Михаил Гречанников – За гранью тьмы (страница 19)

– Хотите сидеть и предаваться панике – дело ваше, – отрезала Кристина. – А я так не хочу. Я пойду туда и попытаюсь что-нибудь сделать. А ничего не получится, так просто прогуляюсь.

– И ты не боишься тех монстров?

– Нет. Они вылезают только в дождь, чтобы поохотиться на крабов. Да и медленные они. К тому же, я уже ходила в ту сторону. В сам город не заходила, страшно было. Но попытаться надо.

Я ничего не ответил. Какое-то время мы стояли молча, потом Кристина взорвалась:

– Послушайте, нам нужно что-то делать. Может быть, нас отсюда вытащат, я очень хочу в это верить. А вдруг нет? А вдруг там, в том городе, мы поймём, как именно сможем вернуться домой? Нет, ну подумайте – может, мы умрём здесь, так и не узнав, что спасение было совсем рядом. Вас это не волнует?

Меня волновало. И всё же Кристина судила с высоты своего небогатого детского опыта, что и объясняло её смелость. Она попросту не понимала, что эта прогулка может закончиться для неё фатально.

С другой стороны, а вдруг она права? И если нет, что мы теряем? К тому же, если она уйдёт и не вернётся, я так и не узнаю, умерла она или всё же узнала, как вернуться домой. И рано или поздно пойду за ней – так не лучше ли идти сразу, вдвоём, когда мы сможем помочь друг другу в случае опасности, чем разделяться и подвергать свою жизнь ещё большей опасности?

Кристина смотрела на меня и ждала ответа. Повернувшись к ней, я кивнул и сказал:

– Хорошо. Пойдём вместе. Только сперва давай отдохнём.

Глава 8

Когда я вернулся в каюту, Кристина уже лежала на нижней койке.

– Мне, стало быть, сверху? – спросил я.

– Или там, или в другой каюте. Я на верхней не могу спать.

– Почему?

– Упасть боюсь. Энурезом не страдаете?

– Чем-чем? – не понял я.

– Энурез. Ну, во сне не писаетесь?

– Эй, мне, вообще-то, тридцать два года!

– Так энурез и в более позднем возрасте быв… – Кристина осеклась. – Ладно, проехали.

Сняв ботинки, я залез наверх.

– А почему надо спать именно сейчас? – спросил я.

– Надо отдохнуть. К тому же, нам лучше под дождь не попадать, чтобы не сталкиваться… Ну, с местными. Дожди тут идут с разными, но всё же довольно большими интервалами.

– То есть, мы ждём следующего дождя и выходим сразу, как он закончится?

– Именно.

– Ладно. Толкни меня, если я усну.

Расположившись поудобнее, я закрыл глаза и попытался успокоиться, расслабиться. Чем чёрт не шутит, авось и уснуть получится.

– Это… – Кристина откашлялась. – А вас как зовут?

– Кирилл. – Я невольно хмыкнул. – Где же мои манеры, а? Даже забыл, что люди сперва знакомятся, а потом уже собираются вместе гулять по заброшенным городам иных миров.

– А отчество?

– Без отчества. Просто Кирилл. И не обращайся ко мне на «вы». Мы тут оба в такой кромешной заднице, что не до ненужной вежливости.

– Ну… хорошо, я постараюсь.

Мне казалось, она спросит что-то ещё, но Кристина молчала. А спустя несколько минут я уже слышал, как она сопит. Мне бы так, подумал я и повернулся на бок.

Мысли всё ещё бились во мне – разные, страшные, вперемешку с неясными пугающими образами. И всё же страх притупился. Отчётливое понимание того, что происходит, никуда не уходило, но и паники не было. К тому же, я чудовищно устал, и в большей степени эмоционально, чем физически. Не прошло и пяти минут, как я уснул.

– Эй, вставайте!

Кристина тормошила меня за плечо.

– Дождь начался!

Крайне неохотно я открыл глаза и глянул на девушку.

– Вставай, – поправил я её охрипшим ото сна голосом. – А не «вставайте». Мы же на «ты», забыла?

– Забыла. Есть буде… шь?

Голода я не чувствовал, поэтому только помотал головой. Кристина тут же спрыгнула на пол – видимо, до этого она стояла на своей койке, чтобы достать до меня – и принялась чем-то шуршать. Я повернулся, чтобы посмотреть вниз: на столе лежал белый пакет с узнаваемым логотипом известной сети магазинов. Что было в пакете, я не видел, а Кристина сидела на стуле рядом и жевала. В одной её руке была половина сосиски, в другой – кусок белого хлеба. Заметив мой взгляд, она пояснила:

– Обычно я не ем сосиски и хлеб, но сейчас… Сам понимаете.

Отложив хлеб, она достала из пакета ещё одну сосиску и протянула мне:

– Вот. Ешьте.

Сосиска была холодной и явно дешёвой, но её вкус запомнился мне на всю жизнь. Кажется, такой вкуснятины я никогда не ел. Приходилось, правда, закусывать большим количеством хлеба, но тот тоже казался вкусным. Трудно было вспомнить, когда я ел в последний раз.

– Я сейчас, – бросила Кристина, покончив с едой, и вышла из каюты.

Мне было всё равно, куда она пошла, и я продолжил смаковать остатки сосиски. Однако через минуту девушка вернулась и сразу протянула мне один из двух серых костюмов, которые держала в руках.

– Вот. Это лучше надеть.

– Что это? – непонимающе спросил я.

– Комбинезоны. Были тут, на корабле. Прорезиненные, качественные. Думаю, не стоит такими брезговать. Мы ж собираемся гулять по чужому миру.

– Ты права, – серьёзно сказал я и принялся напяливать одежду поверх своей.

Кристина сделала так же. Через несколько минут мы были готовы к выходу.

– Ну… Присядем на дорожку, – сказала вдруг девушка и села на кровать.

– Зачем? – удивился я.

– Традиция. «Зачем», «зачем»… Если не посидеть на дорожку, вся дорога может плохо пойти.

– А ты суеверная, да? – усмехнулся я, но всё же сел, чтобы не нервировать девочку.

С минуту мы сидели молча. Потом Кристина резко, порывисто встала и тихо сказала:

– Ну, пойдём.

Небо не изменилось – всё так же клубилось, озаряясь на мгновения синими и зелёными всполохами. Дождь едва закончился, капли воды ещё стекали по надстройке. Это место жило в своём привычном ритме, не обращая на нас никакого внимания.

Спускаться по верёвочной лестнице в костюмах оказалось не слишком удобно, но выбора у нас не было. Кристина удивила меня, позаботившись о защитной одежде – мне бы и в голову не пришло. Движения они несколько сковывали, но вместе с тем вселяли ощущение какой-то защищённости, пусть мы и не знали, от чего.

– А откуда тут вообще костюмы? – спросил я, когда мы спустились.

Спросил скорее для того, чтобы был предлог остановиться и отдышаться. От спуска я сбил дыхание и весь вспотел.

– Вы меня не отвлекайте, я же знаю, что вы просто постоять хотите. Идём, нам некогда.

Я открыл было рот, чтобы поправить её, но не стал – если девчонке проще так, пусть обращается на «вы», я не против. Она уже шагала вниз, в долину, не дожидаясь меня.

– Ладно, ладно, ты меня раскусила, – сказал я, поравнявшись с Кристиной. – И всё же, зачем тут костюмы?

– Судно было исследовательское. Я осматривала корабль. Не знаю, чем конкретно они занимались, но использовали такие вот костюмы. И кучу других приборов, которые заржавели или просто поломались.