Михаил Ежов – Вперед в СССР! Том 3 (страница 35)

В схему отлично укладывались действия западных спецслужб. Наши заокеанские противники знали либо догадывались, что ключевой советский учёный, открывший что-то важное, продолжает свою работу. Или, как минимум, приобщил к процессу своего сына.

Я уже не сомневался, что в воспоминаниях моего носителя — ключ к разгадке.

Цепочка событий, которая со мной произошла, начиная с первых дней в новом мире — вовсе не случайность. Не исключено, что даже головокружительное восхождение обычного пацана в недрах КГБ тоже кем-то спланировано. Кем-то очень умным. Никогда не спящим и умеющим управлять…

Внезапная догадка заставила меня вздрогнуть.

А потом накрыло ещё одной догадкой, но додумать я не успел.

— Товарищ Громов! — ко мне приблизилась симпатичная девушка в синей форме. — Вопрос улажен. Прошу следовать за мной.

Несколько минут я потратил на то, чтобы помочь Курцу собрать разбросанные вещи в рюкзак. После этого девушка-пограничник открыла неприметную дверь, воспользовавшись дактилоскопом, и провела нас по лабиринту служебных коридоров. Я и не знал, что так можно.

Мы вышли из неприметной двери в доброй сотне метров от шлюзовых ворот.

— До свидания, товарищи!

Створки с шипением сдвинулись, окончательно отсекая меня от мира гратхов.

Зона пограничного контроля обрушилась на нас несмолкаемым шумом, транспортными и людскими потоками, давящей громадой периметра. В Трурмтханге всё это не казалось настолько эпичным. Как ни крути, а технологический разрыв между двумя цивилизациями ощущался.

Я понятия не имел, как выбраться из Сколково.

По идее, надо искать такси.

Влившись в толпу других пешеходов, гратхов и людей, я направился в сторону парковки. По дороге я запустил транспортное приложение и начал выискивать свободную машину, но тут меня окликнули:

— Приветствую, мой дорогой товарищ! Светоч нашей организации! Опора страждущих!

Бурундукова ни с кем не спутаешь.

Но сейчас я был рад его видеть.

Безмерно рад.

— А этот товарищ с вами? — Максимильяныч уставился на моего спутника. — Экий бусурманский наряд!

— Но-но! — обиделся гратх.

— Не серчайте, прошу вас! — всплеснул руками водитель. — Ежели мои слова уязвили вашу гордость, приношу искренние извинения и впредь обязуюсь…

Продолжая вещать в таком духе, Бурундуков повёл нас к уже знакомому чёрному броневику с эмблемой КГБ. При виде «Зубра» шаман уважительно оскалился.

Жару отрезало массивными дверями. Которые бесшумно встали на свои места, как в футуристическом звездолёте. Кондиционер поддерживал в салоне приятную температуру, а гратх искренне обрадовался тому, что не упирается головой в потолок и может нормально отрегулировать заднее кресло. Рюкзак отправился в багажное отделение.

— Заждался я вас, господа хорошие, — заявил Бурундуков, аккуратно выруливая с парковки. По сравнению с нашим монстром, другие машины казались никчёмными букашками. — Экая диковина, шаман с оберегами! Мне как Виктор наш свет Викторович изволил сообщить об этом, меня аж кондратий чуть не хватил! Страсть как захотелось с вами познакомиться, дорогой товарищ Курц!

Гратх переносил этот поток словоблудия стоически.

Не успели мы отъехать от парковки на пару километров, как водитель свернул с главной магистрали и открыл портал. Броневик, не сбавляя скорости, вынырнул аккурат на подземную стоянку Управления.

Покой нам только снится.

Вместо отдыха — визит к Козлову, закрытие командировки и оформление нового сотрудника. Которого ещё надо где-то поселить.

И это я молчу про то, что мне предстоит объяснить своему непосредственному начальнику, зачем я вообще приволок Курца в наш мир. Для чего мне руны, и откуда я про них столько знаю…

Но надо — значит, надо.

Мы не ищем лёгких путей.

Разговор с шефом прошёл гораздо позитивнее, чем я рассчитывал. К нам в Управление уже доставили эмиссара, упакованного по всем правилам безопасности. Козлов доверительно сообщил, что монтируется знакомый бокс, в котором тварь и будет дожидаться встречи со мной.

Удивительно, но мне не потребовалось долго объяснять, что такое руны. Козлов сходу одобрил кандидатуру шамана на должность рунного мастера в спецотдел и добавил, что все бюрократические заморочки берёт на себя. Намекнул, что с гратхами мы и раньше плодотворно сотрудничали по силовой линии, так что подходящее жильё для нашего гостя отыщется, причём уже сегодня. А пока мне предстояло накормить шамана в нашей ведомственной столовой и познакомить с Аксёновым.

Три часа пронеслись незаметно.

За это время я успел переодеться, запершись в своём кабинете, сгонять в один из тренировочных залов и принять душ, пообедать вместе с Курцем, Аксёновым и Бурундуковым, разобрать кое-какие документы. В моё отсутствие поступило несколько интересных сигналов, все из Сибири. Всё это нуждалось в проверке, и наши люди уже выехали по запросу. Порталы были пробиты штатными сотрудниками Управления.

У меня формально оставалось несколько часов до конца командировки. Курц отправился на заселение — ему выделили небольшой домик в километре от Управления. Домик служебный, входящий в один из закрытых коттеджных посёлков для силовиков. При этом жильё было выстроено, как по заказу, для орков — с высокими потолками, расширенными дверными проёмами и специально спроектированной мебелью. Насколько я понял, там даже дверные ручки были усилены.

Попрощавшись с шаманом, я вызвал Бурундукова и назвал адрес матери.

Точнее — посёлка, где мы уже успели погостить перед отправлением.

— Ваша матушка чудесно готовит! — обрадовался водитель. — Нет слов, чтобы описать моё восхищение, дорогой товарищ!

— Боюсь разочаровывать, Максимильяныч, но у меня конфиденциальный разговор. Придётся подождать в машине.

— Эх, — приуныл Бурундуков, — тяжела жизнь извозчика…

У меня было достаточно времени, чтобы обдумать обстоятельства смерти отца, последующие события и собственную роль в этом цирке. По дороге я вызвал Чупу. Разговаривали мысленно, чтобы не привлекать внимания шофёра.

— Неплохой броневичок, — хомяк устроился на торпеде, потыкал бесплотной лапкой в сенсорный экран, почесал себя за ухом и уставился на меня красными глазами. — Обживаешься, смертный.

— Слушай меня внимательно, Чу. Я буду разговаривать с мамой…

— Она уже мама? — иронично поинтересовался фамильяр.

— Носитель её таковой считает.

— Думаешь, она что-то скрывает?

— Практически уверен.

— Хочешь допросить?

— Нет. Будет откровенная беседа, но никаких допросов. А вот прослушку надо убрать. Если несложно, когда приедем, проверь дом на всех уровнях, включая ментальный. Все «жучки» — временно отключить. Скрытые камеры — тоже.

— Пива не принести?

— Не раздражай меня.

— Какие мы обидчивые, — хомяк протяжно зевнул. — Не сцы, всё будет. Задача ясна.

— Молодец. А теперь сгинь.

Приборная панель опустела.

В итоге Бурундуков был-таки приглашён к столу. Мать возмущалась, что человек голодает, и нехорошо это, и как я вообще могу держать своего коллегу без еды за баранкой… Так что я решил отложить беседу на часок. Оля предложила переночевать у них, и я согласился. Покормив Бурундукова, с чистой совестью отпустил в Управление. Договорившись, что водитель приедет за мной с утра пораньше. Охрану посёлка предупредил по видеозвонку. Тем временем Чупа прогулялся по дому, временно отключил всё лишнее, а на скрытые камеры организовал трансляцию «левых» картинок. Что ни говори, а фамильяр у меня крутой. Силу набирает с бешеными скоростями.

После ужина, когда уже начало смеркаться, Оля отправилась делать уроки, а я вызвался помочь матери с уборкой на кухне. Загрузили тарелки с вилками в посудомоечную машину, активировали робота, заварили чай.

— Давай, — Наталья Никаноровна поставила передо мной большую кружку. — Выкладывай.

— По мне видно, что хотел поговорить?

— Я же тебя не первый год знаю, сынок. По глазам всё вижу.

Делаю первый глоток.

Зелёный грузинский чай.

Лепота.

— Это насчёт отца, мам.

Женщина напряглась.