Михаил Федоров – Солдаты СВО. На фронте и в тылу (страница 8)
– Да, мы еще когда переписывались, было сказано, что служит в армии, что из академии. Выяснили некоторые моменты в плане семьи, что ребенок пока маленький, жена должна сидеть дома… А потом уже пусть занимается, чем хочет…
Меня обдавал теплом разговор молодых, который поражал искренностью, может, даже, наивностью, где мечты переплетались с уроками жизни.
– И вот вы познакомились… Какого мальчишку вы увидели?
– Я увидела молодого парня. Простого. Ухоженный, конечно. Волосы, это было вечернее время, рыжие, пламенные. Приятный парнишка. Знает очень много. Но чувствовалось, что он волнуется, переживает. Потом он говорил, что у него такое было впервые. Он волновался и не знал, что рассказать. Всю встречу он говорил, а я наблюдала.
– И после первой встречи…
– Первый раз встретились, и потом также были прогулки. Он приезжал в гости, и у нас был такой ритуал, что мы ходили в магазин и покупали очень много фруктов. И каждый вечер мы включали какой-нибудь фильм, чистили фрукты вместе и кушали их.
– Для Читы – деликатес, там фруктов не особенно много…
Анастасия засмеялась:
– Не знаю, как у других, но у нас было вот так вот. Каждый раз, когда он приезжал… Но приезжал он нечасто, потому что и наряды, и служба, и работа у него далеко. То есть туда ехать минимум полчаса на машине, и тем более они работают до самого вечера, когда даже автобусы уже не ходят.
– Вас не напугало, что он военный?
– Нет, меня абсолютно не напугало, нисколько. Я, знаете, с детства мечтала выйти замуж за военного и дождаться своего суженого…
– А у вас откуда это? В семье военные?
– Нет. Наверно, от того, что я смотрела много фильмов про военное время. Ну, родители у меня простые: мама – бухгалтер, папа – сварщик. Если и кто мог повлиять, то это дядя. Когда я была маленькая, он был в Чечне. Мне было пять или шесть лет, когда его туда отправили. И я сильно за него переживала. Может, это тоже сказалось. А так не знаю, почему именно к военному пришла.
– Мальчишки в своем большинстве тоже хотят военными быть… Вот прошел первый день знакомства, второй, десятый…
– Дальше стали жить вместе. Он чаще стал приезжать. Все как-то легко складывалось. Без всяких проблем. Возникали некоторые, но они не влияли на отношения.
– А вы сами в это время уже в школе отучились?
Настя:
– Да, я отучилась в школе. После этого хотела пойти на целевое обучение через военкомат, пойти в военную сферу…
– Да? – удивился я.
Не часто разговаривал с женой военного, которая сама рвалась в армию.
– Я хотела. Ходила в военкомат, собирала документы…
– И куда вы хотели?
– Хотела на правовое обеспечение, но, к сожалению, туда девочек не брали.
– В Москве есть военный университет, бывшая Военно-политическая академия имени Ленина, там юристов военных готовят…
– Да, но туда девочек не берут, и пришлось искать что-то другое. Но в итоге я все равно поступила на юридическое. А когда с Димой познакомились, я была уже на четвертом курсе. И так получилось, что по беременности я не смогла окончить институт. Ну я практику прошла, отлично все отходила, отзанималась, но до госов я не дошла. Ну не получалось.
– А где вы учились?
– В Чите, название ЧИБГУ. Читинский государственный университет экономики и права. Поступала я по такому названию, а сейчас у них другое название.
Нашел: Читинский институт Байкальского государственного университета.
– А Дима вас поддерживал? Студентка-подружка, задачи решать: кого сажать, кого нет, как доли делить в имуществе…
Настя снова засмеялась:
– Да знаете, поддерживал в плане учебы, но говорил, зачем тебе эта учеба, нужно заниматься другими делами…
– Молодой папа, дом-дом-дом…
– Да. А так, по поводу задачек он особо не помогал, я как-то сама со всем справлялась в плане учебы.
По своим однокурсницам на юрфаке Воронежского государственного университета видел, как они осваивали предметы скорее нас – парней, и быстрее решали те же задачки.
Настя:
– Но было, пару раз помогал. Но он же все время был на работе, с утра до самого вечера, поэтому у него не было даже возможности помогать.
– 2018 год – вы познакомились. 2019-й… Вы в гарнизон к Диме переезжали?
– Да, мы одно время жили там. Летом в 2019 году в Домне возле части. Я на тот момент была в положении. Но ближе к осени нам пришлось переехать обратно в Читу.
– И муж мотался к вам…
– Но я ему предложила найти людей, кто едет в Домну. Чтобы на автобусе не ехать и на такси не тратить деньги. Он потом находил и ездил с кем-нибудь.
– И кем он служил?
– Начальник зенитной установки…
В разговор криком вмешивался ребенок, Анастасия говорила ему:
– Сонечка, обожди… Надо поговорить…
Та успокаивалась, но ненадолго, но мы все равно говорили.
– Как у него по службе, я не знаю, потому что он меня ни с кем не знакомил. Мне даже не довелось ни с кем познакомиться из жен… Один раз хотели пойти на корпоратив в воинской части, но у нас не получилось…
– Вот вы же жена офицера… Как вам как жене?
– Видите ли, у жены офицера сложная жизнь. Потому что мужа постоянно нет дома. Это тяжело – быть женой офицера, очень. На самом деле и физически, и психологически. И потому что и с ребенком управляться приходится одной. Даже когда выходные наступают, муж все равно полдня находится на работе, а потом приходит, и он уже очень уставший. Получается, что у тебя два ребенка, – засмеялась Анастасия.
– Да, вы не упрекали себя?
– Нет, я мужа в этом не упрекала. Да, конечно, я просила его о помощи. Привлекала его. Он мог в телефоне там, но я предлагала: «Вместо того чтобы в телефоне играть, давай, поиграй с ребенком». Но так как он военный, то не особо понимал, что делать с маленьким ребенком.
– Я – дед, и то не все понимаю…
Настя:
– Да. И муж мало с ней сидел, пока она была совсем маленькой. Но когда сидел, у него все хорошо получалось. Она у него и спала. И даже когда я попала в больницу – мы тогда как раз выписались из инфекционной больницы и она четыре часа орала беспрерывно, а у меня поднималась температура. И вот нас двоих увезли, туда в больницу приехал Дима. Он там ходил с Соней, а я лежала. И так получилось, что Соню осмотрели всю и отправили домой. Но так как я больная, меня оставили в больнице. А муж с ребенком уехали домой. И она такая замечательная, всю ночь проспала под боком у папы. Но как я приехала, сразу проснулась, а с Димой проспала всю ночь.
– То есть папа сутки был мамой, и все нормально…
– Половину суток, – поправила меня Настя.
Соня, похоже, угомонилась, и наш разговор ее криком не прерывался.
– Ну а как человек Дмитрий? Вообще-то некоторые думают, что солдат, офицер – это железо.
– Вообще строгий. Сдержанный. Даже слишком сдержанный. Первое время он был настолько закрытым человеком. Понятно, что и прошлые отношения сказались у него, но все равно был очень закрытый. Очень серьезный, но при этом очень веселый человек. Но, так скажем, душу он не раскрывал. А так о нем: хороший, добрый парень. Всегда поможет. Самый обычный. Весельчак. Повеселятся, на щелбаны, – снова смеялась Настя. – Кто посильнее щелкнет.
– Подурачиться у всех военных в крови…
– А так о нем никто ничего плохого не говорит…
– Вот на таких самых обычных парнях, весельчаках, армия и держится.
Я спрашивал:
– Ну а чувствовали, что с ним как за каменной стеной?
– Когда Дима был дома, было очень спокойно. Даже если какие-нибудь проблемы, приходит муж – и все спокойно. В этом плане безопасность чувствовалась. Но у нас, конечно, эти проблемы, связанные с финансами, были. Потому что у Димы была такая проблема, как азарт.
– А в чем это выражается?