказца звали Рулон. Товарищи, из тех, что посмелее, звали его Рулон Обоев. Но недолго. Рулон кулаками выбивал из них эту привычку.

Остальная банда Хрустального Черепа ждала условного сигнала за небольшим горным перевалом выше по склону. Их лидера прозвали так за его внешний вид. Тонкая кожа просвечивала почти как стекло, а губы ему отрезали давным давно. Когда мужчина ухмылялся, из-за глубоко-посаженных глаз казалось, что улыбается сама смерть.

Это место Череп выбрал не случайно. Узкая дорога с одной стороны была стиснута горной рекой с быстрым потоком, а с другой — крутым горным склоном. Чахлые кустики не могли дать никакого укрытия, а ближайшие горные заставы, что могли выслать на помощь жертвам банды отряд, находились одинаково далеко.

Внизу на дорогу выехал небольшой разведывательный отряд. Три всадника проскакали мимо, поднимая пыль. Череп дотронулся до небольшого маскирующего артефакта на груди. Благодаря ему любой, кто поднимет взор, увидит лишь горный уступ с несколькими пожелтевшими кустиками.

Всадники исчезли за поворотом дороги, и вскоре стих стук их копыт. Череп поёжился, выдыхая морозный пар. На высоте в несколько километров было достаточно холодно, медленно кружась с неба падали маленькие снежинки. Бледное солнце светило где-то вверху, слегка грея спины людей в засаде.

Главарь насторожился, ожидая, когда из-за поворота покажется добыча. До его слуха донёсся перестук множества копыт, скрип колёс, отражённый соседними горными склонами, людской гомон и недовольное ржание лошадей.

Вскоре медленно, будто сытая змея, на дорогу выполз длинный караван. Вдова, глядя на него, восхищённо выдохнула, Рулон глухо присвистнул, чем вызвал неодобрительный взгляд командира, от которого у него сразу похолодело в жилах.

— Вот это я понимаю, добыча… — злорадно оскалилась Вдова, потирая рукоять кривого ножа на груди.

Караван охраняли хорошо экипированные бойцы. Сами купцы накинули на себя дорожные плащи, но из-под них всё равно выглядывали богатые одежды. Телеги, доверху гружёные товарами, тяжело переваливались на кочках.

Скорее всего, караван вёз самоцветы с одной из высокогорных шахт, к которой не могли подобраться грузовые дирижабли. Они-то могли бы утащить сразу весь товар, но и сбить их не так уж сложно. Поэтому купцы предпочитали ходить в этих местах по-старинке. Надёжнее и дешевле.

А этот обоз был особенно крупным. Будто везли партию, добытую за полгода. Или какую новую жилу с самоцветами открыли.

— Клянусь Аллахом, после такой добычи можно и на пенсию уйти, — пробормотал Рулон.

— Тот красавчик мой, — сплюнула Вдова, достав нож.

Она не сводила взгляда с юного аристократа с тёмными ухоженными волосами и женственным лицом. Он двигался верхом чуть в стороне от обоза, будто провожая его.

— Ну, трубить к атаке? — не дождался реакции командира бородатый.

Черепу было жаль упускать такой куш, но сегодня он здесь не за этим. По этой дороге скоро должна пройти рыбка куда крупнее. И сочнее. Лично для него.

— Нет, — коротко бросил он, снова приникая к краю уступа.

— Командир, упустим же… — почти простонала, не размыкая зубов, здоровая как бык Вдова.

Стонала она, кстати, неплохо. И это удивительно, учитывая её внешность и нрав.

— Я сказал нет, — холодно ответил Череп, недобро сверкнув глазами, когда обернулся к соратнице.

Вдова поёжилась. Она-то знала, как жесток мог быть Хрустальный Череп, если ему перечить. Шрамы на её лице напоминали об этом каждый раз, когда она смотрела на своё отражение.

Рулон тоже отполз подальше от края уступа, чтобы не видеть, как такая ценная добыча уходит прямо из-под носа. Лучше упустить её и выжить, чем начать спорить с командиром, а потом оказаться на дне глубокого ущелья. Мёртвым.

Череп провёл рукой по гладкой макушке, стирая капли влаги от растаявших снежинок.

Да, ему было жаль упускать караван, доверху набитый драгоценностями и, возможно, рабами. Власть Российской Империи запрещала рабство, но здесь, в горах, рука Зимнего дворца могла добраться далеко не до каждого человека.

До недавних пор он этим пользовался и жил просто прекрасно. Его партнёр из местной знати за небольшой процент поставлял сведения о жирных кусках дичи. Можно сказать, давал львиную долю работы.

Но недавно этот партнёр исчез. То ли был убит, то ли арестован. Опасаясь, что его сдадут, как исполнителя, Череп увёл своих людей выше и дальше в горы. И не ошибся. За ним началась настоящая охота. Не проходило и недели, чтобы за его головой не являлись авантюристы. Сильные и слабые. Неважно. Все они умирали от его рук, доставляя своими мучениями и криками немало приятных мгновений.

Во главе этой охоты стоял всего один человек. И скоро по этой дороге пройдёт небольшой обоз, а в нём — жена и дочь этого ублюдка, посмевшего выступить против банды Черепа. Сам-то он прячется за городскими стенами, за дверьми своего кабинета в городской Ратуше Пятигорска и понятия не имеет, что его семья совсем скоро окажется в руках врага.

И вот эта добыча стоит трёх таких караванов, что скрылся только что за поворотом. Возможность отомстить, показать, кто хозяин Кавказских гор. Он, Хрустальный Череп, а не какой-то там ревизор Императора.

Череп довольно скрипнул зубами, уже представляя, как будет истязать маленькую девочку и её мать, пока их отец и муж носится, собирая непомерный выкуп.

От зубовного скрежета Вдова и Рулон снова поёжились. Даже окружавший их холод не казался им таким уж холодным.

Через час на дороге послышался перестук копыт. Из-за поворота, где ранее скрылся обоз, выехал всадник на огромном гнедом скакуне.

— Клянусь Аллахом… — выдохнул Рулон, провожая седока взглядом маленьких глаз.

В чём он клянётся Аллахом, никто не понял. Но тут и не надо было. Взгляды всех троих приковал к себе всадник. Мощный, два с лишним метра ростом и чрезвычайно мускулистый, хоть его лицо и тело были скрыты тёмным плащом размером с палатку. Неподалёку от него вдоль берега реки крался двухметровый серый зверь.

— Это что… Лютоволк? — прошептала Вдова. — Этот хрен приручил Лютоволка⁈ Боже, я бы такому мужику каждый день отдавалась не по разу… Это ж надо…

Что «надо», она не договорила. Её шею обвила рука лежавшего рядом Черепа и тут же сдавила, перекрывая доступ кислорода. Вдове хотелось затрепыхаться, но она сдержала рефлексы, зная, что так сделает только хуже. Вскоре хватка Черепа ослабла, и она смогла дышать. Больше Вдова не проронила ни звука. Жизнь дороже.

— Пропустим его, — коротко прошипел главарь. — Не он наша цель.

Всадник не спеша проскакал внизу, оглядывая горы и другой берег реки, и скрылся за скалой.

Всего через полчаса появились новые путники. Сегодня эта дорога казалась необычайно оживлённой. Запряжённая тройкой сильных лошадей, показалась карета. Впереди неё тащился бронированный автомобиль, набитый охраной, ещё несколько человек в первоклассном обмундировании двигались верхом. Двое впереди, двое сзади. Их цепкие взгляды внимательно осматривали каждую расселину и выбоину на дороге и склоне горы.

Да, источник Черепу не соврал. Выходит, он зря убил того клерка. Хотя нет… Это было приятно.

Череп по очереди оглянулся на своих ближайших соратников, являя им свою зловещую улыбку, и кивнул.

Пора начинать.

Окрестности горы Домбай-Ульген

Некоторое время назад

Николай

В эту авантюру девушек я решил не вмешивать. Во-первых, они доставляют проблемы, иногда — в промышленных масштабах. Чего стоит только вчерашняя светлая идея Агнес. Во-вторых, толпа в пять человек вызовет ненужные подозрения, а это может уже всё испортить. Так что да, я отправился один, прихвати с собой лишь Альфачика.

Ещё вчера в поезде я проанализировал места нападений банды Хрустального Хлебальника, сопоставив их с картой. Он всегда действовал из засады, будто знал, где и когда будет проходить очередной, сладкий для бандитов пирожок. Значит, был сообщник. Или несколько. Но меня это не волновало. За них не платили.

По одной из моих версий выходило, что лагерь банды, из которого они совершали свои вылазки, находился где-то в окрестностях горы Домбай-Ульген. Достаточно глухие места, максимум в дне пути от других засад. Были и другие подходящие точки, но они находились ещё дальше на запад, поэтому я решил начать поиски отсюда.

Гнедой конь доставил меня сюда всего за несколько часов. Он будто всё это время, пока стоял в стойле, копил силы для хорошего забега. И во время перехода наслаждался каждым мгновением свободы. Что ж, пускай совмещает приятное с полезным.

Мне тоже нравилось. Этот заказ для меня всё равно что отдых. Природа, горы, чистый воздух и тишина.