Михаил Ежов – Вперед в СССР! Том 3 (страница 9)

Оказалось, что справа имеется дверь, ведущая в большой тир.

Остановившись перед стойкой, парень положил на неё пистолет и вдавил кнопку, отвечающую за приближение мишени. Когда цель подъехала к нам метров на двадцать, сотрудник взял оружие, двинул предохранитель и прицелился.

— Хватает на восемьсот выстрелов, — проговорил он, не спеша открывать огонь. — Потом нужно сдавать на подзарядку.

— То есть, никаких обойм? — спросил я.

Честно говоря, ожидал увидеть более массивное оружие. Вроде винтовки. Но если пистолет имеет достаточную убойную силу, это даже лучше.

— Нет, — ответил парень. — Всё встроено. При попытке вскрыть корпус, оружие самоуничтожается. Взрыв весьма мощный, так что не советую в нём ковыряться. Мы тщательно храним секреты.

Едва договорив, парень нажал на спусковой крючок, в воздухе промелькнуло что-то ярко-красное, и мишень мгновенно испарилась.

— Заряд срабатывает при любом соприкосновении, — прокомментировал парень, удовлетворённо улыбнувшись. — Так что пробить препятствие и поразить цель за ним не удастся.

— Ну, зато само препятствие, как я вижу, устраняется на раз.

— О, да! Причём не важно, из какого оно материала. Заряд поражает всё. Давайте покажу.

Наш провожатый поколдовал над пультом, и место прежней мишени заняла металлическая плита.

— Это бронепластина максимальной прочности, — сказал парень. — Прошу, товарищ. Предохранитель вот здесь.

— Да, я помню.

Прицелившись, я плавно нажал спусковой крючок.

Доля секунды — и от пластины не осталось ничего!

— Прямо молекулярный дезинтегратор какой-то! — сказал я.

Пушка, и правда, впечатляла. Но хотелось бы увидеть, насколько она эффективна против плоти эмиссаров.

— Можно и так сказать, — согласился парень. — Будете делать заказ?

— А на органических образцах нельзя посмотреть действие?

— Увы, сейчас их нет в наличии. Но могу показать запись испытаний.

— Было бы здорово.

— Могу я убедиться в том, что у вас есть допуск к материалам?

Мы с Соколовой показали ему наши удостоверения.

— Боюсь, вам придётся выйти, майор, — извиняющимся тоном проговорил парень.

Девушка удивлённо подняла брови.

— Вы серьёзно?

— Увы. Мне очень жаль.

— Что ж… Ладно. Подожду снаружи.

Кивнув мне, Соколова удалилась.

— Сюда, товарищ, — сказал мне работник тира.

Он подвёл меня к стене, на которой располагался большой плоский экран. Спустя пару минут, в течение которых сотрудник особого оружейного отдела вводил данные, на экране появилась запись: вместо мишени висел частично трансформировавшийся эмиссар. Он не шевелился — значит, был усыплён.

— Разумеется, всё это подпадает под обязательство о неразглашении, — предупредил сотрудник.

— Само собой.

Через полминуты по телу некрода был произведён выстрел.

Меня предупредили, что новое оружие чужих не убивает наповал, и всё равно эффект оказался потрясающим: с торса твари словно сдёрнули всю кожу и плоть, обнажив скелет и внутренние органы!

Чудище осталось висеть неподвижно.

— Жизненные показатели снизились на двадцать… тридцать… сорок шесть… нет, сорок восемь процентов, — приглушённо проговорил голос на записи.

Второй залп уничтожил органы и грудную клетку. Стал виден обнажившийся хребет.

— Вот и всё, — прокомментировал мой провожатый, выключая монитор. — Хватило двух выстрелов. Но это прицельная стрельба по неподвижной мишени. В реальном бою многое будет зависеть от меткости стрелка и передвижений твари. Конечности отлетают на раз, а вот для летального исхода может понадобиться от трёх до пяти попаданий.

Что ж, это очень неплохо. Даже отлично. А если со временем ещё и укрепить эти пушки рунами, у эмиссаров вообще не останется шансов.

— Мне нужно это оружие, — сказал я. — Сколько у вас есть?

— Только опытные образцы. Делайте заявку, получайте одобрение, и мы запустим производство. Но сразу оговорюсь, что дело это небыстрое.

— Думаю, для начала понадобится шесть таких пушек.

Парень покачал головой.

— Наверное, я неточно выразился. Производство одного «Василиска» занимает минимум пару недель. Это ведь ручная сборка, а не штамповка.

Чёрт! Долговато. С другой стороны, лучше подождать, чем обходиться вообще без этих игрушек.

— Ничего, — сказал я. — Оно того стоит.

Когда мы вышли в комнату, где меня ждала Соколова, я спросил:

— Надо подать заявку на эти штуки. Есть у нас время?

Девушка взглянула на часы.

— Думаю, да.

Про то, что мне показывал на экране сотрудник отдела, она речь даже не заводила.

Козлов встретил меня вопросом:

— Ну как, пригодится тебе новинка?

— Само собой, — искренне ответил я. — Вы сами видели, что они творят?

— Конечно. Поэтому тебе их и посоветовал.

— Только надо оформить заявку на производство. Мне бы штук шесть получить.

— Заявку-то мы подадим, — вздохнул Козлов. — Но не уверен, что получим добро на такое количество. В данном случае не всё зависит от наших хотелок. Но постараюсь продавить, что смогу.

Я кивнул. Опыт подсказывал, что всегда нужно просить больше, чем нужно. Тогда есть шанс что-то урвать. Шесть «Василисков» — это, конечно, с избытком. Спецотделу ведь не с армией эмиссаров предстояло биться. Скорее всего, с одной целью зараз. Ну, максимум — с двумя.

Заполнение бумаг заняло минут двадцать. После чего мы с майором отправились в Королёв. Не на «Зубре», а на обычной машине управления. Видимо, чтобы не привлекать внимания. Правда, с нами был ещё один автомобиль — с охраной.

По пути Соколова всучила мне листок с набранным текстом, чтобы я начал учить. Значит, беседа не предполагалась. Это меня устраивало, ибо я ощущал небольшую неловкость из-за того, что девушку выставили из арсенальной, пока показывали мне видео с испытанием «Василиска». Всё-таки, она мой куратор, а значит, вроде как, начальство. Хотя сейчас уже трудно сказать. Учитывая моё повышение до помощника Козлова, наверное, субординация малость изменились. И всё же, обязанности Соколовой по моей подготовке к отправке в мир гратхов никто не отменял. Ситуация складывалась двусмысленная. Для неё, по крайней мере. Потому что меня всё устраивало, и пересматривать наши отношения я не собирался.

По прибытии в город меня сразу взяли в оборот.

Дворец пионеров выглядел внушительно. Монументальная архитектура, белый мрамор, барельефы и скульптуры — средств и труда в новое здание вложили немало. От души, так сказать.

Перед входом развевались флаги советских республик. Из выставленных на крыльце колонок лилась торжественная музыка. Но народу практически не было. Видимо, участников мероприятия должны были доставить позже.

Меня провели в большой актовый зал, где уже расположилась часть приглашённых и чиновников, участвующих в открытии дворца. Я примостился на заднем ряду кресел, чтобы спокойно выучить текст выступления. Пару раз ко мне подбегала девушка-организатор — уточняла, всё ли в порядке, и помню ли я, за кем выступаю.