Михаил Елисеев – Греко-персидские войны (страница 44)

Например, «отец истории» численность флотских команд лихо обозначил в полмиллиона человек, исходя из того, что царская армада насчитывала 1207 судов. Несколько раз он упоминает 1 700 000 пехотинцев: «Я не могу в точности определить, сколько войска доставила каждая народность, так как об этом не сообщает никто; всего же сухопутного войска оказалось миллион семьсот тысяч человек» (Herod. VII, 60). Количество всадников Геродот определяет в 80 000. Затем добавляет к ним арабов на верблюдах и ливийцев на колесницах в количестве 20 000, а также войска, присоединившиеся к армии Ксеркса в Европе, – македонцев и жителей фракийского побережья. После чего приходит к выводу о том, что общее количество воинов в сухопутных войсках и на флоте было 2 641 610 человек (Herod. VII, 185). И при этом Геродот оговаривается, что он не считал обоз с прислугой и грузовые суда. Впрочем, вскоре он эту ошибку исправит и приведет данные относительно тыловых служб и команд грузовых судов. В итоге получаем 5 283 220 человек.

Что и говорить, цифирь удивительная. Уж на что Ктесий Книдский был известным баснописцем, рассказывающим разные сказки, но и он оказался в этом вопросе гораздо большим реалистом, чем Геродот. В своей «Персике» Ктесий обозначил численность персидской армии в 800 000 воинов, а флота – в 1000 боевых кораблей (23). Несколько иную информацию об армии Ксеркса приводит Корнелий Непот: «Флот его состоял из 1200 боевых кораблей, сопровождаемых 29 тыс. транспортных судов; сухопутное же войско насчитывало 700 тыс. пехотинцев и 400 тыс. всадников» (Them. 2). Здесь поражает количество грузовых кораблей, превосходящее все разумные пределы. Юстин также приводит сведения, отличающиеся от цифр Геродота: «Ксеркс за это время уже вооружил набранных в своем царстве 700 000 [воинов] и 300 000 [человек] вспомогательных войск» (II, 10).

Обратимся к труду Диодора Сицилийского. На равнине около города Дориска[56] Ксеркс организовал новый смотр своей армии, о результатах которого рассказал Диодор: «Он произвел смотр всего войска, пехоты в нем насчитывалось более 800 тысяч, а всех военных кораблей было более 1200, из которых эллинских – 320, причем основную массу людей для службы на флоте доставили эллины, а корабли – царь, все остальные корабли были варварскими; и из них египтяне доставили 200, финикийцы – 300, киликийцы – 80, памфилийцы – 40, ликийцы – столько же, кроме того, карийцы – 80 и киприоты – 150. Из эллинов дорийцы, которые живут у границ Карии, вместе с жителями Родоса и Коса послали 40 кораблей, ионийцы вместе с жителями Хиоса и Самоса – 100, эолийцы вместе с жителями Лесбоса и Тенедоса – 40, жители Геллеспонта вместе с теми, которые живут у Понта, – 80, островитяне же – 50; ведь царь уже давно подчинил острова между Кианеями, Триопием и Сунием. Итак, столько насчитывалось триер, судов же для перевозки конницы было 850, тридцативесельных (триаконтер) кораблей – три тысячи» (XI, 3).

В дальнейшем Диодор сообщит о том, что Ксеркс набрал еще 200 000 воинов в Европе и, таким образом, довел численность армии до миллиона человек (XI, 5). Так же он указал количество боевых кораблей, выставленных малоазийскими эллинами: 320. Подробная роспись царских эскадр у Диодора в общих чертах совпадает с информацией Геродота. Как говорится, плюс-минус. В целом же можно признать, что мобилизовав все ресурсы державы Ахеменидов, Ксеркс мог выставить такое количество судов. Другое дело, какие из них были транспортные, а какие боевые.

Во главе флота стояли братья Ксеркса, Ахемен и Ариабигн, о котором Плутарх написал, что он «человек хороший и из братьев царя самый храбрый и справедливый»[57] (Them.14). Геродот обращает внимание на то, что верховное командование над военно-морскими силами принадлежало именно Ахемену: «Ахемен, брат Ксеркса, главнокомандующий флота» (VII, 236). Ариабигн командовал эскадрами малоазийских греков, а Ахемен был по совместительству и начальником над египетскими кораблями. Также Геродот в качестве командиров царского флота упоминает Прексаспа и Мегабаза – вероятно, они осуществляли руководство финикийскими и киликийскими флотилиями.

Посмотрим на сухопутные силы Ксеркса. За исключением Геродота, никто из античных авторов не говорит о многомиллионных полчищах, в лучшем случае миллион с хвостиком, не более. Но это опять-таки сильное преувеличение, поскольку сказки о том, как орды Ксеркса выпивали до дна реки, были милы сердцу обывателя античного мира. В реальности все было гораздо скромнее, Греция не настолько велика, чтобы вместить в себя описанную Геродотом многомилионную орду. По большому счету, это было население целой страны.

Мобилизационные возможности государства, во главе которого стоял Ксеркс, не позволяли ему повести на запад несколько миллионов человек. А как правитель огромного государства, царь должен был учитывать обстановку на всем протяжении границ своей необъятной империи, а не думать только о завоевании Балканской Греции. Ксерксу необходимо было держать войска во внутренних сатрапиях, чтобы избежать восстаний, и на границах, чтобы не допустить набегов соседних племен. Оголять рубежи державы накануне похода в Европу было просто опасно. А сын Дария глупцом не был, наоборот, он стремился предусмотреть буквально все и поэтому значительные воинские контингенты должен был оставить в Азии.

О том, какова была численность сухопутной армии Ксеркса, можно говорить только предположительно. Я не буду приводить все версии, которые существует на этот счет, ограничусь лишь тем, что выскажу свою точку зрения по данному вопросу. Сухопутная армия Ксеркса не могла превышать 200 000 воинов; что же касается конницы, то численность кавалерийских соединений могла составлять около 20 000 всадников. Не больше.

Смотр войск, устроенный Ксерксом в Дориске, еще больше убедил царя в непобедимости его армии и флота. Объехав на колеснице ряды пехоты и кавалерии, Ксеркс поднялся на корабль и проплыл вдоль построенных в линию боевых судов. Именно тогда и произошел его достопамятный разговор с бывшим спартанским царем Демаратом. Ксеркса интересовал один вопрос – окажут ему эллины сопротивление или нет, когда узнают о том, какая сила на них идет. Ответ спартанца озадачил царя, особенно в той его части, где Демарат рассказал о своих земляках. Получалось, что даже если вся Эллада склонится перед Ксерксом, то Лакедемон будет сражаться против персов. Но владыке Азии очень хотелось выяснить, почему спартанцы не сдадутся на его милость, и он продолжал одолевать Демарата вопросами. В итоге, нарвался на такой ответ: «Над ними есть владыка – закон; они боятся его гораздо больше, нежели твои подданные боятся тебя. Поэтому они исполняют все, чего закон ни потребовал бы от них; а он требует всегда одного и того же – не покидать сражения ввиду какого бы то ни было количества врагов и, оставаясь в строю, или одержать победу, или пасть мертвым» (Herod. VII, 104). После этого Ксеркс прекратил разговор и отпустил Демарата.

Наступление персов продолжалось. Выступив из Дориска, Ксеркс разделил армию на три части, посчитав, что так будет легче решать вопросы снабжения. Одна часть под командованием Мардония и Масистия шла вдоль фракийского побережья на запад, и параллельно с ней морем двигался флот. Маршрут другой части армии, под начальством Тритантехма и Гергиса, пролегал непосредственно через Фракию. Сам Ксеркс был с третьим отрядом, который шел между двумя другими группами войск. По пути движения происходило пополнение рядов царской армии уроженцами местных племен. Именно к этому этапу похода и относится рассказ Геродота о том, как орды персов выпивали до дна реки и озера. Перейдя по построенному мосту реку Стримон, персидские войска подошли к Афонскому полуострову и остановились на отдых около города Аканф. Царь осмотрел канал, остался доволен работой и щедро наградил местных жителей, принимавших участие в строительстве. Но остальным эллинским городам региона царский визит обошелся очень дорого. В буквальном смысле слова.

У Геродота сохранился интересный рассказ о том, каким образом Ксеркс решал вопросы снабжения своей армии. Царь просто переложил эти проблемы на местное население, в результате чего жители многих городов «пришли в крайнюю нужду, так что покидали свои жилища» (VII, 118). Например, жителям острова Фасос, располагавшим рядом населенных пунктов на материке, визит царской армии обошелся в астрономическую сумму 400 талантов. Но положение было безвыходное, поскольку перечить Ксерксу в данной ситуации было смерти подобно.

Тем временем персидский флот прошел через Афонский канал, обогнул полуостров Халкидики и вошел в Фермический залив, встав на якоря около города Ферм. Вскоре сюда подошла сухопутная армия, и Ксеркс вновь распорядился сделать остановку. Приближалось решающее столкновение, и царь хотел окончательно прояснить стратегическую ситуацию. Со дня на день должны были вернуться послы, отправленные в Элладу с требованиями «земли и воды». Ксеркс хотел знать, кто из эллинов выступит против него с оружием в руках, а кто нет, и действовать, исходя из сложившегося положения дел. К тому же необходимо было дождаться отставших отрядов, подтянуть обозы, произвести дальнюю разведку на местности. Владыка Азии видел перед собой покрытую снегом горную гряду Олимпа, за которой лежала Фессалия, и понимал, что до конечной цели похода не так уж и далеко.