Михаил Ильин – Москва (страница 37)
Уже в начале формирования советской архитектуры в 20-е годы рациональность построения общего плана здания, удобное расположение его помещений, широкое использование новых материалов и конструкций позволили московским архитекторам создать ряд интересных зданий, далеких от эклектики предреволюционного времени. Однако часто архитектурные искания тех лет намного опережали реальные возможности строительства. По образному выражению В. А. Веснина, одного из виднейших советских архитекторов, язык новой архитектуры выковывался "в то время, когда нам приходилось снижать стоимость каждого кубометра стройки, экономить каждую бочку цемента, каждый фунт гвоздей". Нет ничего удивительного, что в годы режима экономии менее одаренные архитекторы перешли к той „коробочной" архитектуре, которая не могла не вызвать решительного протеста общественности. Этот протест против безликих, унылых, безрадостных зданий возник в то время, когда уже стало изменяться к лучшему хозяйственно-экономическое положение страны, когда стало возможным не только развить строительство, но и обратить внимание на качество отделки зданий. Это время совпало с началом формирования культа личности Сталина, потребовавшего от советских архитекторов такой архитектуры, которая своими необычайно торжественными, величественными и пышно украшенными формами была бы способна прославить его деятельность, его будущую роль в развитии страны. Этим требованиям мало отвечали лаконичные, порой даже несколько суровые формы советской архитектуры 20-х годов. Нет ничего удивительного, что архитекторы в этих новых условиях принуждены были принести в жертву все то, что было ими достигнуто в предшествующие годы. Они обратились к образцам Ренессанса, русского классицизма и других национальных стилей, стремясь найти в прошлом ответ на задачи настоящего. Применение дорогостоящих материалов - мрамора, гранита, ценных пород дерева и т.д. - усиливало эти тенденции украшательства и излишества в архитектуре. Это направление было справедливо осуждено как на Всесоюзном совещании строителей в 1954 году, так и в специальном постановлении правительства 1955 года. Последнее отмечало всю несостоятельность, всю преступность траты огромных государственных средств для постройки величественных фасадов-украшений, что особенно развилось в послевоенные годы. Правительственное постановление отмечало, что "ничем не оправданные башенные надстройки, многочисленные декоративные колоннады и портики и другие излишества, заимствованные из прошлого, стали массовым явлением при строительстве жилья и общественных зданий, в результате чего за последние годы на жилищное строительство перерасходовано много государственных средств, на которые можно было бы построить не один миллион квадратных метров жилой площади для трудящихся".
167. Мавзолей В. И. Ленина. 1929 - 1930
Стремление сделать каждый дом „памятником эпохи", памятником победы и триумфа привело к тому, что архитектура здания распадалась на его конструктивный объем и внешнее парадное „оформление". Возведение каждого здания из уникальных элементов тормозило развитие не только строительной индустрии, но и всего строительства. Такое положение особенно остро сказывалось в области постройки жилых зданий. Архитектура теряла связь с жизненными потребностями советского народа.
Вместе с тем архитектура, где утилитарные требования сочетаются с эстетическими, - сложное искусство. Именно отсутствие действенных, живых связей между жизнью и архитектурой является причиной появления как всевозможного украшательства, так и казарменного вида построек, авторы которых не считают архитектуру искусством. Архитектура же не просто строительство по наиболее дешевому и рациональному способу, а большое и сложное искусство, „искусство потому, что характер мышления архитектора, характер творческого процесса архитектора отличается образностью архитектурного мышления" (В. Веснин). Ни новая техника, ни новые конструкции, ни новые материалы не могут создать сами по себе большого художественного направления или стиля. Они лишь помогают его созданию, а творцом является архитектор-художник, воспитывающий свой вкус, именно вкус, на лучших достижениях прошлого и настоящего, полный стремлений и желаний удовлетворить как утилитарные, так и эстетические потребности своего современника. Критикуя "стиль излишества и украшательства", правительственное постановление вместе с тем выдвигало новые требования, предъявляемые к архитектуре: "Советской архитектуре должны быть свойственны простота, строгость форм и экономичность решений. Привлекательный вид зданий и сооружений должен создаваться не путем применения надуманных, дорогостоящих декоративных украшений, а за счет органической связи архитектурных форм с назначением зданий и сооружений хороших их пропорций, а также правильного использования материалов, конструкций и деталей и высокого качества работ".
168. Дом Совета Министров СССР. 1932 - 1935
169. Здание Центрального телеграфа. 1925 - 1927
Настоящая глава состоит из шести маршрутов. Первые два знакомят с архитектурой Москвы до начала 30-х годов, третий и четвертый охватывают 30 - 50-е годы, а пятый и шестой посвящены архитектуре последних лет, где основное внимание уделено произведениям, созданным после 1956 года, когда наша архитектура вступила на путь, который может и должен привести ее к подлинному совершенству.
Знакомство с советской архитектурой, с архитектурой 20-х годов, мы начнем с одного из самых известных и лучших ее произведений - с Мавзолея В.И.Ленина (илл. 167), призванного воплотить память о вожде революции и основателе первого в мире социалистического государства.
Мавзолей построен на Красной площади по проекту А. Щусева. Сразу после смерти В. И. Ленина в январские дни 1924 года Щусеву поручили проектирование этого памятника. Задание было трудным, поскольку требовалось не только передать скорбные чувства народа, но и мысль о том, что дело Ленина живет, вдохновляет всех советских людей в их труде и свершениях. Поэтому-то возникла идея соединить Мавзолей с правительственной трибуной. Ведь чуть ли не с первых дней Октябрьской революции стало традицией проводить здесь, на Красной площади, демонстрации, здесь неоднократно выступал В. И. Ленин, здесь встречался он с народом.
170. Здание редакции и типографии газеты "Известия". 1926
Для воплощения своего замысла архитектор избрал простую, но в то же время выразительную, запоминающуюся форму. Прямоугольная основная часть Мавзолея невысока - она едва достигает трех метров. Над ней высится своего рода уступчатая пирамида, завершение которой состоит из тесно поставленных столбиков, несущих небольшой ступенчатый же верх. Две выступающие вперед лестницы ведут к трибуне, расположенной в центре, над нижней частью сооружения. Вместе с тем они выделяют вход, над которым помещен массивный каменный блок с посвятительной надписью, состоящей всего из одного слова - ЛЕНИН.
Крупные плиты темно-красного гранита с траурным поясом из черного Лабрадора облицовывают Мавзолей. Масштаб плит, тщательная их подгонка друг к другу и не менее великолепная полировка создают впечатление, словно Мавзолей вытесан из одной каменной глыбы. Лаконизм форм, их четкость, их ясный спокойный силуэт создают ту монументальность, ту подлинную архитектурную силу, благодаря которой сравнительно небольшой Мавзолей выглядит одним из значительнейших зданий Красной площади.