Михаил Гужаковский – Фэнтези на любой вкус. Часть 1 (страница 71)
Своих былых, поверженных врагов.
И не было в нём ни огня, ни страха,
Лишь пустота у вечности порогов.
[Строфа 8]
Порой ночами он сидел в каморке
И чертежи на стенах выводил
Куском простого угля. Те задворки
Хранили память, что он не забыл.
Он строил схемы новых генераторов,
Что могли б дать тепло и яркий свет.
Он был последним из реставраторов
Того, чего на свете больше нет.
Но утром он стирал всё серой тряпкой,
Чтоб не увидел кто-то невзначай.
Чтоб не сочли за ересь, за охапку
Дров для костра. И пил холодный чай.
Он понял: знание теперь – проклятье.
Оно опасней всякого ножа.
И лучше быть в убогом, рваном платье
Святым рабом, чем умным госпожа.
[Строфа 9]
Так он и жил. И целовал металл.
И слушал бредни нового пророка.
И молча ждал, когда придёт финал
Его пути, безжалостного рока.
Он знал, что эта вера, как и та,
Что он разрушил, тоже обречена.
Она сгниёт, как плод с того куста,
Чьи корни – ложь, чья суть – отрава, тьма.
Но он не будет больше ничего
Менять. Он слишком стар и слишком мудр.
Он видел крах всего и вся. Его
Душа была как выцветший перламутр.
Он просто ждал. Когда последний винтик
В их механизме веры заржавеет.
Когда последний маленький фанатик
Увидеть правду наконец посмеет.
[Строфа 10]
А может, и не ждал он ничего.
Лишь доживал свой век в тумане сером.
И целовал рога, как божество,
Уже и сам став капельку примером
Того, во что не верил никогда.
Он был последним носителем света,
Что сам себя обрёк на жизнь раба
И ждал конца без всякого ответа.
Он – страж у идола, что сам создал.
Он – раб у веры, что родил из мести.
Он – человек, что всё про всех узнал
И выбрал путь бесславия и чести
Не быть никем. И в этом был его
Последний акт, последний жест усталый.
Принять итог. Не ждать ничтожество.
И целовать холодные металлы.
[30.06, 12:21] brainxd555: Сказание об Избранных Электриках и Святой Подстанции
КНИГА ДЕСЯТАЯ. ЛИТУРГИЯ КОРОТКОГО ЗАМЫКАНИЯ
[Строфа 1]
Шли месяцы. Андрей, целуя роги,
Изучал быт и нравы новой паствы.
Он видел их безумные дороги,
Их страхи, их обряды и мытарства.
Он понял: сила здесь – не меч, не власть,
А знание священных механизмов.
Кто может дать божеству не упасть,
Тот и спасает их от катаклизмов.