Михаил Ермолов – Опера в Мариинском театре. Книга третья. Из дневника 2025 года (страница 21)

Вот перечень содержания символов в поэме Пушкина «Руслан и Людмила» – ключи к иносказанию:

Руслан – это символический центр, формирующий стратегию развития народов России глобального уровня значимости (так называемый Внутренний Предиктор).

Людмила – Люд Милый – это, символически, народы России.

Финн – святорусское ведическое жречество.

Владимир – благонамеренные управленческие структуры государственного уровня значимости.

Черномор, с длиннющей бородой олицетворяющей международную финансовую систему – надгосударственный центр управления. (Глобальный Предиктор).

Голова – все правительства исторической России под пятой Черномора (от Владимира – до наших дней).

Мрачная Наина – раввинат и высшие структуры масонства.

Дурковатый Фарлаф – иудеи всех национальностей и низшие слои масонства.

Ратмир – элита славянских племен, принявших иудаизм (Хазарский каганат).

Рогдай – языческая военная элита.

Печенеги – национальные “элитарные” структуры.

Конь – толпа, не вызревшая до народа.

Двенадцать дев – исторически сложившееся христианство.

Как видите это более чем существенный срез и для современного общества, и для древнего общества в символических образах поэмы, в подтексте пророческих текстов Пушкина. А есть ли что-нибудь в этой устаревшей постановке оперы «Руслан и Людмила»? Да это просто какой-то детский утренник, причем с явно устаревшими театральными технологиями, ну, разве что, для самых маленьких. Да и какую пользу принесет маленьким просмотр этого спектакля большой вопрос.

И в заключении, что касается исполнителей спектакля. На фоне обозначенных проблем не буду заострять внимание на не самом существенном, на исполнении этой потенциально яркой оперы Глинки, исполнении достаточно нормальном во всех компонентах.

Гениальная музыка Глинки была представлена, от блестящей увертюры и до не менее блестящего музыкального финала, более чем достойно.

Опера Николая Римского-Корсакова «Псковитянка».

25 марта 2025 года. Мариинский театр – 2. Новая сцена.

Как это ни странно, эта, самая первая, опера гениального русского композитора Николая Андреевича Римского-Корскова «Псковитянка» оказалась, на мой взгляд, лучшей среди его многочисленных опер. Поистине получилась гениальная опера, одна из лучших русских опер. А «Псковитянка» написана Римским-Корсаковым в возрасте 28 лет, в 1873 году, когда он, совсем недавно, «созрел», чтобы распрощаться с профессией военного моряка, и серьезно заняться композиторским творчеством, профессией, которую он в совершенстве освоил в ближайшие годы, став сразу не студентом Санкт-Петербургской консерватории, а профессором композиции этой консерватории с 1871 года. Есть же такие прозорливцы, как директор Санкт-Петербургской консерватории с 1871 по 1876 год Михаил Азанчевский. Результат преподавательской деятельности, вроде бы, самоучки Римского-Корсакова впечатляет – он создал одну из самых авторитетных композиторских школ в мире, выпустил более 200 композиторов, многие из которых, без всякого преувеличения, стали классиками мировой музыки, занимая самые высокие места в рейтинговых таблицах. Еще раз подчеркну, профессию эту Римский-Корсаков освоил путем самообразования и огромной систематической работы. Как это ни странно, еще раз обозначу это обстоятельство, эта первая опера композитора оказалась лучшей в большом списке его опер, созданных гораздо позже, когда он уже был на вершине своих профессиональных творческих возможностей, начиная с середины 90-х годов 19 века.

Таких примеров в истории музыки или литературы немало, когда великие произведения создавались совсем молодыми, гениальными от природы, молодыми людьми, можно сказать в самом начале своего творческого пути. Пушкин – поэма «Руслан и Людмила» – создана в 20 лет. Самая известная блистательная симфоническая поэма «Дон-Жуан» написана Рихардом Штраусом в 25 лет. Оба гениальных фортепианных концерта написаны Фридериком Шопеном в возрасте 19 и 20 лет. Знаменитую оперу «Набукко» Верди написал в 29 лет. Свой гениальнейший Второй фортепианный концерт Сергей Рахманинов написал в 28 лет. Первую симфонию Шостакович написал в 19 лет. Свои первые два фортепианных концерта Сергей Прокофьев написал в 21 и 22 года. Франц Шуберт ушел из жизни в возрасте 31 года, успев создать гигантское количество гениальнейших произведений, в частности Восьмая «неоконченная» симфония написана в 25 лет.

Подчеркну еще раз, отмеченную и многими выдающимися музыкантами, гениальность Римского-Корсакова, который, как это ни странно, бывают же такие чудеса, написал свою лучшую оперу в 28 лет, еще совсем недавно являясь военным моряком, только что вернувшимся из далекого плавания от западных берегов Америки. Когда Римский-Корсаков смог набраться таких творческих и профессиональных возможностей одному Богу известно. То же самое подмечает блестящий искусствовед Макс Нордау у гениального французского писателя Оноре де Бальзака, который «так обстоятельно изучил своих героев, как сорок поколений правоверных арабов не изучили Пророка ислама. Стоит только высчитать время, употребляемое им на простое переписывание десяти томов, которые вулкан его ума выбрасывал ежегодно (причем известно, что он имел обыкновение каждую из своих книг переписывать по три, четыре и даже по пять раз), всем станет ясно, сколько часов или минут оставалось у него на наблюдение. Действительность для него не существовала. Единственной действительностью были для него герои его романов, их страсти, дела, судьба. Если они и производили впечатление живых людей, то только благодаря обману, в который вводит нас сила творческого гения Бальзака».

А Римский-Корсаков, только спустя более 20 лет, после создания невероятно гениальной «Псковитянки», уже после смерти в 1893 году великого своего современника Чайковского, выдал серию из более чем 10 своих великих опер: «Ночь перед Рождеством» (1895), «Садко» (1896), «Моцарт и Сальери» (1897), пролог к опере «Псковитянка»(1898), «Царская невеста» (1898), «Сказка о царе Салтане» (1900), «Сервилия» (1902), «Кащей Бессмертный» (1902), «Пан воевода» (1904), «Сказание о невидимом граде Китеже и деве Февронии» (1904), «Золотой петушок» (1907). Кроме того, Римский-Корсаков, кроме собственного, более чем обильного творчества, помогал и продвижению опер Мусоргского и Бородина, создав важнейшие редакции опер этих гениев, не имевших достаточных профессиональных навыков для реализации своих идей. Они, так же, как и сам Римский-Корсаков в определенное время, не обладали достаточными профессиональными навыками написания крупных произведений, при этом обладали буквально гениальной одаренностью, например, в создании мелодий, которым позавидовали бы многие классики мировой музыки. А Римский-Корсаков, в отличии от двух этих русских гениев, самообразованием овладел в совершенстве профессией композитора, и мог действенно помочь дооформить гениальные задумки и Мусоргского, и Бородина, создавая свои редакции их опер. Не мог Римский-Корсаков не усовершенствовать позже и свою чудесную вдохновенную работу, созданную в 28 лет, оперу «Псковитянка», созданную в то время, когда он сам оценивал свои профессиональные возможности, примерно, следующим образом:

–«В сочинениях же своих я стремился к правильности голосоведения и достигал его инстинктивно и по слуху, правильности орфографии достигал тоже инстинктивно. Понятия о музыкальных формах у меня были тоже смутны. Я, инструментовавший свои сочинения довольно колоритно, не имел надлежащих сведений о технике смычковых, о действительных, на практике употребительных строях валторн, труб и тромбонов. О дирижерском деле я, никогда в жизни не дирижировавший оркестром, даже никогда в жизни не разучивший ни одного хора, конечно, не имел понятия».

И вот музыканта с такими-то «сведениями» задумал пригласить в профессора Санкт-Петербургской консерватории, выдающийся прозорливец, нестандартно мыслящий композитор Михаил Азанчевский, и Римский-Корсаков, слава Богу, не уклонился от этого предложения. Результат известен – под руководством Римского-Корсакова создана одна из лучших, если не лучшая, композиторская школа в мире.

А далее, в своей книге «Летопись моей музыкальной жизни» Римский-Корсаков признается в трудностях раннего периода своего творчества, времени написания «Псковитянки»:

–«Отсутствие гармонической и контрапунктической техники вскоре после сочинения „Псковитянки“ сказалось остановкою моей сочинительской фантазии».

Оказывается гениальная одаренность – одаренностью, а техника композиции – это техника композиции. И только добившись гигантского профессионального мастерства, он и начал выдавать одну за другой свои великие оперы, спустя 25 лет после «Псковитянки», и создал пролог к этой опере, ну и, наверное, прошелся рукой мастера и по всему материалу оперы:

–«Я сознавал, что моя тогдашняя композиторская техника была недостойна моих музыкальных идей и прекрасного сюжета».

Удивляться в этом случае появлению пролога к «Псковитянке» в виде одноактной оперы «Вера Шелога» не следует. Если мы вспомним гения немецкой музыки Рихарда Вагнера, оказавшего огромное влияние на музыку всей Европы, то похожая ситуация сложилась в конце его жизни, когда он, уже всесветно знаменитый композитор, создал оперу «Парсифаль», которая была написана в 1882 году, и эта опера есть гигантское вступление, так сказать пролог к опере Вагнера «Лоэнгрин» 1850 года. Поэтому, что же удивляться, что Римский-Корсаков решил, используя свое наработанное систематическими занятиями гигантское мастерство, немного усовершенствовать свою гениальную, созданную в 28 лет, вдохновенную оперу «Псковитянка», добавив к ней пролог в виде одноактной оперы «Вера Шелога» в 1898 году. Ну, и влияние Вагнера стало более определенным. Если пользование системой вагнеровских лейтмотивов постепенно стало проявляться и в «Псковитянке», – но все-таки Римский Корсаков стремился вырабатывать свой собственный стиль. Как пишет в своей «Летописи музыкальной жизни» сам композитор: