Михаил Гужаковский – Песнь о расколотом небе (страница 37)
Но блеск металла в темноте был тускл.
Здесь каждый шорох, каждый нервный мускул
Играл на нервах, как на струнах лютни.
«Идёмте, – прошептал им вор, – Минуты
Нам дороги. Я чую слабый ток
Воздуха. Значит, выход недалёк».
И Крот, мудрец, что шёл за ним вторым,
Вдруг замер: «Подождите. Стены… дым
Воспоминаний… Я их вижу… Слышу…»
Он положил ладонь на камня крышу,
Что нависала низко над главой.
«Что видишь ты, мудрец?» – спросил святой
Воитель Дамиан. И Крот ответил,
И голос был его печален, светел:
«Я вижу тех, кто строил этот град.
Они не люди. Сотни лет назад
Они пришли из-за пределов мира.
Их плоть была из света и эфира.
Они не знали злобы и войны.
Их песни были радости полны».
«Но что случилось?» – прошептала Яра,
Сжимая лук. «Случилась злая кара.
Они нашли дитя. Не их дитя.
Оно упало с неба, к ним летя,
Как звёздочка. И в нём таилась сила,
Что сотни солнц в себе одной носила.
Всеслав. Они назвали так его.
И полюбили больше своего
Народа светлого. Они растили
Его, как бога. И они забыли
Про осторожность. Сила та росла,
И вместе с ней росла другая – зла».
«Что за другая?» – хмуро княжна спросила.
«Та, что всегда за силой следом шла.
Тень света. Пустота. Великий голод.
Тот, кто был вечно стар и вечно молод.
Тот, чьё названье – Чернобог. Он тень
Всеслава. И в один ужасный день
Он появился здесь. И захотел
Забрать всю силу, что Всеслав имел».
«И был здесь бой?» – спросил Горазд-юнец.
«Нет, – Крот ответил, – Мудрый их творец
Понял, что в битве город не спасти.
И силу бога им не унести.
Они решили спрятать дар небес.
И юный бог, Всеслав, тогда исчез.
Он сам себя в янтарный сон облёк,
Чтоб силу спрятать. И себя обрёк
На вечный сон. А жители ушли,
Оставив город посреди земли,
Как саркофаг для спящего дитя.
Они ушли, за прошлое платя
Своей тоской. Они закрыли дверь,
Но тень осталась. И она теперь
Хозяйка здесь. И ищет способ, как
Разрушить сон, что держит этот мрак».
Герои замолчали. Так вот в чём
Была разгадка. Город был ключём
И был замком. А спящий в нём юнец —
И был сокровищем, и был мертвец
Одновременно. И теперь их путь
Был ясен. Не убить, а повернуть
События так, чтобы сон не треснул.
Иначе мир под этим небом бездной
Окажется. И Чернобог получит