Михаил Эм – Влюбленный эльф (страница 45)

светлых эльфиек Аниэль и Веруэль — в похищении государственного имущества;

светлую эльфийку Мюриэль — в государственной измене, также в похищении государственного имущества, также в шпионаже, также переходе на сторону противника и нападении на военные эльфийские объекты, также в побеге из пенитенциарного учреждения;

темного эльфа Ариэля — в организации побега эльфийки Мюриэль из пенитенциарного учреждения.

Судья закончила чтение обвинения и обратилась к сидящим за решеткой:

— Признаете ли вы себя виновными?

Семеро подсудимых поочередно встали и произнесли одно слово:

— Нет.

— В таком случае слово предоставляется прокурору, — объявила судья.

Прокурор — миловидная эльфийка с крылышками, тоненькими, как папиросная бумага, — поднялась со стула и зачитала:

— Проведенным следствием установлены следующие факты. Будучи руководителем Волшебного Бюро Расследований, Варсиэль дал согласие на проведение специальной операции, в результате которой погиб Хоброкос, дипломатический представитель Гномьей популяции. Приказ Варсиэля о проведении операции находится в деле. Следствие установило обстоятельства гибели Хоброкоса: дипломатический представитель был выброшен из окна в присутствии многочисленных свидетелей — их показания также приобщены к делу. Спасаясь от судебного преследования, Варсиэль с другими находящимися на скамье подсудимых светлыми эльфами бежал на территорию Гномьей популяции на землепроходческом комбайне модели Ч32. Названный комбайн был подарен нашему тогдашнему президенту Императорским Гномом, что дало основание заподозрить сговор между Варсиэлем и Императорским Гномом. Отклонение последним официальных извинений по поводу гибели дипломатического представителя Хоброкоса подтвердили состоявшийся сговор с целью развязать, под благовидным предлогом, войну между Эльфийской конгломерацией и Гномьей популяцией.

— Через пятнадцать циклов, — продолжала зачитывать прокурор, — землепроходческий комбайн модели Ч32, под командованием Варсиэля, принял участие в боевых действиях против Эльфийской конгломерации, а именно в составе механизированного гномьего подразделения напал на воинскую часть № ААА. Его целью было забрать на борт Мюриэль, которая под чужим именем и по поддельным документам проходила службу в названной выше части. Также им удалось захватить заложника — находящегося на той же скамье подсудимых Ариэля, в то время лейнанта. Через полторы недели Ариэль был освобожден в результате обмена.

— Дальнейшая преступная деятельность подсудимых, — продолжала прокурор, небрежно помахивая крылышками, — продолжилась через два года после описанных выше событий, после того, как землепроходческий комбайн модели Ч32, под командованием Варсиэля, был заблокирован, а находящиеся в нем преступники схвачены. На этот раз на стороне преступников оказался Ариэль, в чине ковника, который оказал помощь в побеге заключенной Мариэль. Помощь подтверждается показаниями начальника тюрьмы ковника Мардибэля, показания которого находятся в деле, а также тем, что сбежавшая Мюриэль и оказавший ей помощь Ариэль после побега сообща направились к границе Эльфийской конгломерации, где и были арестованы.

— Таким образом, — резюмировала прокурор, — вина подсудимых доказана и не вызывает сомнений. Прошу приговорить подсудимых к следующим срокам наказания:

светлых эльфов Варсиэля, Добиэля и Руниэля — к смертной казни;

светлых эльфиек Аниэль и Веруэль — к пяти годам заключения;

светлую эльфийку Мюриэль — к смертной казни;

темного эльфа Ариэля — к четырем годам заключения.

Во время чтения прокурорского документа Ариэль и Мюриэль крепче сжали пальцы, не глядя друг на друга и ни на кого еще в зале судебных заседаний.

— Слово предоставляется адвокату обвиняемых, — объявила судья.

Со своего места поднялся щекастый адвокат.

— Ваша честь, — начал он оправдательную речь. — Выводы, сделанные следствием, страдают бессодержательностью и неточностью, а потому запрошенные уважаемым прокурором сроки не отражают истинной вины подсудимых. Начну с того, что Варсиэль, в качестве главы Волшебного Бюро Расследований, дал согласие на проведение специальной операции, но не давал задания выкидывать дипломатического представителя Хоброкоса из окна. В бумагах, находящихся в деле, это никак не отражено, поэтому не может быть вменено Варсиэлю в качестве вины. Гибель Хоброкоса была трагической случайностью, произошедшей в результате действий рядового бойца Руниэля. Сам Варсиэль в операции участия не принимал. Если Варсиэль не виновен в гибели дипломатического представителя Хоброкоса и не предполагал о том, что произойдет во время проведения операции, рассыпается основное обвинение в государственной измене. Варсиэль действительно похитил у Эльфийской конгломерации землепроходческий комбайн модели Ч32, но действовал вынужденно, спасая свою жизнь, жизнь своих близких и ближайших подчиненных. Тем самым обвинение в государственной измене должно быть снято, а обвинение в хищении государственного имущества переквалифицировано.

— Остальные обвинения также не обоснованы, — продолжал адвокат. — Нельзя считать доказанным, что Мюриэль, подделав документы и приняв другое имя, шпионила в пользу Гномьей популяции. Цель ее была иной: встретиться с Ариэлем, к которому она с детского садка испытывала романтические чувства. И это девушке в полной мере удалось. Согласно показаниям Ариэля, приобщенным к делу, Мюриэль спасла лейнанта Ариэля при нападении на воинскую часть № ААА гномов. Согласно этих же показаний, землепроходческий комбайн модели Ч32, за время пребывания на нем Ариэля, не посещал территории Гномьей популяции — напротив, всячески скрывался от ее землеройных аппаратов. Обращаю внимание, показания были даны Ариэлем еще два года назад, когда состав преступления, за которое судят обвиняемых, не состоялся. Это окончательно доказывает отсутствие факта государственной измены.

— Рассмотрим теперь побег Мюриэль из пенитенциарного учреждения, — приступил адвокат к рассмотрению последнего эпизода. — Мы убедились, что романтическое чувство между двумя молодыми эльфами возникло очень давно и с каждым годом все крепло и крепло. Повинуясь этому чувству, Мюриэль подделала документы и проникла в состав воинской части № ААА, где служил в то время лейнант Ариэль. Мюриэль спасла Ариэля при нападении на часть механизированного соединения гномов, заставив своего отца Варсиэля принять юношу на борт. А через два года влюбленный юноша отплатил девушке тем же, вытащив ее из заблокированного землепроходческого комбайна, когда тот уже плавился. Как говорится, любовь творит чудеса. Теперь представьте отчаяние Ариэля, только что спасшего девушку из огня и вынужденного отдать ее в лапы скрупулезного правосудия! Вспомните себя, когда были влюблены, и поймите чрезвычайную чувствительность влюбленного организма к внешним воздействиям — согласитесь, они могут быть как благодатны, так и губительны. И что мы имеем — в том смысле, как поступил подсудимый Ариэль, чтобы обороть терзающие его сомнения? Как поступил бы на его месте любой нормальный эльфиец, Ариэль первым делом обратился к отцу. Напоминаю уважаемому суду, что Зуриэль, отец Ариэля, работает президентом Эльфийской конгломерации — подтверждающие документы приложены к делу. Естественно, что президент Зуриэль объяснил сыну, чтобы тот нисколько не волновался за судьбу Мюриэль — ни один справедливый суд не осудит девушку за любовь к юноше. Удовлетворенный Ариэль внял отцу — и, если бы не одно злосчастное обстоятельство, никакого побега не состоялось бы. Под злосчастным обстоятельством я разумею номер «Эльфийского единорога», в котором черным по белому содержится призыв к Ариэлю освободить Мюриэль любой ценой, а именно — посредством организации ее побега из тюрьмы. Данный призыв я могу рассматривать исключительно как подстрекательство, которое имело успех, в результате чего излишне эмоциональный и доверчивый юноша оказался в итоге на скамье подсудимых. Учитывая отсутствие тяжелых последствий в содеянном им, а также предыдущую беспорочную службу, считаю необходимым освободить ковника Ариэля от наказания.

В конце своей блистательной речи адвокат сообщил:

— В связи с отсутствием состава преступления прошу полностью и по всем статьям оправдать подсудимых. Да посмотрите вы на них, разве похожи они на государственных преступников? — и указал на держащихся за руки Ариэля и Мюриэль.

Публика в зале судебных заседаний зааплодировала, особенно эльфийки.

3.12. Приговор

Через два дня изнурительные перекрестные допросы завершились.

— Обвиняемым предоставляется последнее слово, — объявила судья.

Первым со скамьи подсудимых поднялся Варсиэль.

— Ваша честь, — сказал он. — Боюсь, немногие из эльфов представляют себе работу специальных органов, но, поверьте на слово, эта работа чрезвычайно опасна и многогранна. Берусь утверждать это как профессионал, продолжительное время руководивший Волшебным Бюро Расследований. Как и во всякой работе, в ней случается всякое, в том числе ошибки и досадные упущения. Гибель дипломатического представителя Хоброкоса является одной из таких ошибок. Никто не мог подумать, что гном явится в этот день на фруктовый завод — это была личная инициатива гнома, как вы убедились в ходе перекрестных допросов. Также никто не мог предположить, что Хоброкос выпадет из окна — это была трагическая случайность, с которой начались злоключения, в конце концов приведшие меня на скамью подсудимых. Тем не менее дальнейшие события, в том числе те, которые мне инкриминируются, развивались независимо от моего желания — точнее, вопреки ему. После трагического инцидента я был фактически отстранен от руководства Волшебным Бюро Расследований, соответственно не мог влиять на решения тогдашнего президента Эльфийской конгломерации. Эту роль принял на себя Бонбоэль, тогдашний руководитель Магического Агентства. В результате его некомпетентных советов введенный в заблуждение президент принял решение выдать меня Гномьей популяции. Моей жизни, также жизни моей семьи и некоторых из моих подчиненных угрожала реальная опасность, поэтому мной было принято решение угнать землепроходческий комбайн модели Ч32, находившийся в Буйном парке. Решение было вынужденным — я действовал по обстоятельствам, как вы могли убедиться в ходе этого судебного процесса. Замечу, однако, что, с технической точки зрения, угонял землепроходческий комбайн вовсе не я, а приставленный к нему гном Дор, здесь отсутствующий. Я и остальные эльфийцы оказались на землепроходческом комбайне в качестве пассажиров, согласившихся на путешествие. Разумеется, я имел на Дора значительное влияние: по моим просьбам, он направлял землепроходческий комбайн на ту или другую территорию, но — обращаю внимание уважаемого суда — никогда на территорию Гномьей популяции. За все 17 циклов подземных путешествий мы ни разу не посетили вражескую территорию. Напротив, мы всячески скрывались от гномов, по двум очевидным причинам: во-первых, из-за того, что Императорский Гном требовал моей выдачи, а во-вторых, из-за войны, объявленной между Эльфийской конгломерацией и Гномьей популяцией. Да, мы были изгнанниками, но при этом оставались патриотами своей родины не меньше, чем прочие эльфийцы. Я не могу представить документальных доказательств, но мы не только скрывались от вражеских моторизованных соединений, но нередко вступали с ними в смертельные схватки и побеждали. И разумеется мы не нападали на воинскую часть № ААА — это полностью подтверждено материалами дела и показаниями свидетелей. Наш выход на поверхность был вызван необходимостью забрать оттуда мою дочь Мюриэль. Я всячески отговаривал ее от посещения поверхности и подделки документов, но она не послушала: молодое устремление познать настоящую, как ей казалось, жизнь на поверхности и увидеть юношу, с которым когда-то была знакома, не довели мою дочь до добра, в результате чего мы все оказались там, где в настоящее время находимся — на скамье подсудимых. Я закончил, ваша честь, спасибо за внимание.