Михаил Хекс – Тени прошлого. Часть 1 (страница 22)
Затем болтали о том, о сём, рассказывали свои истории из жизни. Когда Сэм рассказывал о том, как прыгнул в реку для спасения чьей-то собаки, я обратил внимание как Лиза восхищённо на него смотрит. И весь остальной вечер замечал, как она то и дело на него бросает взгляды.
После ужина мы разошлись по своим каютам, хотя я заметил, что Ани пошла к Лизе. а я решил связаться с Сэмом:
– Заметил, как Лиза весь вечер смотрела на тебя?
– Хмм, я думал, мне показалось… – неуверенно сказал Сэм.
– Да она прям еле взгляд от тебя отводила.
– А сам-то? Соринку в чужом глазу заметил, а бревно в собственном нет?
– О чём ты?
– Об Ани! Она явно тобой заинтересована!
– Спасибо, Сэм... Я действительно ничего не заметил такого…
– Ладно уж, мы же одна команда! – немного радостно воскликнул Сэм.
Сэм отключился, а я не заметил как уснул, лежа на кровати и размышляя о том, что сказал мне Сэм.
Глава 14. Инцидент/Шерду
Второй день нашей новой работы начался также хорошо, как и первый. Следующим в нашей программе стал, конечно же Юпитер. Это самая большая планета в нашей Солнечной системе, красота которой заключается в ее газовых облаках и множестве спутников, вращающихся на орбите планеты.
Мы даже немного зависли, залюбовавшись невероятно огромными разноцветными полосами и бурями Юпитера. А его спутники – это отдельный разговор. Невероятная захватывающая картина разнообразия и красоты. Каждый спутник представляет собой уникальное сочетание различных характеристик, от размера и формы до поверхностных особенностей и геологической активности.
Как и вчера, каждый рассказывал всё, что знал и помнил о Юпитере и о его спутниках. Например, я узнал, что Ганимед – самый большой спутник в Солнечной системе, по размерам он даже больше Меркурия.
Ганимед является единственным спутником, обладающим магнитным полем, а его поверхность состоит из льда и пород, которые создают потрясающие геологические структуры, такие как огромные каньоны и гряды гор.
Европа – другой захватывающий спутник, чья поверхность состоит из льда и находится под постоянным ледяным покровом. Но что делает его действительно интересным, так это то, что ученые считают, что под этим ледяным покровом может быть жидкая вода, и возможно, даже жизнь.
Ио, с другой стороны, является самым вулканически активным местом в Солнечной системе и имеет более 400 активных вулканов на своей поверхности. Его атмосфера также заполнена различными газами, включая серный диоксид, который придает ему красноватый цвет.
Именно поэтому здесь, у Юпитера, потребовалось такое большое количество автономных лабораторий. Работа была монотонная и сводилась к тому, что мы перемещали сферы лабораторий от Странника метров на триста метров, активировали их, а затем возвращались обратно. Впрочем, ничего нового, всё как и во вчерашний день. Справились бы быстрее со своей задачей, но произошёл один инцидент. Видимо, мы сильно расслабились, до этого момента всё шло очень хорошо.
Где-то в середине рабочего времени, мы попали в небольшое облако метеороидов – множество мелких мини-астероидов, размерами от мелких песчинок до полуметра в диаметре. Основная проблема таких метеороидов в космосе – это то, что они движутся на огромной скорости.
Хут-Гау, конечно, выдержал все их удары, но кинетическая энергия на поверхности планеты и в невесомости – две большие разницы. Всё случилось внезапно и закончилось также быстро, как и началось.
Когда облако прошло дальше мимо нас, Ани паническим голосом закричала, её закрутило вокруг её вертикальной оси, а мы сообразили, что её относит в сторону от корабля. Оказалось, что один из мелких метеороидов повредил крепление троса, а другой пробил у Ани двигатель устройства перемещения, с помощью которого мы передвигались в невесомости.
Ближе всех к ней оказался я, поэтому, не раздумывая, рванул за ней, одновременно отцепляя свой трос, так как Ани отлетела уже достаточно далеко, и длины троса банально не хватило бы. Достаточно быстро догнал её, остановил её вращение, приобнял и начал торможение. Из-за шлема Хут-Гау я не видел её лица, но её плечи вздрагивали. Похоже, Ани сильно испугалась и плакала.
– Всё хорошо. Я успел. Всё хорошо, – повторял я, пока Ани не успокоилась.
– Спасибо, – еле слышно сказала она, – я очень испугалась, что буду бесконечно лететь в никуда.
Я выбрал направление, и мы двинулись в сторону корабля.
– Паника – плохой советчик. Джинни, – обратился я к аат-нубу Ани, – ты почему не успокоила её? А, хотя, ладно...
– Что? – изумлённо спросила Ани
– Лететь в никуда не пришлось бы, Джинни могла сделать так, что ты бы умерла и возродилась на Страннике.
– Тогда зачем ты рванул за мной?
– Не знаю… как-то не было времени думать об этом, – сказал я, смутившись, а Ани после этих слов крепче прижалась ко мне.
Обратно на корабль мы добрались без приключений, заменили Ани крепление троса, закрепили на хут-гау новое устройство перемещения и продолжили работу.
– Точно можешь дальше выполнять работу? – спросил я у неё.
– Да, – кивнула Ани, – ты меня успокоил. Мне уже не страшно, честно.
До конца дня больше никаких происшествий не произошло. Вся работа проходила в штатном режиме, а когда все автономные лаборатории были активированы, я вздохнул с облегчением и дал команду возвращаться на Странник.
Пока проходили аэролок, снимали устройства для перемещения и пока мы все вместе шли в столовую, Ани не сказала ни слова.
Зато за ужином всё накопившееся за день выплеснулось наружу, Ани в красках рассказала о своих ощущениях, когда она полетела, как она выразилась, в космическую бездну. Было видно, что произошедшее её вымотало и ей необходимо отдохнуть. Поэтому она после рассказа попрощалась со всеми и пошла к себе в каюту.
А мы с Лизой и Сэмом ещё просидели и проболтали в столовой до самой ночи. Сэм всё подшучивал, что я герой, рванулся без раздумий за Ани как настоящий рыцарь из какого-нибудь книжного романа. Лиза пыталась его хоть как-то притормозить с его разыгравшейся фантазией, но всё было тщетно.
В конце концов он успокоился, начал зевать, и мы разошлись по своим каютам. Заснул я как и в прошлый раз сразу как только моя голова коснулась подушки.
Я снова оказался в открытом космосе и смотрел на поверхность Юпитера. Странно, мы ведь закончили с ним ещё вчера?
– Ребята? А разве мы вчера активировали не все автономные лаборатории около Юпитера? – задал вопрос я ребятам, но оказалось, что я говорю в пустоту.
Посмотрев по сторонам я никого не обнаружил. Впрочем я не обнаружил и нашего Странника. Паника начала овладевать мной.
– Мило! Что происходит? Где все?
Ответом мне была лишь звенящая тишина. Я попытался крикнуть во весь голос, но у меня ничего не вышло. Лишь какой-то сдавленный хрип вырвался из моего рта.
–
– Кто ты? – спросил я своего неизвестного собеседника.
–
– Как мне тебя звать? – взяв себя в руки и успокоившись спросил я.
–
Открыв глаза, я увидел перед собой потолок своей каюты на Страннике. Значит, это был сон? Если так, то это очень странный сон. Что вообще он мог означать? Да и сон ли это вообще? Голос и слова невидимого собеседника, обещавшего встречу со мной, засели в моей памяти.
Посмотрев на часы, я понял, что пора вставать. Принял контрастный душ и странный сон почти выветрился. Лишь на краешке сознания осталось некое ощущение недосказанности, незавершённости.
А когда в общей столовой я увидел свою команду, я и вовсе позабыл о своём сне, так никому и не рассказав о нём.
За третий день мы успели облететь оставшиеся планеты Солнечной системы.
К Сатурну решили подойти со стороны полюса, чтобы снизить риски и чтобы не повторилось вчерашнее происшествие. К тому же, работали парами: я с Ани, Сэм с Лизой. Так было удобнее приглядывать друг за другом.
Кольца Сатурна с этого ракурса оказались восхитительно прекрасными, они состоят изо льда, камней и других материалов, которые дали жизнь множеству художественных картинок и фантастических иллюстраций.
– Сатурн имеет несколько наборов колец, которые отличаются по размеру, форме и составу, – начал Сэм, – имеют ширину от нескольких десятков до нескольких тысяч километров.
– Хорошие познания, – заметила Лиза
– Я делал макет ещё в школе для урока астрономии и всё тогда досконально изучил. Посмотрите, кольца имеют промежутки между друг другом, так получается из-за невероятного баланса между силой притяжения Сатурна и центробежной силой материала, который находится на орбите вокруг планеты.
Закончив с Сатурном, мы запечатлели красоту льдистых колец Урана, которые окружают планету и придают ей свою уникальную визуальную прелесть. Кольца Урана внешне отличались от аналогичных колец Сатурна. А ещё ось вращения Урана наклонена на 98 градусов относительно плоскости орбиты. И то, как вращается Уран "лежа на боку" должно было бы произвести на нас впечатление, но в открытом космосе нет “верха” или “низа”, поэтому мы не заметили никакой разницы с тем же Сатурном.
На самом деле, если бы мы изначально не знали бы этот занимательный факт из школьной программы, то даже не обратили бы внимание на это.