Михаил Кан – Хроники будущего (страница 18)
— Сейчас же!
За спиной Майка ферма начала распадаться на куски. Крыша дрогнула. Я скорее почувствовал, чем услышал шум двигателей, и только сейчас осознал, что пилот уже разогнал роторы.
— Двенадцать, — выкрикнул я, заметив, что пока Майк был внутри, на борт успели подняться ещё трое.
Пол резко ушёл из-под ног.
— Гарри, ты что творишь? — заорал я. — Они ещё там!
— Посмотри вниз!
Я посмотрел вниз: бетон пошёл трещинами и осыпался внутрь здания. Майк с техником и женщиной уже добрались до места, где мы только что стояли.
— Скидывай носилки! — раздалось у меня в наушниках.
Опомнившись, я закрепил эвакуационные носилки на тросе лебёдки и начал травить. До крыши оставалось метров десять. Гарри изо всех сил удерживал коптер на месте.
— Поймал. Фиксирую раненого. — Голос Майка прерывался помехами. Ожидание в болтающемся коптере казалось вечностью. Наконец трос натянулся.
— Забирай его.
Я включил лебёдку, втащил носилки с техником в коптер и закрепил их на полу. Сразу после этого сбросил верёвочную лестницу женщине, оставшейся внизу с Майком.
— Майк, поднимайтесь!
— Тебе придётся втащить её. У неё нет сил подняться, — хрипло отозвался Майк.
Я стал втягивать верёвочную лестницу обратно. Ноги соскальзывали, и сил на хороший рывок не хватало. Руки предательски задрожали. Кто-то из спасённых ранее мужчин отстегнулся и стал тащить вместе со мной. Через минуту мы уже затаскивали женщину на борт. Я задыхался.
— Майк, держи! — Я снова бросил лестницу вниз.
Прямо перед лицом вспыхнуло и раздался оглушительный треск, такой резкий, что заложило уши. Сквозь вздымающиеся клубы пыли я увидел, как здоровенные бетонные глыбы, бывшие когда-то цельным монолитом крыши, проваливаются внутрь здания. Видимость упала до нуля, я упал и ощутил, как меня придавливает к полу — это коптер неумолимо набирал высоту.
— Майк! — крикнул я в отчаянии, пытаясь подтянуться к проёму и разглядеть хоть что-то на противоположном конце болтающейся в воздухе лестницы.
— Майк!
Я закашлялся. Пыль скрипела на зубах, мешая вдохнуть.
— Майк, — снова прохрипел я.
Наушники предательски молчали. Я подтянулся из последних сил и всё-таки заглянул за край.
На том конце лестницы, словно тряпичная кукла на ветру, болтался Майк. И, хоть мне и не было видно из-за тряски и ракурса, я был готов поклясться, что он улыбается.
— Обычный вылет, да? — простонал я, валясь на спину.
— Обычный вылет, — прохрипел в ушах такой знакомый и такой родной голос.
Свет изменился. С меня сняли шлем. Где-то позади произнесли: «Симуляция закончена».
Плевать. Плевать на их долбаные эксперименты. Главное, что Майк жив. Я поднёс руку к лицу. В кулаке была зажата смятая пятёрка.
Конечно он жив.
***
Источник: видеозапись из помещения клинического наблюдения № 4.
Объект наблюдения: пациент № 17.
Участники: лечащий врач, супруга пациента.
Время записи: непосредственно после завершения контрольного сеанса реконструктивной терапии.
[00:00:04] СУПРУГА: Это же ужасно...
[00:00:08] ВРАЧ: Это часть терапии. Именно поэтому мы обычно не допускаем родственников на сеансы. Но, разумеется, для вас было сделано исключение — в знак благодарности за согласие на экспериментальное лечение.
[00:00:22] СУПРУГА: Подождите… Я только что видела, как у моего мужа была истерика. Пять минут назад он кричал и задыхался, а теперь лежит там и улыбается. Посмотрите на него. Это нормально?
[00:00:38] ВРАЧ: Для вас это прозвучит непривычно, но мы получили выдающийся результат. Сегодня он впервые завершил весь сценарий без критического повышения уровня тревоги.
[00:00:49] СУПРУГА: Но ведь ничего не изменилось… Он всё так же считает, что Майк жив.
[00:00:55] ВРАЧ: Да.
[00:00:57] СУПРУГА: Но ведь… Мы были на похоронах. Муж сам выбирал фотографию для памятника. Как можно забыть такое?
[00:01:10] ВРАЧ: Мы уже обсуждали это на первой встрече. Он не забыл. В этом и заключается проблема. Ваш муж знает о гибели Майка, способен обсуждать её, даже воспроизводить отдельные обстоятельства. Но когда память возвращает его непосредственно к катастрофе, эти факты вытесняются его мозгом. В его версии событий Майк спасается. Два представления не соединяются в одно воспоминание.
[00:01:34] СУПРУГА: Значит, он просто отказывается верить?
[00:01:38] ВРАЧ: Не совсем. Отказ предполагает сознательный выбор. Здесь защитная реакция значительно глубже. Память снова и снова воспроизводит наиболее переносимый исход, чтобы защитить психику.
[00:01:53] СУПРУГА: Но ведь всё остальное он переживает почти без искажений.
[00:01:59] ВРАЧ: И да, и нет. До обрушения северного пролёта события совпадают с документальными свидетельствами. Майк действительно нашёл техника в сервисном блоке и вывел его на крышу. Когда началось обрушение, экипаж поднял машину. Сначала Майк помог эвакуировать раненого техника, потом женщину. После этого на крыше оставались он и ещё один человек.
[00:02:25] СУПРУГА: Какой ещё человек? Муж мне рассказывал, что Майк оставался последним.
[00:02:30] ВРАЧ: Один из сотрудников, которого считали эвакуированным, незаметно вернулся из коптера за личными вещами. Ваш муж в это время принимал людей у двери и не видел, как тот вышел. Когда крыша провалилась, рабочего зажало между балкой и ограждением. Майк вернулся за ним.
[00:02:44] СУПРУГА: Но ведь… лестница уже была спущена, для Майка…
[00:02:48] ВРАЧ: Вместо того чтобы подняться самому, Майк закрепил на лестнице пострадавшего. Ваш муж мог не заметить этого в дыму и суматохе.
[00:03:10] СУПРУГА: Получается, Майк всё понимал?
[00:03:14] ВРАЧ: С самого начала. Да.
[00:03:28] СУПРУГА: А мой муж это видел?
[00:03:32] ВРАЧ: Мы не знаем, что именно он видел в тот момент.
[00:03:39] СУПРУГА: И теперь он этого не помнит?
[00:03:43] ВРАЧ: Помнит иначе.
[00:03:47] СУПРУГА: Как?
[00:03:50] ВРАЧ: Майк пропадает, но потом оказывается на лестнице. «Чудесное спасение». Произносит финальную фразу: «Обычный вылет». Эта защитная последовательность воспроизводится всякий раз, когда воспоминание приближается к реальному финалу.
[00:04:06] СУПРУГА: То есть каждый раз Майк спасается?
[00:04:10] ВРАЧ: Да. И самое сложное — то, что происходит дальше. В воспоминании вашего мужа Майк успевает ухватиться за последнюю перекладину. Они разговаривают по связи, затем возвращаются на базу. Для него это естественное продолжение событий, хотя оно противоречит и записям бортовых систем, и свидетельствам выживших.
[00:04:31] СУПРУГА: Сколько раз вы уже… проводили этот тест?
[00:04:36] ВРАЧ: Терапевтическую симуляцию. Двадцать два полных сеанса. Частичных реконструкций было больше. Поначалу мы не могли приблизиться даже к моменту посадки: приходилось прерывать погружение из-за тяжёлых эмоциональных реакций. Теперь он способен пройти событие целиком, не теряя связи с происходящим. Сегодня впервые это удалось без критического повышения тревоги.