Михаил Гужаковский – Песнь о расколотом небе (страница 38)

Всё то, что этот спящий мальчик мучит.

[22.06, 09:56] brainxd555: Сказание о мире под расколотым небом

[Песнь XXX: Сердце города]

Их путь лежал всё глубже, в самый центр,

Где воздух был недвижим, словно мёртв.

И вот открылся им огромный зал,

Который свет неяркий озарял.

Не факелы, не свечи, не костры —

А камни, что светились изнутри,

Как будто солнце спряталось под них.

И в этом свете странном мир затих.

Посреди зала, на простом помосте,

Лежал юнец. Не тлен тронул кости,

Не старость кожу. Словно час назад

Он лёг вздремнуть. Его спокойный взгляд,

Укрытый веками, не видел снов.

Он был закован в сотни тысяч слов

Могущественного, древнего заклятья,

Что стало для него и дом, и платье.

А рядом с ним, касаясь изголовья,

Стояла тень. Без плоти и без крови.

Фигура в саване из темноты,

Чьи не видны были черты.

Она шептала что-то, наклонясь

Над спящим, и губительная вязь

Её речей, как яд, сочилась в сон,

Пытаясь расколоть его заслон.

«Вот он, наш враг, – промолвил Дамиан,

Подняв копьё, – Коварство и обман

Его оружье. Он не воин. Он —

Лишь порча, осквернившая заслон

Святого сна». Но вор его прервал:

«Копьём ты только сон его б сломал.

Ты видишь? Тень не отделима с ним.

Ударишь в тень – и мальчик станет дым».

«Так что же делать?» – Яра тетиву

С досадой отпустила. «Наяву

Нам с ним не сладить. Нужно в этот сон

Войти, – сказал Горазд, – И там, где он

Сейчас блуждает, дать ему отпор.

Не биться с тенью. Нужно этот сор

Изгнать из сновидений паренька.

Задача эта, ох, нелегка».

«Войти в чужой сон?» – Ратибор не понял, —

«Как это сделать? Я б его догнал

В лесу, в горах. Но в голове чужой

Я не бывал». «Здесь нужен ум иной,

– Сказал мудрец, – Не сила, а душа.

Мы встанем в круг. И, медленно дыша,

Соединим все наши воли вместе.

И может быть, об этой страшной вести

Мы сможем спящему поведать сами.

Мы станем для него его друзьями

Внутри его кошмара. И тогда

Исчезнет тень. Уйдёт сама беда».

И семеро, забыв про сталь и стрелы,

Сомкнули круг. И дух их оробелый

Соединился в мощный, светлый луч,

Что был сильнее самых тёмных туч.

Они закрыли разом все глаза,

И в мир, где бушевала грёз гроза,

Шагнули вместе, оставляя плоть

Стоять, как статуи, чтоб побороть

Не тело тени, а её причину —

Тоску и страх уснувшего мужчины.