Михаил Ильин – Москва (страница 28)
129. 1-я Градская больница. 1828 - 1833
Замоскворечье не менее богато памятниками, чем центральная часть города. Их осмотр мы начнем с церкви Климента (илл. 124) на Пятницкой улице. Она относится к 1762 - 1770 годам, хотя, видимо, сам замысел ее постройки принадлежит к более раннему времени, поскольку колокольня была выстроена уже в 1758 году. Автор ее неизвестен, о чем приходится сожалеть, потому что этот храм является одним из интереснейших в архитектуре барокко середины XVIII столетия. Его могучее пятиглавие до сих пор хорошо видно со стороны Кремля в панораме Замоскворечья. Благодаря двухэтажному объему самого здания он выглядит не столько церковным сооружением, сколько типичным для барокко дворцом. Его массивность оттеняет примыкающая к нему одноэтажная трапезная, соединяющая храм с колокольней. Присматриваясь к деталям убранства церкви, мы можем отметить, что портики из полуколонн коринфского ордера, украшающие ее верхний этаж по сравнению со всем ее объемом, чрезмерно легки. Правда, несоответствие ордерных форм объему здания смягчено большими наличниками окон. Любопытны гурты на куполах храма. Они зрительно как бы продолжают вертикали колонн и креповку антаблемента световых барабанов. Над ними высятся характерные для этого стиля небольшие главки с перехватом у основания, что сильно обостряет их силуэт. Такое противопоставление тяжелого и массивного легкому и острому характерно для архитектуры барокко, а особенно для его декоративной лепнины с ее причудливыми растительными побегами и картушами, умело размещенными среди геометризованных архитектурных деталей.
По Климентовскому переулку выйдем на Большую Ордынку. Почти напротив, несколько справа, виднеется церковь „Всех скорбящих" (Скорбященская, илл.127). В 80-х годах XVIII века было решено пристроить к древнему храму XVII столетия новую трапезную и колокольню. Заказчиком выступил купец A. Долгов (его перестроенный в 1817 году дом № 21 находится по другую сторону улицы), родственник B. Баженова. Естественно, что составление проекта было поручено последнему. Баженов выстроил обширную, незатесненную, лишь с двумя внутренними столбами трапезную и многоярусную колокольню. Четырех-колонные ионические портики украшают наружные стены трапезной. Лаконизм архитектурных форм сочетается с пластичностью их трактовки. Большие окна трапезной забраны интересными по рисунку решетками. Колокольня при всем таланте зодчего менее удалась ему: ее ярусы производят впечатление почти одинаковых по размеру, что вряд ли можно отнести к ее положительным достоинствам. В 1828 - 1833 годах старая церковь XVII века была заменена ротондой с чрезмерно повышенным куполом. Ее автором был хорошо нам известный О. Бове. Для сооружения этой церкви архитектор воспользовался собственной же более ранней постройкой (церковь в усадьбе О. Бове - Архангельском близ станции Дорохове). Однако храм на Большой Ордынке уступает прототипу. Форма купола не особенно красива, в лепнине чувствуется некоторая сухость и измельченность форм. Внутри нас поразит орнаментированный чугунный пол и великолепный иконостас с колоннами, в котором нетрудно узнать центральную часть дома Гагарина на Новинском бульваре, славившегося как одно из лучших произведений автора (сгорел в 1941 году от немецкой бомбы). Сопоставление частей храма, построенного Баженовым, с тем, что было осуществлено Бове, дает наглядное представление о развитии русского классицизма.
130. „Дача-голубятня". 1820 - 1830-е гг.
От Скорбященской церкви пройдем по Большому Толмачевскому переулку, чтобы осмотреть городскую усадьбу Демидовой рубежа XVIII - XIX столетий (дом № 3). Этот участок со старыми постройками был приобретен владелицей в 1772 году, после чего был заново отстроен дом, малоинтересный, если судить по чертежам того времени. После московского пожара его вновь отделали: пристроили колонный портик и украсили стены барельефами, частично сохранив старую архитектурную обработку. Эти доделки были произведены в стиле зрелого классицизма XVIII века. В настоящее время по своему внешнему облику (внутри почти все переделано) здание похоже на типичный московский барский дом конца XVIII - начала XIX века. Достопримечательностью усадьбы является его чугунная барочная ограда - великолепный образец русского литья середины XVIII века(илл.125). Она выполнена, видимо, на одном из уральских заводов Демидовых, где изготовлялись подобные произведения искусства, широко применявшиеся в их строительных затеях. Ограду отличает сложный узорный рисунок ее звеньев и декоративные чугунные вазы на столбах, украшенных также чугунными пилястрами.
Дальнейший путь ведет нас на Ленинский проспект (бывш. Б. Калужская улица), куда мы можем попасть, используя городской транспорт. В начале XIX века эта улица была еще загородной и малозастроенной, зелень ее парков подходила к ее проезжей части. Зодчие, возводившие здесь свои здания, ставили их свободно, отодвигая от проезжей линии улицы. Все это обусловило большую пространственность композиции, большую выразительность архитектурных форм. Таково здание 1-й Градской больниц ы(илл.129), построенное О. Бове в 1828 - 1833 годах (дом № 8). За широким парадным двором, ныне заросшим деревьями, стоит продолговатый корпус, центр которого отмечен восьмиколонным ионическим портиком. Бове сумел придать этому нежному, даже грациозному ордеру черты подлинной монументальности. Особенно выразителен фасад, когда подходишь к нему несколько сбоку. Линиям перспективно сокращающихся колонн вторят линии ступеней широкой лестницы перед ними. Как всегда, у Бове необычайно тонко прорисована лепнина фриза. По бокам главного корпуса стоят двухэтажные флигели, оттеняющие своей лаконичной обработкой декоративные качества центрального портика.
При всех высоких достоинствах архитектуры этого времени, при ее изысканных пропорциях, при прорисованности ее отдельных элементов нетрудно все же заметить, что постепенно скудеет набор применяемых приемов, некогда столь разнообразных и поражавших своими неожиданными эффектами. Как бы ни старались архитекторы, все же даже в лучших их произведениях, каким, например, является больница, построенная Бове, начинают проступать черты однообразия, повторность стандартизованных элементов, что предвещало грядущий упадок архитектуры, перешедший затем в ее глубокий кризис.
В непосредственной близости от 1-й Градской больницы, на том же проспекте, расположено здание Голицынской больницы (илл.128, ее неверно называют 2-й Градской), построенное М. Казаковым в 1796 - 1801 годах. Она по праву может считаться лучшим среди его произведений. Ее планировочная схема несколько напоминает распространенный в те годы прием постройки городской усадьбы с парадным двором со стороны улицы. Однако боковые корпуса больницы вытянуты вдоль улицы, как бы демонстрируя свою органическую связь с ее протяженным пространством. Тот же принцип мы обнаружим и в расположении белокаменной лестницы, подымающейся к порталу центрального здания. Купол, венчающий круглый зал церкви, придает особую гармоническую законченность всей композиции здания. В то же время два меньших купола, на стройных барабанах, стоящие со стороны портика, заставляют предполагать, что по другую сторону фасада им отвечает пара подобных же небольших куполов. Тем самым здание воспринимается как весомый, массивный объем. Планировка корпусов Голицынской больницы с их сдержанной, даже строгой архитектурой отразила наиболее полным образом идейные основы общественного сооружения.
Центральный круглый купольный зал больницы обходит колоннада ионического ордера, но сам купол покоится на стенах, расположенных за колоннами, что создает впечатление исключительной пространственности зала и мощи купола. Сквозь круглое отверстие купола виднеется второй - подсвеченный наружными окнами-люкарнами. Между колоннами ионического ордера стоят меньшие по масштабу колонны коринфского ордера, что было необычным в тогдашней архитектурной практике с ее определенным порядком последовательного расположения колонных ордеров.
Стены зала расписаны однотонной живописью, воспроизводящей лепные скульптурные украшения. Такого рода живопись получила название „гризайль" благодаря преимущественному применению серого цвета (по-французски серый - гри - gris). Купольный зал Голицынской больницы как бы итог многократному обращению Казакова к форме ротонды.
Позади больницы Казаков устроил спускающийся к Москве-реке парк с дорожками и фигурным прудом. Вдоль берега была сооружена белокаменная высокая набережная с двумя белокаменными беседками, как бы подчеркивающими границы владения. Ныне парк больницы вошел в состав Центрального парка культуры и отдыха им. М. Горького.
Недалеко от Голицынской больницы расположен Нескучный дворец (ныне здание Президиума Академии наук СССР, № 14), въезд на территорию которого отмечен пилонами ворот со скульптурами, выполненными в 1835 году И. Витали. Строительство усадьбы относится еще к середине XVIII столетия, но купленная для дворцового ведомства, она была во многом заново отстроена в 30-х годах XIX века архитектором Е. Тюриным. Он перестроил дворец, создав представительный фасад, где спаренные колонны стоят по бокам больших арочных проемов окон второго этажа. Фактически центральный выступ, который они украшают, является основным архитектурным элементом в целом довольно скромного сооружения. Тюрин отделал внутренние помещения дворца искусственным мрамором с росписью. Обширный парадный двор с фонтаном работы того же И.Витали, перенесенный сюда с площади Дзержинского, хорошо подчеркивает массив дворца, окруженного купами деревьев.