Михаил Гальцов – Сейд (страница 17)
– Олег, этот твой жест совсем не обязателен. Никто не виноват в том, что я полковник, а ты до сих пор капитан. Твои выкрутасы сослужили тебе плохую службу, и благодари бога, что ты до сих пор цел, летаешь и даже не сидишь в тюрьме…
– «Даже не сидишь» – передразнил полковника капитан – Аркаша, ты лучше скажи, зачем вызвал? Мы покидаем любимый Мурман? Или его покидают британцы? Пора разбирать самолёты?
– Не надо так нервно. Мы пока не покидаем Мурман, но есть опасения, что это скоро произойдёт. Разведка докладывает, что наши союзники в скором времени погрузятся на пароходы и отчалят в свои благодатные страны, а по сему: у меня к тебе дело. Архиважное.
– Внимательно тебя слушаю – капитан с иронией посмотрел на полковника, выудил из пачки папиросу и закурил.
– Дело в том, что Кольский полуостров с древних времён считался местом непростым… полным загадок и всевозможных тайн…
– А, если немного конкретнее?
– Да, конечно, ты прав. Не надо мне было начинать издалека – полковник задумчиво прикусил губу – Здесь такое дело… Понимаешь, Олег, долгие годы наше правительство собирало здесь шаманские артефакты, которые впоследствии могли бы послужить на благо страны и Отечества. Артефакты собраны, но страны и Отечества, как ты видишь, практически, нет. Поэтому то, что здесь собрали, нужно срочно вывезти за границу.
– Сколько мест? Какой вес у этих артефактов и когда их надо вывезти?
– Олег, место – одно. Это всего лишь небольшой железный чемодан. Вывезти надо срочно. Ты должен пролететь в Ловозеро, забрать у местного батюшки чемодан и доставить его в Мурманск на канонерскую лодку «Булат». Батюшка – наш человек, офицер разведки.
– Что я должен делать потом?
– Потом ты должен доплыть на этой лодке до Британии. Там тебя будет ждать штабс-капитан Васильев. Ты его помнишь. Такой рыжий, и очень похож на ирландца.
– Да, я прекрасно его помню. А как же ты?
– За меня, брат, особо не переживай. Думаю, что спустя некоторое время мы с тобой встретимся в одном из лондонских пабов.
– Я на это надеюсь. А что такого ценного в этом чемодане?
– Ни тебе, ни мне об этом пока знать не положено. Извини.
– Я тебя понял. Когда я должен лететь?
– Немедленно.
– Но у моего «Кэмела» после вчерашнего вылета разбито крыло и порвана одна стяжка. Я еле дотянул до базы! А на другом самолёте, Аркаша, я не полечу. Ты же знаешь, что это мой талисман…
– Твой любимый «Кэмел», Олег, ждёт тебя в ангаре в добром здравии и с полными баками горючего – с улыбкой произнёс полковник – я прекрасно знаю твои капризы. Только, братец, одевайся теплее. Прогноз погоды на ближайшие сутки неутешителен.
– Это не капризы – на секунду о чём-то задумавшись, проговорил капитан, встал и подошёл к полковнику.
Братья молча обнялись и капитан вышел из кабинета. На столе у полковника, рядом с сигарной коробкой, осталась лежать мятая пачка капитанских папирос. Полковник с грустью посмотрел на эту пачку и бережно спрятал её в ящик стола.
Капитан добрался до аэродрома на попутном грузовике, который вёз в эскадрилью патроны для пулемётов и сразу же пошёл в ангар. Его любимчик одноместный «Кэмел» действительно был отремонтирован и заправлен, а рядом с ним стоял сияющий механик Петрович и радостно смотрел на капитана.
– Вот, однако, как дело-то обернулось – сказал Петрович и ласково похлопал по фюзеляжу биплана – опять вам лететь куда-то надобно, Олег Николаич. Может, передохнёте лучше, чем в такую непогодь путешествовать? Опять же, там ребята рыбки нажарили. Джин имеется из аглицкого довольствия. Заведём патефон, Шаляпина послушаем, а, Олег Николаич? Очень вас прошу – Петрович приложил правую ладонь к сердцу и умоляюще посмотрел на капитана.
– Нет, братец. Я бы всей душою рад с вами остаться, но должен лететь. Вернусь, и послушаем Шаляпина.
– Обещаете?
– Обещаю, Петрович. Ты меня знаешь, я же всегда возвращаюсь. Разве не так?
– Так – то оно, конечно, так, но…
– Никаких «но»! А сейчас давайте, ребята, выкатывайте «КамЕля» из ангара. Я оденусь потеплее и выйду – капитан посмотрел на свои большие наручные часы – сейчас 10:20. В 10:30 я должен взлететь!
– Есть! – отрапортовал Петрович и подозвал к себе молодого помощника, который в это время копался в разбитом двигателе стоящего рядом «Де Хэвилленда».
Капитан облачился в тёплые, подбитые ватой брюки, меховой жилет и меховое кожаное полупальто. На ноги он надел меховые унты по колено, шею обмотал длинным шерстяным шарфом, а на голову водрузил поверх меховой шапки пробковый шлем, обтянутый кожей. Лицо капитан густо смазал жиром, чтобы не обморозить. На улице было почти минус тридцать, и налетавший время от времени шквалистый ветер швырял в лицо колючий и холодный снег.
Капитан залез в кабину и махнул рукой Петровичу. Механик сноровисто запустил пропеллер, мелкой дрожью затрясся двигатель, и «Кэмел» покатился вперёд, по расчищенной от снега дорожке. Капитан надвинул на глаза зимние лётные очки с двумя висящими кожаными щитками, которые должны были защищать от холода щёки, и закусил зубами конец длинного шарфа. Всё! Спустя несколько секунд «Кэмел» взлетел с мурманской лётной базы и взял курс на Ловозеро.
Спустя два часа самолёт капитана приземлился на твёрдый наст неподалёку от ловозёрской церкви. Капитан выбрался из кабины и увидел, что к нему спешит огромный батюшка, появившийся, словно из-под земли. Батюшка был высок, седобород и могуч. Подойдя к капитану, он сграбастал его в свои медвежьи объятья и громким басом прогудел
– С прибытием вас, голубчик! Пойдемте быстрее в церкву, а то, я вижу, вы совсем окоченели.
– Спасибо, батюшка, что встретили. Я действительно непрочь сейчас погреться, но недолго. Мне приказано возвращаться как можно скорее.
– Я знаю, милейший, – на ходу басил батюшка – долго посидеть и не получится! На то имеются объективные причины от нас с вами не зависящие.
Они зашли в аккуратную каменную церковь и спустились в подвал. В небольшой подвальной комнатушке жарко топилась раскалённая «буржуйка», пахло ладаном и вяленой олениной. В центре комнатушки стоял небольшой деревянный столик, с расставлеными на нём глиняными мисками со снедью, над которыми возвышалась четверть чистого, как слеза, самогона. У стола стояли два грубо сколоченных табурета, а в углу комнатушки, на расстеленном куске мешковины были аккуратно разложены ручной пулемёт «Льюис», два больших «морских» кольта, цинк с патронами и несколько «лимонок» с рифлёными боками.
– Присаживайтесь – батюшка рукой указал капитану на табурет – как изволите вас величать?
– Капитан Казначеев Олег Николаевич. А вас?
– Подполковник Воздвиженский Сергей Геннадиевич. Он же – отец Амвросий.
Батюшка сдвинул вместе два гранёных стакана, стоящих рядом с бутылью и щедро плеснул туда самогона.
– Давайте, Олег Николаевич, немного выпьем, а уж потом я передам вам заветный чемодан, и вы полетите обратно – батюшка поймал взгляд капитана, направленный в угол, где находилось оружие, и сокрушённо покачал головой – скоро здесь будут красные, и я постараюсь их задержать.
Капитан стащил с себя куртку и шлем. Затем вытер от жира лицо и удивлённо посмотрел на батюшку.
– Какие красные, Сергей Геннадиевич?! Разведка докладывала, что в этом районе их нет.
– Не было. Но, видно, у них свой человек в нашем штабе. Они пронюхали о вашем задании, и сейчас в направлении Ловозера от станции Оленья сюда едут двое аэросаней с красноармейцами. На одних аэросанях, кстати, установлен спаренный зенитный пулемёт. Так что, Олег Николаевич, давайте быстренько подкрепимся, и каждый займётся своим делом.
Капитан хотел расспросить батюшку о том, как тот, офицер разведки, оказался в этом, забытом богом и людьми, месте, но времени, действительно, было в обрез, поэтому он махнул полстакана самогона, закусил квашеной капустой и поднялся из-за стола. Батюшка подошёл к стене и нажал на один из древних шершавых кирпичей. В стене открылась замаскированная дверца, и капитан увидел маленькую тёмную нишу, в глубине которой лежал небольшой железный чемодан, снабженный двумя кодовыми замками и запаянная железная коробка из-под патронов.
Батюшка достал чемодан и коробку из ниши, а затем передал их капитану.
– Чемодан – имущество Российской Империи, а коробочка – лично для вашего брата. Он знает, как ею распорядиться.
– О коробке мне ничего не было сказано – с сомнением в голосе произнёс капитан – что в ней?
– Камушки. Простые драгоценные камушки, которые помогут нам безбедно жить на чужбине. На этом всё, Олег Николаевич, одевайтесь и – с богом!
Капитан вновь облачился в свои тёплые доспехи и обмотал вокруг шеи вязаный шарф.
– А как же вы?
– Обо мне, капитан, беспокоиться не стоит. Я обучался умению выживать в таких местах, что вам и не снилось. Задержу красных и догоню вас в Мурманске.
– Вы так уверены?!
– Абсолютно – батюшка толкнул локтем едва заметную в стене дверь – вам пора. Подземный ход выведет вас к месту, где вы приземлились. Там крышка люка очень тугая, но открыть её для вас труда не составит. Ступайте – батюшка сунул в руку капитана небольшой фонарик и легонько подтолкнул его к двери.
– До свиданья, Сергей Геннадиевич! Жаль, что встреча наша была столь короткой – капитан искренне пожал огромную ладонь батюшки и шагнул в холодный тоннель.