Михаил Елисеев – Воины Александра Македонского (страница 15)

Некоторые аспекты битвы освещают Полиэн и Фронтин. Полиэн обращает внимание на маневр, с помощью которого Филиппу удалось разорвать фронт эллинской армии: «Филипп, когда сражался при Херонее с афинянами, подавшись назад, отступил. Стратокл, стратег афинян, воскликнув: «Мы должны до тех пор не отставать от врагов, пока не загоним их в Македонию!» – продолжил следовать за македонянами. «Афиняне не умеют побеждать», – сказал Филипп и стал отходить лицом к неприятелю, сомкнув фалангу и защитившись оружием от натиска афинян. Немного спустя, заняв возвышенности, он ободрил свое войско, сделал поворот и, решительно устремившись на афинян, блестяще с ними сразился и победил» (Polyaen.IV,2.2). Выполнить такой сложный маневр, как отступление под натиском противника, а затем резко перейти в контратаку, могла только армия, обладавшая великолепной выучкой. Поэтому Филипп не ошибся, когда сделал ставку на профессионализм и воинское мастерство своих солдат. Об этом свидетельствует ещё один рассказ Полиэна: «Филипп при Херонее, зная, что афиняне порывисты и не приучены к военным упражнениям, а македоняне опытны и натренированы, немало затянув сражение, вскоре утомил афинян и тем самым легко одержал над ними победу» (Polyaen.IV,2.7). На данный факт обратил внимание и Фронтин: «Филипп при Херонее учитывал, что у него солдаты закалены долгим опытом, а афиняне, хотя и ожесточены, но не имеют военного опыта и сильны только при нападении. Он поэтому затянул сражение; вскоре, когда афиняне уже выдохлись, он перешел в решительное наступление и порубил их» (Front.II,1,9). Таким образом, можно констатировать, что в битве при Херонее македоняне победили благодаря полководческому таланту Филиппа II и лучшей выучке рядового и командного состава армии. Афинские и фиванские военачальники уступали базилевсу как командующие армией, а уровень подготовки греческих гоплитов, за исключением фиванцев, был ниже, чем у македонских солдат.

Как уже отмечалось, информация о битве при Херонее крайне скудна и оставляет больше вопросов, чем дает ответов. Что касается численности противоборствующих армий, то можно говорить о том, что они были приблизительно равны по составу. Наибольшие споры вызывает построение войск перед битвой. Считается, что Филипп, согласно традициям эпохи, расположился на правом фланге с отборными частями, а Александра отправил на левый фланг вместе с гетайрами. Но уже здесь кроется противоречие, поскольку именно гетайры и агема гипаспистов были элитными войсками и поэтому должны были находиться рядом с Филиппом. С Александром находились его личные друзья и телохранители, скорее всего под командованием наследника был и кавалерийский отряд. Вызывают большие сомнения утверждения историков о том, что именно базилевс командовал правым флангом македонской армии. На поле боя Филипп был новатором и не придерживался общепринятых шаблонов. Он не мог не знать о том, что в битве при Левктрах фиванский стратег Эпаминонд действовал вопреки традиции и сосредоточил лучшие силы именно на левом крыле. Во время войн диадохов точно так же поступят Эвмен из Кардии в битве при Паретакене и Деметрий Полиоркет в битве при Газе. Но есть ещё более веский аргумент в пользу того, что Филипп возглавил левый фланг, а Александр – правый.

Дело в том, что воины Священного отряда, сражавшиеся против Александра, были похоронены около Херонеи, что подразумевает их расположение на левом фланге эллинской армии: «Когда подходишь к городу, то тут встречается братская могила фиванцев, погибших в битве с Филиппом. На этой могиле нет никакой надписи, но над ней поставлено изображение льва; это символ мужества этих людей; а надписи, думаю, нет потому, что судьба, посланная им божеством, не соответствовала их решимости» (Paus.IX,XL,5). Этот лев и сегодня возвышается на въезде в Херонею с востока, около дороги, ведущей в Орхомен. Во время раскопок памятника археологи нашли останки 254 воинов Священного отряда, павших в битве с македонянами. Что же касается македонских солдат, то их захоронили в высоком кургане на берегу реки Кефис, он сохранился до наших дней. Скорее всего бойцов из Священного отряда похоронили там, где они сражались, вряд ли победители стали перетаскивать их тела на другой конец равнины. Поэтому я полагаю, что в битве при Херонее левым флангом македонской армии командовал Филипп II, а правым крылом руководил Александр.

Каменный лев, установленный на месте битвы при Херонее

Соответственно, на правом фланге греческой армии у реки Кефис стояли афиняне под командованием Лисикла и Хареса, на левом крыле у Херонеи расположились фиванцы, центр позиций занимали остальные союзники. Но оговорюсь сразу, это не более чем предположение, поскольку в источниках никакой информации по данному вопросу нет.

Письменные источники не дают ответа на вопрос, почему Филипп решил сразиться с афинянами, а сына отправил против фиванцев. Ведь именно эти воины славились на всю Грецию как великолепные бойцы, обладавшие высокой индивидуальной подготовкой. Недаром Диодор Сицилийский отметил, что фиванцы отличались «железной крепостью благодаря привычке к гимнастическим упражнениям» (XVII,11). О том, как тренировались фиванские воины, рассказал Плутарх: «… первая задача сражающихся – нанести удар и самим защититься от удара. Вторая задача – схватившись врукопашную, умело пользоваться приемами захвата и опрокидывания; именно это более всего способствовало, как говорят, нашим обученным в палестре воинам одолеть спартиатов при Левктрах» (Quaest. conv.II,V,2).

Несмотря на то что битва при Левктрах произошла в 371 г. до н. э. и с тех пор прошло много времени, вряд ли что изменилось в военной подготовке фиванцев. И вот против этих воинов базилевс отправляет Александра, пусть и в компании опытных полководцев. Почему? На мой взгляд, ответ на этот вопрос лежит на поверхности. Македонский царь понимал, что именно афиняне со своими недостаточно компетентными военачальниками и слабо дисциплинированным ополчением могут принять его ложное отступление за настоящий отход. Что начнется безоглядное преследование македонян, во время которого можно будет нанести по противнику мощный контрудар и разбить правый фланг вражеской армии. Филипп задумал очень сложный маневр, который его сын выполнить не мог как в силу своей молодости, так и из-за недостатка опыта. Скорее всего главной задачей Александра было просто сдерживать фиванцев, однако сын не только выполнил приказ отца, но и сумел нанести противнику поражение на своем участке фронта. Таким образом, эллины были разгромлены как на левом, так и на правом флангах. Говорить о том, что Филипп выиграл битву исключительно благодаря Александру, не приходится, поскольку именно македонский царь составил и воплотил в жизнь план сражения. В битве при Херонее сын был лишь исполнителем воли отца, хотя и очень хорошим исполнителем. Недаром Диодор Сицилийский отметил, что именно Филипп принес победу македонянам (XVI, 86). Обратим внимание, что нигде в источниках не говорится о действиях кавалерии, хотя атака Александра на боевые порядки фиванцев явно подразумевает комбинированный удар конницы и тяжеловооруженной пехоты. Но это опять-таки только предположение, поскольку подробный рассказ о битве отсутствует.

Относительно потерь сторон информация не совсем внятная, мы даже не знаем, сколько погибло македонян и их союзников. Что касается эллинов, то, по свидетельству Диодора Сицилийского, пало более 1000 афинян и около 2000 взяли в плен (XVI,86). О потерях фиванцев историк отделался туманной фразой, что «многие из беотийцев были убиты, и немало взято в плен» (Diod.XVI,86). Но как бы там ни было, разгром был сокрушительным, защищать Афины и Фивы было некому, поэтому Филипп продиктовал побежденным эллинам свои условия.

С афинянами базилевс обошелся на удивление мягко. Он не только выдал им тела павших соотечественников для погребения и предложил собрать все останки, чтобы положить в гробницы предков, но и отпустил пленных без выкупа. В Афины прибыли царевич Александр и македонский полководец Антипатр, чтобы от имени Филиппа II заключить мир (Just.IX,4). Несмотря на то что для афинян всё закончилось относительно благополучно, они приговорили к смерти стратега Лисикла, одного из командующих афинской армией при Херонее (Diod.XVI,88).

Совсем иначе Филипп поступил с фиванцами. Царь смотрел на них как на предателей и поэтому взял выкуп не только за пленных, но и за павших на поле боя воинов. В Фивах началась зачистка, наиболее видным гражданам рубили головы, отправляли в изгнание, конфискуя их имущество в пользу базилевса. В город вернули некогда изгнанных сторонников Македонии, из которых три сотни человек назначили на высшие государственные должности (Just.IX,4). В фиванском акрополе, Кадмее, встал македонский гарнизон (Diod. XVI,87). Таковы были ближайшие последствия битвы при Херонее. По мнению Юстина, «этот день был для всей Греции концом ее славного господства и ее издревле существовавшей свободы» (IX,3). С этим выводом невозможно не согласиться.

II. Армия Александра Великого

1. Иллирийская кампания (335 г. до н. э.)