Михаил Эм – Бабушка не умерла – ей отключили жизнедеятельность (страница 30)

Сцена 6

Репетиция памятного дня на острове покойников.

Гера: Сидим у костра и поем «Милая моя, солнышко лесное»… Всем петь, я сказал!

Все:

Милая моя, Солнышко лесное, Где, а каких краях Встретимся с тобою?

Гера: Отлично, продолжаем… Разговоры у костра. Ну же, говорите, говорите…

Хрюк (недоумевая): О чем говорить, Гера?

Гера: О чем тогда говорил, о том и сейчас говори. Только помни: ты даешь показания на суде праведников. Вспоминайте, о чем говорили у праздничного костра?

Хрюк: Витька с днем рождения поздравляли.

Гера: Ну так и поздравляй, толстый! Мы ж репетируем.

Хрюк (искусственно приподнятым тоном): Поздравляю тебя с днем рождения, Витёк.

Маринка: Будь счастлив, Витёк! (Не удерживаясь). Сволочь!

Хрюк: Желаю окончить Медицинский институт с красным дипломом.

Витёк: Клал я…

Гера: Я тебе сейчас положу, урод!

Витёк (исправляясь): Спасибо, друзья.

Гера: Все некогда было спросить. Почему это ты, Витёк, в Медицинский институт поступил?

Витёк: Кхе, зачем?… Мечтаю спасать человеческие жизни.

Гера: Какой молодец! Я бы, к примеру, в Медицинский ни за что не пошел, если бы меня даже на аркане тянули.

Маринка: Почему это? Не нравится спасать человеческие жизни?

Гера: Почему-почему? Крови я боюсь, понятно?! Лучше на другом месте пользу Родине приносить буду.

Маринка (с пониманием): Ну, если Родине…

Хрюк: У меня соседка…

Гера: Что соседка?

Хрюк: Померла, потому что ей вовремя медицинскую помощь не оказали.

Гера: Не верю.

Хрюк (не знакомый с первоисточником): Зачем мне врать, Гера?

Гера: Затем, что на суде праведников говорить об отечественном здравоохранении непрактично и негигиенично. Пошевели извилинами, толстый, придумай что-нибудь более жизнерадостное. Итак, я тебя спрашиваю: что соседка?

Хрюк (на него неожиданно находит вдохновение): Сломала ногу. Так неудачно сломала, что из больницы специально позвонили швейцарскому хирургу, лауреату Нобелевской премии, чтобы приехал и провел операцию. Очень сложный перелом был. Если бы не швейцарец, воспаление на ноге могло бы образоваться. А сейчас ничего, через две недели зажило вовсе. Тетка добрая, я с ней все время здороваюсь, когда в магазине бываю. Она в универсаме кассиром работает.

Гера: Браво, Хрюк, браво! Ты прирожденный артист, просто Вахтангов и Комиссаржевская в одном флаконе. Всем брать пример с Хрюка: больше экспрессии, больше выгодных для подсудимых подробностей!

Маринка: Каких еще подробностей?

Гера: Подробных. Чем мы на острове еще занимались?

Маринка: Колдобина купалась.

Гера: Так… Колдобиной нет, я за Колдобину. (Высоким голоском). Витенька, дорогой, пойдем искупаемся?

Витёк: Не пойти ли тебе, Колдобина…

Гера (своим голосом): Я те сейчас пойду, урод!

Витёк: С удовольствием освежусь, дорогая.

Гера: Так, Витёк с Колдобиной уходят купаться. О чем мы говорили у костра, пока они купались?

Маринка (мечтательно): О любви.

Гера: Точно – о любви. О том, что Витёк и Колдобина жизнь друг за друга отдадут, не раздумывая.

Хрюк: Первый тост за Витька.

Гера: Нехорошо без именинника начинать. И вообще, Хрюк, намотай на ус: употребляли не водку, а кагор.

Хрюк (расстроенный): Не водку?

Гера: Если, конечно, не желаешь за компанию с Витьком…

Хрюк: Ладно, ладно. Пусть будет кагор.

Гера: Как там дальше дело было, когда Колдобина с Витьком с купания возвратились?

Маринка: Я почувствовала себя плохо. Живот страшно заболел, а больше я ничего не помню… устраивает?

Гера: Еще бы не устраивало! Витёк, следующий.

Витёк: Я… это… диагностировал у Маринки острый аппендицит.

Гера (понемногу вживаясь в роль): Ее срочно нужно доставить в больницу. Хрюк, сталкивай лодку, выплываем немедленно!

Хрюк: Против течения часа три грести. Успеем?

Витёк: Никак нет, утверждаю как медик с незаконченным высшим образованием.

Гера: А Маринка, бедная, в это время стонет, стонет… Маринка, стони.

Маринка стонет.

Жалостливей.

Маринка стонет жалостливей.

Еще жалостливей.

Маринка стонет совсем жалостливо.

(Заламывая руки в отчаянии). Боже мой, что делать? Мы обязаны спасти эту юную жизнь, этот еще не распустившийся бутон на естественнонаучном древе…

Маринка, против воли, ржет.

Маринка: Не переигрывай, Гера.

Гера: По-моему, убедительно. Думаешь, праведники не поверят?