Михаил Дорин – Сирийский рубеж 7 (страница 10)

Я повернулся к Батырову, который уже звонил командованию. Мне и каждому в комнате было ясно, что мы ближе всех к зоне боевых действий. И других свободных вертолётов в этом районе сейчас нет.

Время шло, а никаких команд не поступало. С момента катапультирования уже прошло порядка пятнадцати минут. Тут Батырову вновь позвонили.

– Да. Да это район… Конечно, понимаю. И что вы хотите? Нет, у Ми-28 не хватит топлива и они слишком уже далеко. Товарищ генерал, я… – прервался Дима и посмотрел на меня и Тобольского.

Батыров опустил трубку, но пока не вешал её.

– Сказали ждать Ми-28. Передавать им координаты, – тихо сказал Дмитрий.

– У нас в готовности два Ка-50 и Ми-8. Возьмём группу эвакуации. В чём проблема? – спросил я.

– В том, что Ка-50 нельзя использовать.

Я выдохнул, повесил автомат на плечо и надел шлем.

– Тогда на хрен он такой нужен?! – сказал и пошёл к выходу.

Следом за мной заспешил и Тобольский. Выходя из комнаты, я услышал, как хлопнула по столу телефонная трубка и послышались быстрые шаги.

– С вами полечу, – обогнал меня Батыров, быстро надевая разгрузку.

Не самое лучшее решение с его стороны. Он не так много летал последние годы. Видимо, штабная работа начинает надоедать Батырову с самого начала.

– Сбили Су-24. Два члена экипажа и местонахождение точно неизвестно есть район поиска. Будем искать.

– Кто экипаж? – спросил я.

Батыров помотал головой и остановился на секунду.

– Сбили экипаж полковника Мулина.

Вот так новость! Такому человеку, как заместитель командира корпуса попадать в плен нельзя никак. Тут есть опасения за важные сведения в случае допросов и пыток. А они точно будут!

Я быстро прыгнул в Ка-50 и начал запускаться. В наушниках продолжались плотные разговоры. Особенно спрашивали, что там с катапультировавшимися. Никто к земле не снижался, поскольку в приграничном районе это весьма опасно. У противника есть комплексы ПЗРК и различные зенитные установки.

Запуск произвёл. Все системы в работе. Вертолёт слегка покачивается, готовясь к взлёту.

– Внимание, 201-й, паре взлёт. Я за вами, – дал команду Батыров.

– Понял, 202-й, внимание! Отрыв! – сказал в эфир Тобольский.

Медленно я поднял рычаг шаг-газ. Ка-50 начал аккуратно отрываться от запылённой площадки, поднимая пылевую завесу. Продолжаю тянуть рычаг, чтобы взлететь чуть выше пыльного облака.

– Разгон, паашли! – скомандовал Тобольский, и я отклонил ручку управления от себя.

Нос наклонился, и вертолёт начал набирать скорость. Весьма быстро, по сравнению с тем, как разгоняется Ми-8.

– Прибор 150. Ждём 115-го.

– Принял, – ответил я Олегу Игоревичу.

Батыров вскоре тоже взлетел и следовал за нами на ощутимом удалении. Первая наша точка – ориентировочное место приземления одного из лётчиков находилось в окрестностях Идлиба.

Про себя я уже подумал, что там сейчас идут бои и некоторые районы ещё могут быть под контролем противника.

– 115-й, Тарелочке, – запросил Батырова оператор Як-44.

– Ответил.

– Район поиска – юго-запад Идлиба. Населённый пункт Хербет-эт-Тин. Есть информация, что там.

– Понял. 201-й, как приняли информацию?

– Подходим к расчётной точке. Пока никого не вижу, – доложил Тобольский.

Мы продолжали идти парой над высохшими землями. Время сейчас обеденное, а значит самая суровая жара. Как ещё в этом районе не наблюдаются боестолкновения, непонятно.

– Вижу внизу! Выполняю вираж, – доложил я, отклоняя ручку управления вправо.

На большом пустыре лежал оранжевые парашют, который всеми силами пытались оттащить двое местных жителей – женщина и мужчина.

– Вижу бой внизу, – оторвался я от наблюдения за парашютом.

Я быстро сориентировался, что нужно разворачиваться. Сделал перекладку и заложил крен почти 45°, продолжая разворачиваться влево. Взгляд направил вперёд в район строений деревни.

В центре деревни были видны поднимающиеся клубы пыли. Похоже, что и правда шёл стрелковый бой. Только совсем неравный.

– 1-й, цель вижу. Два строения со стрелками. Готов работать, – доложил я включая «Главный».

– 202-й, понял. Вижу. И нашего тоже, – ответил мне Олег Игоревич.

Его вертолёт выполнял резвый разворот на горке на другой окраине городка. Будем заходить на цель с разных направлений.

– 115-й, видим нашего. Готовы прикрывать, – доложил Тобольский.

Я переставил тип вооружения на управляемые ракеты. На индикаторе лобового стекла высветилась дальность до цели. Уже даже загорелась команда С о разрешении пуска. На большом экране просматривается изображение цели с символом ТА – включение лазерно-лучевого канала наведения.

– Цель вижу. Готов, – доложил я.

Прицельная марка уже на цели, а дальность до неё 4.7 километров.

«Восьмёрка» Батырова по его же докладу кружилась позади нас в пяти километрах.

Я продолжал держаться на боевом, стремительно скользя над землёй и выходя на рубеж пуска. Быстро приближался к дому, за которым находились боевики.

Мысль была в том, чтобы не зацепить ещё и нашего пилота. Так что придётся бить прицельно.

Пальцы легли на гашетку пуска ракет, а команды всё нет.

Рубеж пуска!

– Атака, 202-й!

Глава 5

Линия визирования высветилась на индикаторе лобового стекла. Прицельная марка совмещена. Палец аккуратно зажал гашетку пуска. Одна секунда, две…

– Пуск произвёл, – доложил я, продолжая удерживать вертолёт на линии атаки.

Ракета вышла из контейнера, сделала пару витков и устремилась к цели. До взрыва 10 секунд. Перед собой наблюдаю, как тёмная точка приближается к искомому объекту. Ещё немного и…

– Есть. Ухожу вправо, – доложил я, наблюдая, как строение погрузилось в облако песка и пыли, а крыша обрушилась.

– Понял. На боевом. Внимание… атака! – произнёс в эфир Тобольский.

Я ввёл вертолёт в разворот, проносясь над крышами отдельно стоящих домов. Краем глаза увидел устремившуюся ракету, выпущенную с борта Ка-50 Олега Игоревича.

И вновь взрыв! Пыль ещё не осела, а очертания остатков строения уже видны. На месте здания, где занимали позиции боевики, образовалась груда камней и развалин.

– На повторный. Наблюдаю нашего. Здание в 150 метрах от взрыва, – произнёс я, заметив, как себя оранжевым дымом обозначил наш лётчик.

– 115-й, площадка готова. Можно…

– Запретил! Запретил! – влез я в эфир, заметив приближение противника.

Три пикапа с пулемётами уже неслись в район, где подымались клубы оранжевого дыма. Так легко нам лётчика местные духи, террористы, мятежники… неважно как их называть, не отдадут никогда.

– Понял. Запретили, – ответил Батыров.