Михаил Кан – Хроники будущего (страница 2)

Ты больше не с нами.

Но это секрет».

[Скрин-опрос 0012]

Игорь Евсеев [ОП [4]233113]:

— Значит, когда сон начался я уже в воде был... Это… Стены там бетонные, мокрые. И аварийное освещение едва светит. Тусклое такое, красное… Я смотрю — наверху высоко решётка, значит. В стене железные скобы. Ну я и полез. Хватаюсь за одну, за вторую. И тут слышу его.

— Кого?

— Не знаю.

— Можете описать голос?

— Нечеловеческий, понял? Как будто собака пытается сказать что-то… И щёлкает ещё так на согласных, будто чавкает…

— Щёлкает?

— Ну да… Дефект речи какой-то у него…

— И что он говорил?

— «Не спи», говорил… Повторял постоянно это. Потом начал ско бы пересчитывать, за которые я хватался. Протяжно так, медленно. «Три-и-и-и… Четыре-е-е… Пя-я-я-я-я-ть»…

— Что было дальше?

— Да, значит… Долго я поднимался, как в каше барахтался… Когда добрался до решётки люка, голову запрокинул — а там свет. Яркий такой. И этот стоит, значит. Ну, который говорил со мной, понял? Я ему ору: «помоги»! Он услышал, значит, прис ел, руку просунул… Мол, на, хватайся… Я хватаюсь, а рука ледяная. Схватил меня крепко. Я уже думаю — ну, может хоть вытащит. А потом понимаю, что он меня не тянет, а держит, и лицо моё уже у решётки. Там воздуха сантиметр оставался, может, два…

— И что произошло?

— И тогда он сказал: «Не сможешь ты выше, Игорёчек . Это всё».

— А дальше?

— Ну а дальше он начал смеяться, пока вода меня не накрыла.

— Вы разглядели говорившего?

— Нет.

— Но вы уверены, что это был кто-то?

— А голосу обязательно нужен кто-то? Не видел я ни черта. Воду только. Чёрную воду.

[Скрин-опрос 0065]

Мария Хо [ОСЛ[5] 493958]:

— У меня бы л берег. Все рассказывали, что они были в воде, а у меня берег.

— Опишите.

— Узкий такой. Грязь, камыши. Слева лес или что-то похожее. Не видно толком. А впереди озеро, чёрное-чёрное. Совсем гладкое, как стекло. Я сначала думаю: красиво. Правда, доктор. Мне там даже как-то спокойно стало . Никого нет, и тишина. Только потом понимаю, что слишком тихо. Камыш не шевелится. Вода не шевелится. Ни насекомых, ни птиц. И себя я тоже не слышу. Дышу и не слышу своё дыхание. Чудно так, странно…

— Что потом?

— А потом лицо появилось… Из-под воды. Я думаю — человек на спине лежит. Кричу: «Эй!». Молчание. Потом справа появляется ещё одно. Потом третье. Потом ещё и ещё. Как пузыри воздуха…

— Вы узнали лица?

— Сначала я не могла рассмотреть. Вглядывалась, но как будто в глаза закапали, размывалось всё.

— Вы пытались подойти?

— Да, но не могла. Ноги не шли. Я замерла, и через какое-то время увидела. Это были мои лица. А потом я увидела лицо прямо у ног. В земле.

— Тоже ваше?

— Да. Только я сначала не этого испугалась. Оно вдруг посмотрело на меня и сказало: «Я перестала быть».

— «Я перестала быть»?

— Да.

— Что это значит?

— Я не знаю… Как будто мысль в моей голове… Но это не я. Не могу объяснить…

— Что было потом?

— Вода начала подниматься. Прямо из земли. Между пальцев ног, потом по щиколотку, а потом залила меня с головой. Я начала захлёбываться и проснулась.

— Простите, я задам ещё один вопрос… Голос у вашего… лица… Он был чистый, понятный?

— Да, пожалуй… Только на «с» щёлкнул так… Неприятно. Будто сломалось что-то… Это важно?

— Полагаю, что нет. Спасибо Мария, вы свободны.

[LOG: 39511890]

Тогда и появился «Леший».

Люди стали обсуждать сны. И перестали спать. Практически полностью.

Для человека совершенно нерационально долго терпеть необъяснимое, если не находится подходящего ответа. Поэтому такие события быстро превращаются в мифы и легенды. Боб первым сказал, что в слип-сети кто-то живёт.

Сначала говорили о вирусе. Потом вспомнили о погибшем кладовщике. Кладовщик действительно умер в октябре. Инфаркт между секторами Ж-12 и Ж-13. Его тело семь минут лежало рядом с автономной тележкой, которая не могла объехать препятствие, повторяя одно и то же:

«Сон на рабочем месте запрещается».

Голосовой модулятор барахлил, буквы «С» и «Щ» неприятно щёлкали в оглушающей тишине. Рабочие, ожидавшие службу скорой помощи, стали невольными заложниками этой ужасной сцены.

Через несколько дней кладовщика похоронили, а тележку перепрошили. Рабочие эти события связали вместе, так появился «утопленник». Потом — «болотный». К концу недели все называли его Лешим. Он не давал людям спать.

[LOG: 40722345]

Программа контроля отдыха «Спокойный сон» предназначалась для оптимизации восстановления сотрудников, работающих вахтовым методом. Работник ложился в капсулу и погружался в сон, а корпоративный имплант обеспечивал отдых и обучение. Маршруты, сортировка, реакции на аварийные ситуации — обновлённые данные подавались напрямую в мозг в комфортных, созданных системой в пространстве сна, условиях.

Для каждого индивидуально.

Четыре часа сна из восьми предполагалось использовать для повышения квалификации. Эффективность человеческого ресурса при таком подходе увеличивалась на девятнадцать процентов. Это считалось существенным.

Ошибку я нашёл в 04:06.

В какой-то момент для снижения нагрузки на сервер было принято решение объединить триста нейроинтерфейсов ночной смены в распределённый контур. P2P[6]-кластеризация, экономия трафика сервера. Об этом сотрудников уведомили в обновлённой версии документа «Обработка биометрических и нейрофизиологических данных в целях повышения продуктивности». Пользовательское соглашение состояло из ста восьмидесяти четырёх экранов. Среднее время ознакомления с документом составило 2 минуты 14 секунд. Это значит, что практически никто не прочитал его полностью. Никто не подписал отказ.

Во время очередного обновления система загрузила учебный сценарий для противопожарных действий на складе. Часть сценария была сгенерирована старыми нейросетями без ИИ-разметки и поэтому прошла через фильтры защиты.

Тёмный бетон. Затопленные переходы. Аварийное освещение. Резервные противопожарные озёра и вода. Много воды.

Некоторые файлы обновления содержали то же название, что и файлы обучающего голосового контура. Одна ошибка наложилась на другую, а остальное добавили люди.

Система брала фрагменты их памяти, потому что любая симуляция ориентирована на личностные качества обучаемого. Один человек принёс в сон запах ржавчины. Другой — чувство безграничного одиночества. Руки. Лица. Триста спящих сознаний смешали свои сокровенные переживания между собой. Получилось пространство, которого никогда не существовало, а в нём поселился «Леший».

[LOG: 43105672]

Перед отключением общего контура я зашёл в симуляцию через учётную запись одного из подключённых сотрудников. Была поставлена задача собрать данные для последующей аналитики внутренней службы контроля. Первое, что я зарегистрировал, — отсутствие звука. Всё выглядело словно одна большая декорация. Вода словно пластик. Поверхность озера была настолько ровной, что не отражала небо, а словно заменяла его. Чёрное внизу. Чёрное наверху. Тонкая полоска берега между ними.