Михаил Чернов – Анна присмотрит за ним (страница 17)

Дорога, сильный ливень. Настолько сильный, что дворники не справляются, вода потоком стекает по окнам, кто-то поднимается со своего места и закрывает форточку, потому что на заднее сиденье летят брызги. В моторе постоянно что-что скрипит и фыркает во время переключения передачи, водитель бормочет проклятия и сбавляет скорость. Крупные капли бьют по стеклу, дорога на глазах превращается в бурлящую реку. Небо угрожающе нависает над ними, темнеет, сливается со стеной леса, и Анне кажется, что оно исчезает, будто ливень смывает его на землю. Слышится какой-то гул, Анна принимает этот звук за работу мотора, но сразу же понимает, что ошиблась. Звук усиливается, сталкивается с едущим автобусом, и внезапно все застывает на какой-то бесконечно долгий миг… Анна чувствует, что проваливается в небытие, перед глазами, учащаясь, бегают черные мушки, все хуже, тошнота… а затем сильный удар, боль и крик. Боль и папоротник перед глазами.

Это нереально, твердила она себе, подходя к двери, ей просто приснился очередной кошмар, навеянный произошедшими накануне событиями. Нетвердой рукой Анна отодвинула металлический запор, отбросила крючок и потянула дверь на себя, впуская в дом свежий утренний воздух, наполненный солнечным светом. Дверь протяжно заскрипела, и увиденное, вкупе с неприятным звуком, заставило ее вздрогнуть. На старой древесине отчетливо виднелись глубокие свежие царапины. Девушка замерла, прижав руку к груди и пытаясь совладать с накатившей на нее волной паники. Ей не приснилось, кто-то действительно приходил ночью к дому из леса. Анна села на корточки, перенеся тяжесть тела на здоровую ногу, и внимательно осмотрела следы когтей. Приложила руку, растопырила пальцы, провела по глубоким свежим царапинам.

– Чертовщина какая-то, – тихо пробормотала она и бросила взгляд в сторону реки.

Пытаясь понять, реально ли все то, что она видит, Анна крепко зажмурилась, сосчитала до десяти и открыла глаза. Залитая солнечным светом густая трава на поляне, последние желтые одуванчики, похожие на крошечных цыплят, разбежавшихся от матери-несушки, никуда не делись. Еле заметно покачивались ветви дуба, нависавшего огромным зонтом над крышей дома. Созревшие коричневые желуди шлепались на доски, покрытые мхом, и скатывались на землю. Кроме шума листвы и собственного дыхания, Анна ничего больше не слышала.

Из-за нервного перенапряжения вернулась боль в животе. Анна зашла в дом, достала из рюкзака таблетки и проглотила сразу две, запив большим количеством речной воды, слегка отдававшей тиной, но в ее положении не до выкрутасов. Мальчишка крепко спал, Анна вышла обратно на крыльцо, открыла новую пачку сигарет, достала одну и закурила, дожидаясь пробуждения ребенка. Задумчиво глядя на тропинку, по которой они пришли в деревню, она вдруг задалась вопросом: а почему бы им не пойти сейчас? Не сидеть тут, дожидаясь возвращения мужчин, а пойти им навстречу? Необходимо немедленно убираться отсюда, ей не нравилась эта деревня и она не горела желанием провести здесь еще одну ночь.

Она задрала штанину и осмотрела лодыжку. Обрадовалась, заметив, что опухоль немного спала. Смахнула густую челку, лезшую на глаза, поднялась и, хромая, спустилась с крылечка, опираясь на расшатанные перила. И пошла по дороге, намеренно давя на поврежденную ногу, но уже через пару метров почувствовала нестерпимую боль. С губ сорвался стон, Анна остановилась, приподнимая трясущуюся ногу и глядя на опушку леса. Развернулась и медленно захромала обратно. Злясь на себя, на свою неосторожность, на мужчин, которые не остались с ними, а ушли. Черт, черт… неужели нам придется сидеть тут до тех пор, пока за нами не придут? Мои попутчики или спасатели. Возможно, в эту самую минуту Виктор уже разговаривает с водителем автомобиля, который они остановили с Лешей, выбравшись на дорогу. Позвонили и дожидаются приезда спасателей.

Она села и с трудом достала из кармана джинсов свой старенький телефон, нажала на кнопку и вздохнула, обнаружив, что сети по-прежнему нет. Заряда телефона оставалось шестнадцать процентов, она решила, что все же попробует забраться повыше и попытается дозвониться сперва до мамы, чтобы успокоить ее, а затем до службы спасения. Объяснит вежливому оператору, что она с трехлетним ребенком, мама которого погибла в автокатастрофе, находится в какой-то заброшенной деревушке на берегу реки километрах в десяти-пятнадцати от места аварии. Что два пассажира – Виктор и Алексей – отправились на поиски дороги, а ее оставили присматривать за ребенком, потому что она повредила ногу. Им нечего есть, им страшно, а еще здесь бродят дикие животные, может даже медведь. И вежливый оператор скажет в ответ, что они в курсе, спасатели уже ищут их…

И угораздило же ее вывихнуть лодыжку на ровном месте! И почему все всегда происходит не вовремя? Могла бы подвернуть ногу, неудачно наступив на камень, когда шла утром в школу в десятом классе, к примеру. В день сдачи зачета по физкультуре, которую она терпеть не могла. Бег на скорость она всякий раз заваливала, прибегая последней, отжималась с трудом, но тройки, которую ставил учитель, с укоризной глядя на нее, Анне вполне хватало, чтобы продолжать заниматься тем, что ей нравилось. По литературе и биологии у нее всегда были одни "пятерки", так же как по географии и русскому языку. А вот с физкультурой возникали проблемы. В баскетболе из-за ее маленького роста ей постоянно доставалось, ее сбивали, словно не замечая такую маленькую никчемность в шортиках и майке, в которых она выглядела отвратительно: маленький неуклюжий тощий подросток с густой копной непослушных волос. Хорошо, что она окончила школу. Анна всегда подозревала, что если когда-нибудь попросит парикмахера постричь ее коротко, как стриглись процентов восемьдесят мальчишек, со спины она была бы неотличима от них. В джинсах, футболке навыпуск или огромных размеров темно-серая толстовка с капюшоном, которая принадлежала ее отцу. Первое время, украдкой доставая ее из шкафа, Анна утыкалась в старую одежду и вдыхала практически выветрившийся запах мужского одеколона и табака.

Во второй половине дня, пока ребенок рисовал в ее блокноте, она забралась на чердак, решив еще раз попробовать поймать сеть. Перед этим Анна обошла дом вокруг, внимательно осмотрела примятую траву и ставни. Внутри нее нарастало ощущение давящей тревоги, чувство, что некто, узнав об их нахождении здесь, непременно вернется. Но кто же приходил ночью? Кто-то следил за ними и решил напугать? Следующая мысль поразила ее, Анна остановилась и прислонилась спиной к стене дома: а если это он что-то сделал с Виктором и Алексеем? Они должны были вернуться два дня назад, она продолжала верить в их возвращение, но после того, что им довелось испытать этой ночью… Она вспомнила жуткие ощущения и болотную вонь, внезапно возникшую в доме. Сейчас все это казалось просто дурным сном, наваждением. В соседнем покосившемся доме скрипнул ставень, налетевший ветерок всколыхнул грязную истлевшую занавеску, зашелестела густая трава. Анна вздрогнула, по спине пробежал холодок, несмотря на теплый, солнечный день. Оглядываясь, она вернулась в дом, взяла телефон и включила его. Если удастся поймать сигнал, позвонить она успеет. Анна вышла и прикрыла за собой дверь.

А ты не думаешь, что кто-то прямо сейчас может наблюдать за нами? Анна не думала, она была почти уверена в этом.

Приставная лестница угрожающе скрипела, пока Анна забиралась по ней, сжимаясь в комочек каждый раз, когда ступенька с треском проседала в пазу. Вход на чердак был сделан в виде квадратной дверцы с маленьким окошком. С трудом откинув ржавый крючок, девушка забралась внутрь и огляделась. На чердаке было темно, света, проникавшего через открытую дверь, едва хватало, но вскоре глаза привыкли к полумраку. Пригнувшись, она осторожно прошла вперед и остановилась. Нажала кнопку на смартфоне, подняла руку, глядя с надеждой на экран.

– Давай же, лови, – бормотала она, но сеть не появлялась.

Для верности она включила и выключила несколько раз режим «в полете», но заветные полоски так и не появились. Вздохнув, девушка убрала смартфон в карман и задумалась. Что же делать? Забраться на дерево? Нет, вряд ли она сможет, на лестницу-то с трудом залезла. Продолжать ждать? Или действительно попробовать вернуться? Взгляд ее скользнул по чердаку и остановился: в дальнем углу возле крошечного пыльного оконца стоял сундук.

Крышка поддавалась с трудом. Анна распрямилась, скривившись от хруста в пояснице, смазала ладонью пыль с треснутого стекла и выглянула в маленькое окно. С чердака открывался прекрасный вид на реку, Анна смогла разглядеть путь, которым они прошли три дня тому назад. Тогда их было четверо… Грусть и одиночество, нахлынувшие от воспоминаний, больно кольнули сердце. Девушка вздохнула и с минуту осматривала противоположный берег реки, ожидая появления двух путников, направляющихся к деревне. Она понимала, что обманывает себя. Никто не выйдет из леса, тропинка, уведшая Виктора и Алексея, обратно их не вернет. Опустившись на корточки, Анна попыталась вновь открыть крышку сундука.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».