Михаил Игнатов – Перековка. Малый Орден (страница 22)

Что сказать — Академия в каплях росы и лучах рассвета, когда вершину задевают низкие облака — чудесное зрелище.

Которое немного омрачали развалины нескольких павильонов на моём пути и едва уловимый, но горький запах дыма.

Поэтому второе, что я сделал, когда развернулся на обратный путь, — толкнул мыслеречь к Ории.

— Сообщи всем, — как будто я не знал, что она уже это сделала, — что я проснулся и хочу узнать подробности.

Подробности…

Не сумел определиться, радуют они меня или тревожат.

Совещание собралось в большом зале главного здания. Утренний свет падал сквозь широкие окна, расчерчивая каменный пол золотистыми полосами. Пахло свежезаваренным чаем — кто-то позаботился, хотя чашки стояли пустыми и пока не было даже желания попросить их наполнить.

Разрушений оказалось меньше, чем я боялся. Павильоны были пусты в тот миг, когда не выдержали их формации. За ту тысячу вдохов, что она получила, Академия покинула гору полностью. Полностью — это значит, забрав с собой все запасы, склады и ресурсы.

Осознавая, что может произойти с артефактами Путника или эликсирами, если плотность духовной силы превзойдёт предел их прочности, Ксилим приказал выгрести с горы всё. Ни одного кисета, ни одного фиала с зельем, ни одного свитка на горе не было, когда её затопил туман.

Туман, о котором я даже не помнил. Мало того, что, начав собирать Сердце Ущелья, я сжал восприятие, направив его только на Сердце, так ещё и в чаше Сердца никакой туман не появлялся. Кажется…

С разрушениями понятно. Павильоны жаль, но отстроить их — дело недолгое, тем более что мастеровых Сломанный Клинок из Истока вернул.

Неясно с соглядатаями и Дизир. Я в задумчивости покрутил чашку и переспросил:

— Так значит, они просто получили Возвышалки и Стихиальные зелья от своих старших?

— Так говорят все взятые живыми. И, конечно, считают, что зелья создали алхимики клана, — Ксилим говорил ровно, но кривая усмешка и палец левой руки, которым он отстукивал по чашке мерную дробь, говорили яснее слов.

— А это не так?

Пересмешник (редкий случай — видимый, но всё так же прислонившийся к стене) пожал плечами:

— Я не алхимик и не особо понимаю пределов мастерства и возможностей алхимиков Второго пояса. Дочь?

Она ответила коротко и резко:

— Смешная ложь. Иначе весь Второй пояс был бы заполнен Предводителями.

Ксилим уважительно кивнул:

— Кратко и точно.

Я потёр бровь:

— Был турнир и куча этих зелий и куча скороспелых Предводителей. Магистр Хорит говорил мне в прошлый раз, что у Дизир была разрушена большая алхимическая мастерская, где пытались наладить варку подобных зелий, изменяя рецепт Империи. Если была одна, могла появиться и другая.

Амма пожала плечами:

— Я была среди тех, кто громил её. Это ничего не меняет в моём ответе. Рецепт — не здешний.

Пересмешник поднял голову, глядя куда-то влево и вверх, выдохнул:

— Гости, — но тут же добавил: — Уважаемый Хорит здесь.

Едва Хорит вошёл, я встал, вместе со всеми приветствуя его.

Ну как со всеми… Пересмешник и не подумал. Как он в прошлый раз сказал? У меня только один господин, и его господин не мой господин? Он ещё и вновь стал невидимым, влив в артефакт столько силы, что даже я с трудом ощущал, где он.

— Магистр, — произнесла большая часть собравшихся и я в том числе.

— Старший, — сказала Амма.

Магистр Хорит, сильно посвежевший и помолодевший с нашей прошлой встречи, ответил всем, склонившись и прижав кулак к ладони, а затем выпрямился, приблизился ко мне и… обнял.

Неожиданно.

Смущённый, я освободился от крепких объятий, шагнул в сторону, предлагая ему своё место.

— Нет-нет, — засмеялся Хорит, морщинки в уголках его глаз стали глубже. — Магистр, я не посмею.

Взгляд Ксилима сверкнул:

— Ну что вы, молодой магистр, сидите-сидите, я уступлю своё место.

Хорит вновь тихонько рассмеялся:

— В прошлый раз я думал, как же Ксилим встретит тебя и что скажет о новом тебе. Теперь я вижу, что Ксилим уже седой, но не меняется: если что вбил себе в голову…

Я улыбнулся в ответ:

— Ничего-ничего, вы же помните, что комтур Аранви только так меня и называет. Это даже приятно.

Ксилим ожёг меня взглядом. Неужели и правда думал уязвить меня этим именованием? Как будто я когда-то желал получить медальон и метил на место магистра Ордена. Да и не он первый. Силлус уже называл меня так в долине Сердца.

Магистр Хорит сел и потребовал:

— Теперь подробнее, что у вас здесь произошло. У меня сердце едва удар не пропустило, когда я увидел разрушенные павильоны, — он даже приложил ладонь к груди, словно проверяя как оно там сейчас.

Да, неудобно получилось. Прибудь он немного раньше, и не пришлось бы Ксилиму рассказывать дважды.

— Понятно, — задумчиво подвёл итог Хорит, бездумно погладил стол ладонью, а затем выложил на него кисет и поднял на меня взгляд. — Магистр, это наставления, которые вы просили отыскать даже на аукционах. Всё, что успели собрать. Трактаты о лекарском деле и лекарях души.

— Спасибо, — кивнул я, коснулся пальцами кисета. Ткань была прохладной и гладкой.

— Позвольте, я введу вас в суть дел Ордена, магистр, — добавил Хорит.

Я отнял руку от кисета, повёл ей:

— Конечно, прошу, говорите. Только дайте я поправлю вас: в последнее время мы решили, чтобы было понятнее, именовать эту часть Ордена — Малым Орденом, а ту часть — Скрытым Орденом.

Хорит помедлил и кивнул:

— Здраво. Малый и Скрытый образуют Больший и Единый Орден. Что же, позвольте, я расскажу о положении Малого Ордена, магистр.

Я лишь повёл рукой второй раз. Хорит вздохнул:

— В прошлый раз я жаловался вам на стычки на границах и то, что победу мы буквально выгрызаем. Причина такого положения была в усилении Дизир из-за помощи со стороны и нашем ослаблении. Сначала мы потеряли город Тысячи Этажей, затем и Ущелье. Мы потеряли часть талантов, а остальные потеряли в скорости и качестве Возвышения. Если раньше мы подавляли Дизир мощью и воспринимали их не более чем камень, которым мы оттачиваем наших талантов, то год назад мы сравнялись. В лучшем случае сравнялись, а по сути — зависли на краю пропасти, — голос его стал тише, складки в уголках рта жёстче, даже правая рука сжалась в кулак.

Я кивнул. Отлично помнил этот разговор. И то, как я предложил ему решить проблемы обеих частей разделённого Ордена.

Хорит помнил это не хуже меня, а возможно, и лучше, учитывая то, что у меня начали исчезать куски памяти и я в своей проверке ещё не добрался до этих воспоминаний.

— Положение Малого Ордена изменилось быстрее, чем я ожидал. Первыми появились таланты, которых я считал погибшими в городе Тысячи Этажей. Вернулось их мало, но это «мало» в десятки раз больше, чем я смел мечтать, и в сотни раз лучше, чем безвестные могилы, — с горечью и гордостью произнёс магистр Хорит.

Странная смесь, но я понимал, о чём он говорит.

Они были первыми. Выполнив моё единственное указание, они оказались предоставлены сами себе. И своим воспоминаниям, возможно, только благодаря которым и продержались столько лет в клетке города Тысячи Этажей.

Они прошлись по тем местам, которые горели в их памяти, и по людям, чьи имена они повторяли про себя долгие годы.

Ксилим вот получил алхимию Древних от тех, кто когда-то называл его старшим соучеником и собратом.

Магистр Хорит получил несколько верных подчинённых, по силе в несколько раз и на пару звёзд Возвышения его превосходящих.

Малый Орден в целом получил вливание драгоценных для талантов ресурсов и идущих, способных подпереть его в трудный час и снести любую преграду, что может встать на пути Малого Ордена.

Затем пришли орденцы Скрытого Ордена. Те, кого я отослал вместе со старейшинами из Сломанного Клинка. То самое гениальное решение, которое так восхитило Седого.

В общем, судя по рассказам магистра Хорита, всё вышло ровно так, как и предсказывал Седой: в Малый Орден прибыло почти сто идущих, которые с огромной радостью принялись пинать врагов Ордена во всех спорах за границы и во всё горло при этом орали о славе Ордена.