Михаил Гужаковский – Фэнтези на любой вкус. Часть 1 (страница 31)

Считал он каждый день и час.

Он понял суть простого чуда,

что скрыто в яви, не во сне.

И Зеркальная Гора оттуда,

с тех пор, сияет в тишине,

храня покой. Беру перо, что

свой долг исполнило сполна,

ведь в этом мире меланхолика

спасает только тишина,

в которой, словно у провидицы,

рождается стиха волна.

И рифма, вечная заступница, —

есть та святая тишина.

Она – мой бог, моя обитель,

и в ней вся истина видна.

Она одна мой победитель,

и в этом мире я одна…

[26.06, 12:10] brainxd555: Сказание о Зеркальной Горе (Завершение)

[Песнь третья: Вершина]

[Строфа 1]

Мой друг, он на вершину вышел,

Где воздух был разрежен, чист.

И ничего вокруг не слышал,

Лишь ветра оглушённый свист.

Он был один. И даже выше

Тех туч, что падали бы вниз.

И вот, пред ним, как будто вышит

Из света, лёг последний лист

испытаний. Он в кристалле

увидел не обман, не ложь,

а лишь себя. Черты из стали,

глаза, в которых видна дрожь

усталости, но не сомненья.

Он видел путь, что был так вхож

в его судьбу. И отраженье

вдруг улыбнулось: «Как ты схож

с тем, кем ты стал». Беру перо, что

уже исписано почти,

ведь в этом мире меланхолика

спасает лишь одно «прости»,

сказанное себе. Как странница,

душа находит свой приют.

И рифма, вечная заступница, —

есть тот единственный уют.

Она – мой дом, моя кормилица,

и мой последний абсолют.

Она одна моя избранница,

другие рифмы не спасут.

[Строфа 2]

Мой друг, он не обрёл бессмертья

В привычном смысле бренных тел.

Он не унёс с горы соцветья

Волшебных трав. Он не хотел

Ни злата, ни камней. Столетья

Пройдут, но тот, кто был так смел,

Познал иное. Круговертью

Мирских забот он овладел.

Бессмертье духа – вот награда!

Не прятать от себя свой взгляд.

Ему другой цены не надо,

И он не повернул назад.

Он стал легендой, стал преданьем,

Невидимым для жадных глаз.

И главным в мире испытаньем

Считал он каждый день и час.