Михаил Француз – Виват Император! (страница 51)

Я… не показал, что заметил. Не стал ничего по этому поводу говорить. А тоже стал ждать. Того же самого — момента. И даже: того же самого момента, что и он.

И дождался. В ту секунду, как дверь самолёта начала открываться, я выкинул вперёд свою руку и схватил Бориса за локоть. Да ещё и не просто так схватил, иначе он бы имел шанс освободиться-вырваться. Всё ж, существует довольно большое множество способов сбрасывать всевозможные захваты за самые разные части тела. Даже я сам знаю минимум пять способов быстро освободить локоть, а Борис куда опытнее меня, и живёт он дольше. Поэтому, моя кисть, схватившая его локоть, на его конечности сомкнулась кольцом. Буквально.

Я использовал Воду и охватил его локоть прозрачным, почти невидимым со стороны, но более, чем ощутимым кольцом, непосредственно связанным с моей рукой, с моим телом. Таким, из которого не вырвешься, не применив достаточно значительную силу.

Да — Сила у бывшего Императора была. И ещё какая! Всё ж, не зря он столько десятков лет «вершину пищевой пирамиды» занимал. Вот только, проявить её в достаточной степени, чтобы освободиться от моего захвата, значило разнести к сахару весь самолёт. А ещё — вступить в открытый прямой бой. На глазах у десятков встречающих нас журналистов.

Бой, который он обречён проиграть, так как я ещё в Персии наглядно доказал, что сильнее него.

Никакого «по-тихому» не получится. Не позволю.

— Юр, что ты делаешь? — совершенно натурально удивлённым тоном спросил он. Всё ж, актёр из него первоклассный.

— Не позволяю тебе сбежать, — спокойно ответил я. — Сбежать, бросив на меня всю эту байду с Империей.

— Сбежать? — изобразил ещё большее удивление он. — С чего ты вообще…

— Один я всё это разгребать не буду! — проигнорировав все его потуги, заявил я. — Если сбежишь ты, то сбегу и я. Тут же. Не задумываясь. Хоть, в тот же Китай, там много укромных мест, где можно спрятаться. И «оставайся лавка с товаром».

— Но Россия? Империя? Как же? Начнётся же смута и грызня, гражданская война, интервенция соседей, развал… — начали уже не наигранно круглеть его глаза, на дне которых появилась даже настоящая боль. Боль патриота за свою Родину, боль человека, положившего полторы сотни лет на дело, которое теперь может рухнуть в один миг.

— Мне плевать. Я не рвался в Императоры. Я не дорожу Короной и Троном. Отец меня дважды выгнал из Семьи и один раз предал, отдав на смерть. Мне здесь нечего защищать, и совершенно ничего не нужно. Совершенно ничего не держит. Это вы меня затащили меня в это дерьмо. А теперь ждёте, что я стану его разгребать? Серьёзно?

После чего, отпустил локоть Бориса и даже ободряюще похлопал его по плечу.

— А теперь можешь бежать, — улыбнулся ему самым дружелюбным образом. — Ну что же ты?

— Ладно, — неприязненно выдохнул он и беспокойно глянул на всё ещё открывающуюся дверь (переговаривались мы с ним очень быстро, буквально скороговорками). — Чего ты хочешь?

— Так уж и быть: я посажу свою задницу на трон — всё ж, что-то патриотическое во мне есть, не очень хочется видеть развал и позор моей страны. Но не правлю! Всеми делами, по-прежнему, будешь заниматься ты. Или тот, кого ты назначишь. Но я в делах не участвую! Это ваши дела и ваши игры! «Царствую, но не правлю».

— Л-ладно, согласен, — с неохотой выдавил из себя он. — Но Вызовы принимаешь ты! От этого ни я, никто другой тебя не отмажут, так как бросать их будут тебе!

— Вызовы — хрен с ними, приму, — поморщился я. — Но остальное — на вас с Катькой! Я петь хочу, а не страной управлять и интригами заниматься!

— Согласен, — поморщился и он, подавая мне руку, которую я крепко пожал, скрепляя наш маленький договор.

Мы расцепили руки, выпрямились, оправили одежду, и дверь, наконец, открылась. Я шагнул вперёд, как и положено настоящему Императору.

— Всё ж, она оказалась права на счёт тебя, — расслышал я тихий голос Бориса за своей спиной. — Встретимся во Дворце, в кабинете…

Затем лёгкое дуновение ветерка и лёгкий остаточный статический заряд справа заставил подняться волоски на коже моей правой руки, а за спиной уже никого не было. Слева от меня, поддерживаемая мной под локоть ступила на трап Алина. И только. Ни Катерины, ни Бориса в самолёте уже не было. И мне не требовалось даже оглядываться, чтобы точно знать это — моего Дара Разума вполне хватало, чтобы чувствовать все разумы метров на пятьдесят-сто вокруг, даже в пассивном режиме. Не говоря уж о том, чтобы конкретно на этой задаче сосредоточиться.

Испарились… или смылись — даже не знаю, как сказать правильней.

— Сбежали, — очень тихо, практически одними губами, да и то, еле-еле ими шевеля, констатировала Алина. А я тяжело вздохнул: может… а может такое быть, что Молниеносный оказался ещё более талантливым актёром, чем даже то, как я о нём раньше подумал? Гораздо, гораздо более талантливым…

Глава 28

Вообще, если отбросить все переживания о «недобровольности», о подталкивании, о подставах со стороны Учителя… прошлых и будущих, о всём том головняке, который предстоит разгребать в самом ближайшем времени. Взять, и от всего этого отрешиться, забыть на минуточку, то получится… я — Император?

Я — Юра, только недавно жравший пиццу в пустой московской квартире, игравший в приставку и запихивавший грязные носки вперемешку с рубашками и трусами в никогда не открывающийся платяной шкаф, вместо стиральной машинки — Император? Серьёзно?

Со дна здешнего Дворянского общества на его вершину всего… за год? Серьёзно?

Да даже и: я — средненький писатель-фантаст из глубинки, учитель обычной средней школы — Император? Серьёзно?

В это поверить-то сложно, не то, что осознать или принять. До меня, честно говоря, до сих пор не доходит вся грандиозность этого события. Я — Император Российской Империи, одного из трёх могущественнейших Государственных образований на планете, конкурировать с которым могут лишь Южно-Американская Империя и Фдеративное Государство Европа. Персия, Япония, Империя Коре, Сиам, Индия — это всё куда менее могущественные формирования, имеющие гораздо меньше сил и влияния в здешнем мире. Не говоря уж о Срединных Царствах, Северной Америке, Австралии и прочих «политических карликах».

Я — Император…

Таким мыслям я позволил себе предаться после того, как мы с Алиной, в окружении почётного караула из Имперских Гвардейцев, гордо и величественно прошествовали по расстеленной перед нами красной дорожке от самолёта до чёрной тяжёлой бронированной и тонированной машины с полным отсутствием номера там, где он, по идее, должен, или мог бы быть. Зачем нужен номер Императорскому лимузину, который, в принципе, один такой во всей Империи? Да и во всём остальном мире, ведь у других Королей, Императоров, Магистров — другие машины. Может быть, и не менее крутые, но — другие. Созданные на других заводах, по другим проектам, другими инженерами.

Именно эту, вроде бы «РуссоБалт» выпустил. Но, могу и ошибаться. В конце концов, в России заводов много, в том числе и автомобилных. Но по дизайну, хищным обводам, массивности, монументальности, да и в целом, по общему ощущению, аппарат был похож на то, что производил именно «РуссоБалт» — огромное предприятие, само по себе размером с город, частично расположенное здесь, в Петрограде, а частично в Риге, которое выпускало не только гражданскую технику, но и военную. В том числе и танки.

И именно на заднем сидении этого четырёхколёсного чёрного монстра я, откинувшись спиной на спинку комфортабельного кресла с какой-то приятной и, видимо, очень дорогой премиальной обивкой, позволил себе взглянуть на свою проблему слегка с другой стороны. Не как на проблему, а как на ситуацию. На достижение.

Сахар с ним, что я никогда не хотел Власти, не стремился к высоким постам или креслам, но сам факт — я добрался до Трона! Пусть, самой Коронации ещё не было, но это ничего не меняет… в моей ситуации. Что бы и как не происходило, а до Коронации я доживу. Сколько бы «петель» на это ни пришлось потратить, результат один — Корона окажется на моей голове. Это лишь дело времени. Очень-очень короткого времени.

Осознать этот факт я смог только сейчас. В тот самый момент, когда мы с Алиной под ручку шли по той дорожке, а нас со всех сторон снимали сотни и сотни камер журналистов. Их было даже больше, чем тогда возле Зимнего. Я чувствовал направленное на меня внимание. Я ощущал его. Я купался в нём.

Правда, сегодня оно меня не сумело захлестнуть с головой, как раньше. Сегодня я самообладания не утратил. Шёл спокойно и величественно. Даже удержался от того, чтобы начать рукой им махать. Видимо, время, всё-таки, не прошло даром и я набрался опыта, стал немного лучше управлять своим Даром и связанными с ним особенностями.

Однако, эмоциональную «подпитку» я, всё равно, получил. И, похоже, именно она вызвала то чувство эйфории, которое позволило мне хоть ненадолго оторваться от предыдущих тягостных мыслей, чтобы взглянуть на ситуацию с другой, позитивной стороны. И надо сказать, это вызвало шок.

Я — Император… бред какой-то. Как такое вообще возможно? Где я, и где Трон?

Однако, факты — упрямая штука. И это — факт. Я на вершине местной пищевой пирамиды, выше меня, надо мной — больше никого не осталось. Есть равные, есть не менее могущественные и значимые, но все они стоят «рядом со мной», а не «надо мной». Мне больше никто и никогда не сможет приказывать!