Михаил Иванов – Критическое отклонение (страница 3)

– Вот именно! А знаете, почему? Они никогда по-настоящему не всматривались в небо!

– Их совершенно справедливо волнуют реальные проблемы, а не абстрактные Небеса.

– И снова – почему?

– Ну и почему же?

– Им не с чем сравнивать! Им не из чего выбирать!

– Так чего вы хотите добиться, Рэй? – Максвелл начал терять терпение.

– Дать людям надежду.

– На что?

– На то, чего они достойны: на уважение, гармонию и развитие – на лучший мир! Надежду – а затем и уверенность!

– Судя по вашему виду, вам и так неплохо живётся. Однако голод далеко не побеждён, как и смертельные болезни. Посмотрите новости: что ни день – то ураган, или потоп, или засуха, а то и вовсе пандемия. Да, пожалуй, и телевизор смотреть не нужно – помните недавние подземные толчки? Дома, поля, дороги, электростанции – сколько всего разрушено, сколько пострадавших? И сколько их будет ещё, когда потеря урожая и дефицит электроэнергии дадут о себе знать? Восстановить разрушенное, выплатить пособия и компенсации, смягчить рост цен на продукты… – Максвелл покачал головой. – А вот ещё: буквально саранчовое нашествие самых… э-э… как бы помягче… причудливых сект, виной которому недавние поправки к законам. Ну и терроризм, опять же… Так вот, если вы хотите «лучшего мира» – не стоит ли начать с решения этих, более насущных, проблем?

– Вы ловко меня поддели, – Рэй скривил угол рта и кивнул. – Прямо времена пришествия антихриста обрисовали.

– Но разве это не правда – то, что я сказал?

– Я ценю вашу приверженность правде, Максвелл. И, раз так, предлагаю взглянуть на неё шире. Крайнее социальное расслоение, голод, болезни, загрязнение окружающей среды и прочее, прочее… – всё верно, эти бичи современного мира хорошо освещены, их видят все. Главная же опасность скрыта в другом: богатые или бедные, здоровые или больные – подавляющая часть человечества не стремится ни к чему, кроме сытости и личного комфорта. Дело в том, что, открестившись от принадлежности к животному царству, человечество в то же время не имеет чёткой, не основанной на животных инстинктах идейной базы, включающей в себя цель и пути движения к ней. И вот, несмотря на невероятные научные достижения, едва поднявшись над уровнем прочих приматов, человек неуклонно скатывается обратно к первобытному идеалу: набить поплотнее брюхо и ничего при этом не делать и не замечать. Наш невероятный мозг, способный вместить знания об устройстве Вселенной, подчистую проигрывает желудку! Человек как вид, оказавшись на высшем уровне трофической сети и провозгласив себя царём горы, без возможности двигаться вверх балансирует теперь на грани деградации! Таким образом, невидимый большинству кризис – кризис обоснованного понимания мироздания, места человека в нём и его, человека, дальнейшего развития, – таит для нас сейчас значительно большую опасность, чем голод, болезни и даже терроризм. В то же время, реши мы его – и остальные проблемы без особого труда будут устранены.

Рэй перевёл дух – Максвелл ждал.

– Вы и без меня, Максвелл, должны понимать, что для стабильного существования и развития цивилизации необходима крепкая мировоззренческая основа, – продолжил Рэй. – Ещё совсем недавно роль подобной основы и духовного стержня выполняла религия. Однако теперь она, пропитавшаяся на пути своего существования «ценностями» рабовладения и феодализма, уже не может поддерживать изменившееся глобальное мироустройство. Помимо того, всеобщий доступ к информационным ресурсам – информационная независимость личности – не оставляет ей шанса. Таким образом, прежний фундамент цивилизации практически утрачен, вытеснивший его – научный – не сформирован должным образом, пребывая на уровне тех же религиозных мифов. Теоретически, в условиях единого информационного поля человечество само могло бы договориться, как ему существовать дальше, однако – всё те же первобытные, шкурные интересы….

– Для того и создан Комитет глобального планирования, чтобы…

– В отсутствие объединяющей всех цели, добровольно и осознанно принятой всеми идеологии мы никогда друг с другом не договоримся. Комитет это понимает, но ему нечего предложить.

– А вам, значит, есть, что предложить. И итог реализации этого предложения – «золотой век», вы это хотите сказать?

Рэй проигнорировал очевидный сарказм Максвелла.

– Мир без войн! Мир без рабства! Мир без унижений! Ясное понимание своей сути, своего места в мире и своей цели! – с убеждённостью отчеканил он.

– Утопия… – покачал головой Максвелл.

– Отнюдь. Предпосылок более чем достаточно – но «всё в конечном итоге зависит только от нас самих», ведь так? Это же ваши слова?

Максвелл снова обвёл взглядом посетителей ресторана (столики были заняты уже почти все, словно разговор о судьбе и надеждах человечества притягивал его представителей какой-то неведомой и неодолимой силой), всмотрелся в лица… Маленькая девочка неожиданно улыбнулась ему.

– Хм, ну допустим, – как будто согласился Максвелл. – А наука? Что после… кхм-м… обретения Бога будет с ней?

– А что с ней может случиться? Всё так же будет познавать мир во всех аспектах проявления Создателя. Изменится только концепция её развития, появится чёткая база, непререкаемая основа, независимая от чьих-либо желаний и взглядов, и – понимание невероятного уровня ответственности за всё содеянное. Вот на этой основе, на этом фундаменте и будет стоять наука и всё, что с её помощью станет создавать человек, все его действия и бездействия. Появится чёткая моральная граница, которую человечество уже не сможет игнорировать – и тем более перейти! Такой вот менетекел!

– Но это только в случае положительного результата, – Максвелл пожал плечами. – А вот вам то, что и представлять не надо: доказательство не будет найдено.

– У меня есть все основания быть уверенным! Однако это только моя личная уверенность, я же хочу поделиться своей убеждённостью со всеми. И, как вы понимаете, проповеди – не вариант.

– Видите ли, Рэй, в любом случае необходима чёткая теоретическая основа – которой наука на данный момент не располагает. Да и в принципе не может…

– Вы говорите о бессилии науки, Максвелл? А как же ваш дух исследователя? Что ж, придётся, наверное, мне, профану, помочь вам, эксперту! – Рэй глянул с усмешкой, Максвелл хмыкнул в ответ. – Ну, давайте посмотрим, что можно предложить, исходя из современных научных представлений о Вселенной… М-м… Я бы, например, обратил внимание на тот факт, что всё в мире – сам мир – стремится принять наименее энергозатратное и наиболее просто достижимое положение – то есть рассыпаться в прах. Так что же, какая сила заставляет материю организовываться и усложняться, занимая при этом столь «невыгодное» положение? Положение весьма и весьма неустойчивое, без внешней силы не достижимое?

– Существуют объяснения…

– Предположения, без внятных доказательств.

– Всё впереди. Возможно даже, что неоткрытый пока закон…

– Закон механический, безличный – или Закон, обладающий собственной волей?

– Закон есть закон… – неуверенно проговорил Максвелл.

– Неужели у вас нет никакого желания выяснить?

– Уф-ф… – Максвелл помотал головой. – Я вот никак не пойму вас, Рэй. Вы вроде бы верите… простите, убеждены в существовании Бога. И в то же время настолько доверяете науке…

– Наука многое может. И она должна использовать все свои возможности, чтобы в самом скором времени выложиться по полной и таки найти следы Создателя, пусть для этого придётся один за другим обыскать все уровни Мироздания. Да хоть вверх дном перевернуть!

– Перевернуть, чтобы вытряхнуть на свет божий, простите за каламбур, того, кто этот свет сотворил? Разве вы не считаете, что, манипулируя по собственному произволу законами природы, человек идёт против Него?

– Законы природы – чисто технический аспект Мироздания. Используя данные нам Создателем способности, мы находим лазейки на технические этажи, с которых не только открывается вид на внутреннее устройство Вселенной, но и возможность манипулировать этим устройством – в разумных пределах, конечно.

– Вы рассуждаете странно, Рэй. Я бы сказал, как учёный, но всё же…

– Но всё же мы отвлекаемся от темы. Поиск Создателя.

– Ну хорошо, хорошо, – сдался Максвелл: день всё равно был потерян. – Пожалуй, это даже забавно… Что если начать от противного? Бог существует. Где он в таком случае находится?

– Ну, скажем, на Небесах.

– Небеса – что это? Иная размерность нашего мира? Или совершенно иной Мир – вне нашей Вселенной?

– И ещё один интересный вопрос: как этого Мира достичь? Как заглянуть на Небеса – в область, где можно воспринять Создателя непосредственно?

– С научной точки зрения? – всё ещё не веря в то, что поддался на явную провокацию, спросил Максвелл.

– Вы же человек науки, – усмехнулся Рэй.

– Что ж… Создатель, значит… Создавать, в фундаментальном смысле, – значит делать окружающий мир более упорядоченным. Можно предположить, что уровень упорядоченности по направлению к подобному источнику будет увеличиваться, а уровень хаоса, соответственно, уменьшаться… И если взять этот след… Правда искать придётся не из нашего трёхмерного мира – так мы ничего не найдём, увидим всего лишь общий, ничего конкретного не утверждающий эффект. Та же история, что и с расширением Вселенной: процесс происходит в каждой точке пространства, и направление на источник Большого взрыва принципиально невозможно определить… В то же время для математики подобных ограничений нет, и если выявить комплекс эффектов в физике Вселенной, на который следует обратить внимание, то по ним, как по узловым точкам кристалла, можно попробовать выстроить модель самого кристалла… Затем рассчитать вектор…