Михаил Эм – Влюбленный эльф (страница 42)

— Отец предпочитал не иметь с ними дела.

Вспомнив об отце, продолжающем томиться в заключении, девушка понурилась. Ариэль мгновенно все понял, но успокоить возлюбленную было нечем.

— Ты не можешь ничего сделать для моих родителей? — спросила Мюриэль.

Ариэль грустно покачал головой.

— Их казнят?

Мюриэль едва сдерживала слезы.

— Нас тоже, если поймают.

— Ты президентский сын, тебя могут пощадить.

— После того, что я сделал с отцом — навряд ли.

Мюриэль не стала спрашивать, что Ариэль сделал со своим отцом, а просто поднялась на ноги и принялась запаковывать вещи. Юноша тоже промолчал. В принципе, он мог связаться с отцом по служебной магической связи — как у командира воинской части, у него оставалась такая возможность, — но не хотел.

Они собрались, запрягли Велосипеда и тронулись в путь.

Возлюбленные скакали по светлым березовым перелескам, перемежаемым звенящими ручьями, или по темным ельникам, заслоняющими своими растопыренными лапами солнце, или между нехитрых сельскохозяйственных угодий, иногда проезжали мимо домиков, принадлежащим местным плантаторам и отдыхающим от городской суеты дачникам.

До вечера Алармейские горы немного приблизились — впрочем, до них оставался еще день пути, не меньше.

Ариэль уже подумывал расположиться на ночлег, когда неподалеку от них раздались странные звуки и земля как будто завибрировала. В этот момент они проезжали по пересеченной местности. Дорога кончилась — точнее, Ариэль счел более безопасным последнюю часть пути проделать по бездорожью, поэтому свернул в заросший травой и мелким кустарником луг. Это луг оказался испещренным оврагами, поэтому беглецы продвигались с большим трудом. Ариэлю пришлось слезть с Велосипеда и везти его под уздцы. В этот самый момент, как было сказано, раздались странные звуки и земля завибрировала.

Ариэль мигом стащил с Велосипеда девушку, а самого единорога отвел в овраг, готовый скрыть беглецов от опасностей. Опасность существовала — вовсе не в воображении Ариэля. Шагах в пятидесяти от Ариэля и Мюриэль, за кустами, ухнула вниз земля и показался металлический бок землепроходческого аппарата.

Некоторое время ничего не происходило, затем послышался лязг открывающегося люка. Эльфы видели, как из открывшегося люка вылезли вооруженные гвоздометами гномы и принялись осматриваться. Ариэль с Мюриэль съехали в овраг. Волосы на голове Ариэля зашевелились и приняли боевое положение, с них просыпались на землю первые предупредительные искры.

— Тише ты, привлечешь внимание! — шепотом прикрикнула на Ариэля девушка.

Ариэль уменьшил магическое напряжение и снова вылез на край оврага, что было разумно: гномы могли приблизиться поверху и, обнаружив их, атаковать. Мюриэль поспешила вслед за юношей. Хорошо, что съехавший в овраг Велосипед не предпринимал попыток пошуметь: единорог был вымуштрованным военным животным, привыкшим во всем полагаться на хозяина.

Кажется, гномы не были намерены отдаляться от «Червя». Они, положив гвоздометы на плечи, о чем-то переговаривались на своем гномьем языке, затем принялись возбужденно махать руками.

— Спорят, куда направится, — прошептала Мюриэль.

— А ты откуда знаешь?

— Меня Дор обучил гномьему языку. Но я не все понимаю.

— Захватить бы «Червя», — помечтал Ариэль.

Разумеется, ничего бы из этого не получилось: во-первых, вдвоем эльфийцы не смогли бы справиться с экипажем «Червя», а во-вторых, даже если бы справились, управлять «Червем» не умели. Пришлось бы захватывать одного из гномов в заложники. Все это было слишком опасно и трудноисполнимо, потому не стоило обсуждения.

Между тем гномы направились в их сторону. Овраг зарос травой, был завален валежником и имел неровное дно, поэтому удалиться по оврагу, да еще ведя под уздцы Велосипеда, не представлялось возможным. Оставалось принять бой.

Эльфы съехали вниз по склону и, взявшись за руки, легли на противоположную сторону оврага — так, чтобы гномы, когда обнаружат притаившихся в овраге беглецов, находились в зоне видимости.

— Я люблю тебя, Мюриэль, — одними губами прошептал юноша.

— А я тебя, Ариэль, — тем же способом ответила девушка.

Волосы Ариэля удлинились и потянулись к противоположной стороне оврага, откуда должны были появиться гномьи головы, при этом Ариэль старался искрить как можно меньше, чтобы не выдать себя раньше времени. Волосы Мюриэль заклубились золотистыми искрами, образуя защиту от гвоздометов.

Они ждали последнего боя, взявшись за руки, но гномы из-за края оврага все не появлялись — судя по всему, они изменили направление движения либо вернулись к землепроходческому комбайну.

Через некоторое время Ариэль убрал волосы и заполз на откос — посмотреть, что поделывают гномы. Те по-прежнему толпились возле «Червя», но уже более лениво, чем в начале — видимо, решение было принято. Затем гномы забрались внутрь землепроходческого комбайна и захлопнули люк.

«Червь» завибрировал и принялся вгрызаться в землю — не так, как обычно бывает при отступлении, задним ходом, а головными сегментами, демонстрируя все свое гибкое металлическое тело.

Через сотню мгновений ничто не напоминало о посещении гномами территории Эльфийской конгломерации, кроме оставшейся от «Червя» взрыхленной почвы. Зачем гномы выползали на поверхность, осталось неизвестным.

Возлюбленные выбрались из оврага и совместными усилиями, не без помощи магии, вытащили наверх заскучавшего и перемазавшегося в глине Велосипеда, затем принялись искать место для ночевки.

3.9. Обоснованные предположения

На следующий день «Эльфийский единорог» писал:

«ОНИ СБЕЖАЛИ!

Наши недавние предположения блистательным образом подтвердились: Мюриэль, дочь легендарного национального предателя Варсиэля, сбежала из тюрьмы. Правительство не раскрывает подробности побега, но нам удалось восстановить его во всех подробностях.

Начнем с того, что непосредственно перед побегом тюрьму, под предлогом инспектирования, посетил влюбленный в Мюриэль сын действующего президента Ариэль. Помните, мы предсказывали, что молодые эльфы сбегут? Вот они и сбежали.

По свидетельству часовых, Ариэль покинул тюремное здание в одиночестве, но вы же не думаете, что он просто наведывался к прекрасной эльфийке? Разумеется, не просто: молодой ковник готовил побег — и, если судить по результату, прекрасно со своей задачей справился. Мюриэль исчезла из камеры в промежуток между посещением Ариэля и обедом, состоявшимся вскоре после того. В камере обнаружена пустая кровать и нераскованные наручники. Вряд ли, освободившись от наручников, девушка стала их обратно застегивать, что означает: она освободилась от наручников, не расстегивая их.

Нет сомнений, что Мюриэль бежала посредством фруктопортации, и Ариэль оказал ей посильную помощь. Сама девушка вряд ли смогла бы снять с себя смирительный колпак, в котором пребывала. В принципе, освободить девушку от колпака могли: либо Ариэль, навестивший заключенную в ходе своего так называемого инспекторского обхода; либо кто-то из тюремного персонала; либо начальник тюрьмы ковник Мардибэль. Рискнем предположить первый вариант.

Участие Ариэля в побеге подтверждает рассказ торговца фруктами, пожелавшего остаться анонимным. Торговец показал, что некий молодой эльф в форме ковника — а кто у нас ковник в молодом возрасте, кроме президентского сына? — вышел из помещения тюрьмы и купил у торговца грушу. Дальнейшее торговец не запомнил, потому что фрукты на его лотке принялись взрываться один за другим, после чего в воздухе возникла женская фигура, которая начала уплотняться и уплотняться. Именно так, если нашим читателям и в особенности читательницам не известно, и происходит фруктопортация! После множественных взрывов фруктов молодые эльфы поцеловались, вскочили на белоснежного единорога и покинули улицу, на которой располагается тюрьма.

У нас нет сомнений, что молодым эльфом, встретившим Мюриэль, был ее возлюбленный Ариэль. Наши попытки связаться с представителями воинской части № ААА, которой командует — правильней будет сказать: ранее командовал, — ковник Ариэль, не привели к успеху. Было заявлено, что ковник Ариэль находится вне территории части и что других комментариев не последует.

Очевидно, что Ариэль и Мюриэль скрылись, но находятся ли они в розыске, большой вопрос. Дело в том, что незадолго до посещения тюрьмы ковник Ариэль посетил другое не менее известное место, а именно — президентский коттедж, где имел беседу со своим отцом действующим президентом Эльфийской конгломерации Зуриэлем. Подробности беседы не разглашаются, однако есть основания полагать, что беседа была важной. Через некоторое время в президентском коттедже была объявлена тревога. Сам Зуриэль, появившийся перед общественностью лишь вечером, выглядел неважно — и внешне, и в смысле эмоционального состояния. Всем нам известно, каким твердым и непреклонным характером обладает наш президент — именно это нам в нем и нравится, — но хочется спросить, не был ли побег Мюриэль согласованной акцией? Ариэль является единственным сыном президента Зуриэля. Кто, как не отец, должен во всем помогать и потакать сыну?!

Что если Ариэль освободил свою возлюбленную не по собственному почину, а в результате специальной операции, проведенной по личному приказу президента? В этом случае не удивляет помощь, оказанная беглецам начальником тюрьмы ковником Мардибэлем, действовавшим по прямому приказу президента. Отстранение ковника от службы и домашний арест ничего не доказывают: это могло быть сделано для отвлечения внимания почтенной публики.