Михаил Француз – Заложник (страница 9)

Ещё несколько сыновей Императора находятся на важных государственных должностях в Правительстве — им, так же Имеющим титул Князя, так же и недосуг заниматься Княжествами. За них это делает Николай.

Дочка же… тоже не Принцесса, а Княжна. И вот у неё земельного владения нет даже формального. Княжна Ирина… на данный момент, она — самый младший ребёнок Бориса Ивановича. И она… моя, блин, ровесница. Законы жанра, что б их!

И вот чувствует мой седалищный нерв, что не просто так она открывает вместе с отцом сегодняшний Бал! Вот, чует!!! Чу-у-ует!

Правда, мозгами, я вообще не могу даже предположить, как грядущие, связанные с ней неприятности могут касаться меня? Не выстраивается ни одна логическая цепочка. Ни под каким углом: ведь я уже помолвлен. И Аристократическое многожёнство тут никак не поможет — второй женой дочь Императора Российской Империи могли бы, хотя бы в теории, отдать только за другого Императора. Причём, ещё не абы какого! Например, Японский или Китайский — мелковаты для такой чести. Вот Южно-Американский… с тем бы разговор ещё мог получиться. Или с Персидским Шахом… хотя, вот с последним, ещё не факт. Тут дело уже не только в политике будет, но и в личных отношениях — Шах слишком уж старый.

Правда, тут «старый» — это «Сильный», а не «дряхлый». Просто, у него, за его такую долгую жизнь, слишком уж большой гарем собрался. Урон престижу страны может быть, если дочка Российского Императора в такой отправится, да ещё и не первым номером. У нас, конечно, хорошие отношения с Персией, союзнические, но, всё ж, не до такой степени.

Император произнёс речь. Короткую, красивую, политически выверенную и правильную. Но иначе и быть не могло, ведь эту речь сейчас транслируют по всем государственным телевизионным каналам страны. Примерно, как в мире писателя, президент выступает в новогоднюю ночь, под куранты.

Здесь это предпочитают делать несколько раньше полуночи. Возможно, получается не так пафосно, как там, но… тут и обращение, в основном, идёт не к гражданам, а к собравшимся здесь Дворянам и тем, кто не смог, в силу своих административных или военных обязанностей прибыть. Опора Трона — они, а не толпа бездарей, как в «демократии» мира писателя.

А для Дворян будет ещё целый сегодняшний Бал, за время которого, Император, с кем ему надо, встретится и лично переговорит…

Император сказал речь. Император кивнул церемониймейстеру и тот грохнул своим посохом об пол, объявляя Бал открытым. Тут же заиграла музыка — за дело взялся один из трёх, привлечённых к сегодняшнему мероприятию оркестров. Две шеренги Дворян, выстроившихся друг напротив друга, двинулись со своих мест. Мужчины красиво подошли к дамам и галантно, с церемонным поклоном подали им руку, приглашая на танец. Одновременно все. И одновременно все дамы вложили свои нежные ручки в их руки… И танец начался…

Здесь не было тех, кто в танце не участвовал. Не было «кумушек», «матрон», «инвалидов» и «стариков». Не было слабых, неспособных выдержать первый танец, но при этом достаточно влиятельных и богатых, чтобы иметь привилегию попасть на этот Бал. Не было! Слабакам в Высшем Дворянском Обществе нет места! В Империи правит Сила! И ты должен быть Сильным, чтобы быть в ней Властью!

Так что, танцевали первый танец все! Вообще все. В том числе и Император. Он танцевал с женой, показывая лично пример всем остальным. Княжне Ирине в партнёры достался брат — Князь Василий. И знаете, при взгляде на это, у меня даже как-то отлегло от сердца. Может, я был не прав? Может быть, слишком рано переполошился? Слишком важным себя посчитал после сцены на красной дорожке? Может, это всё-таки не дешёвый приключенческий роман с «попаданцем», и всё ещё обойдётся? Обойдётся без моего участия?

Глава 6

Танцы… вообще-то я люблю танцевать. Единственное, что мешает мне наслаждаться этим занятием в мире писателя — это отсутствие музыкального слуха. По многократным утверждениям моей жены, я двигаюсь не в музыку. Не чувствую ритма, не попадаю в такт. Это расстраивает. Поэтому, в мире писателя я не танцую.

Здесь же… моей жены нет. И слух есть. Так почему бы мне не получать удовольствие от того, чем мне нравится заниматься? Почему бы не танцевать? Особенно, с учётом того, сколько сил, нервов и времени было потрачено этим телом на обучение этому делу.

Так что, возможно, только возможно, но возможно очень, что Балы, со временем, могут стать одним из моих любимых видов развлечений. Ведь, что это ещё, как не танцевальный вечер?

Для его проведения было задействовано сразу три оркестра, что позволяло музыке не замолкать вовсе: пока играет один, два других отдыхают — так можно играть, хоть всю ночь!

Первый, открывающий, танец закончился. Он был единственным обязательным для всех гостей. Следом за ним, через минутную паузу, заиграла музыка для нового. И пар, желающих поучаствовать, значительно поуменьшилось. Гости начали разбредаться, собираясь группками по интересам, пригубливая шампанское и вино, что-то обсуждать, кому-то перемывать косточки…

Поуменьшилось — не значит, что желающие танцевать исчезли совсем. Отнюдь. Нас хватало.

Ну а что? Если уж я оказался здесь, пусть и не совсем по своей воле, то, почему бы не получить от этого удовольствие?

Так что, и второй танец был тоже мой. Наш с Мари.

Кстати, по «бальному этикету», известному мне из мира писателя (приходилось как-то его разбирать при написании одной своей книжки), если на бале присутствуют муж и жена, то им нельзя танцевать всё время друг с другом больше пары танцев. Им прямо предписывается танцевать с другими партнёрами. В то же самое время, жениху с невестой можно было танцевать «максимально разрешённое» число танцев вместе. Но, опять же — не все.

А сколько это: «максимально разрешённое» число — я так откопать и не смог. Здесь, в мире Княжича, «бальный этикет» отличался. Здесь и жениху с невестой было не рекомендовано посвящать все свои танцы только друг другу. Всё ж, бал проводится для того, чтобы общаться. Бал — мероприятие общественное, социальное, а не частное и личное, как свидание…

Это я к чему? Ну, пытаюсь для самого себя оправдать, как так получилось, что уже третий по счёту танец оказался у меня с Княжной Ириной…

Ну, а что я мог сделать, если он был объявлен «белым», и Княжна сама меня пригласила? Отказывать или уклоняться было бы крайне грубо. Тем более, что Мари пригласила оказавшегося рядом Макса.

— В жизни вы даже более внушительны, Княжич, — улыбнулась Ирина Борисовна. Вести лёгкий непринуждённый разговор во время танца — это ведь тоже одно из предписаний «этикета». Тем более, что танец был достаточно медленный, чтобы не запыхиваться и не экономить дыхание. — Чем на телеэкране.

— Вот как? — отозвался я, проводя очередное «па». — Я слышал, что камера, наоборот, всё слегка увеличивает.

— Мне нравятся ваши песни с Алиен, — снова улыбнулась она, прокручиваясь под моей поднятой вверх, над её головой рукой. — Даже жаль, что её здесь сегодня нет. Меня можно назвать вашей фанаткой.

— Вы же знаете, Княжна, что вход на Бал только для Одарённых, без исключений из данного правила.

— Вот и говорю: жаль. Вы могли бы тогда порадовать нас, спев что-то из своего. Думаю, отец и гости не были бы против. Например, ту песню, которую сейчас готовите, — улыбка её стала хитрой и слегка загадочной.

Та песня, которую мы сейчас с Алиен готовим… Никаких «промо» мы не выпускали. Анонсов не давали. Да даже толком работать над ней ещё не начали… а ей вот уже она известна. Такой вот намёк на свою осведомлённость и заинтересованность. Понять бы ещё, к чему он?

— Мы её ещё только планируем. Пока ничего толком не готово, — попытался отъехать с темы я.

— А это правда, что между вами с Алиен всё серьёзно? — тут же перепрыгнула на ещё более скользкую она.

— Как минимум, наше творчество, — попытался отшутиться я.

— А я вот слышало, что вы из-за неё даже с отцом дрались? Это правда? Я, честно говоря, даже представить себе такого не могу!

— Это… нельзя в полном смысле слова назвать дракой… — почувствовал себя ещё неудобнее я. И, кажется, даже покраснел от неловкости и стыда за свои тогдашние действия. Точнее, за то, что они стали достоянием общественности. — Драка как бы предполагает участие в ней двоих… а не одностороннее огребание…

— Но, значит, слухи правдивы, и вы действительно смогли достать Петра Андреевича? Пустить кровь Богатырю?! — восхищённо округлились ей глазки.

— Эм… я не считаю это доблестью. То, что поднял руку на родного отца. Скорее, это признак моей несдержанности, излишней горячности и плохого контроля эмоций…

— Ах, как это всё романтично! — словно бы и не услышала меня она. — Такие страсти! Прямо, как в сериалах по телевизору! Не сдавайтесь, Княжич! Я полностью на вашей стороне! Боритесь за свою любовь со вселенской несправедливостью…

Да уж, от танца с ней, точнее от её восторженного щебета, продолжавшегося весь танец, у меня даже голова разболелась. Правда, это скорее психологическое ощущение было, чем физическое. Как-то, со времени обретения Дара, моё тело такими фокусами, как головная боль, не страдало. Оно и в этот раз было так. Сама голова была в полном порядке. Но вот эмоции…

Очень… напористая и непосредственная девочка. И не скажешь, даже, что дочка Императора. Однако, по итогам этого танца, я как-то даже второй раз выдохнул с облегчением: фанатка — это не потенциальная невеста. И это хорошо! Причём, фанатка не меня одного, а именно пары Юра-Алиен. Чем-то она мне знакомых по писательству фикрайтерш напомнила. Те тоже, так же ярко горели идеями своих «шипперений» и «сеттингов». И, хорошо ещё, что у этой в голове хотя бы «слэша» или «яоя» нет! Тфу, тфу, тфу — три раза и по дереву постучать! В отсутствии дерева, можно по своему черепу.