Михаил Болтунов – Легендарные герои военной разведки (страница 30)

Уже в феврале 1943 года дивизионы радиопомех убыли в действующую армию и были приданы Северо-Западному, Западному и Воронежскому фронтам.

В короткий срок вновь созданная служба сумела выработать принципы боевого применения своих средств, отработать тактические приемы подавления радиосвязи противника в различных звеньях управления и стала серьезным средством борьбы с врагом.

Показателем эффективности радиопомех может служить признание командующего группой войск, защищавшей Кенигсберг, генерал-полковника Ляша. В ходе допроса он говорил: «В результате ужасающей артиллерийской подготовки проводная связь в крепости была выведена из строя. Я надеялся на радиосвязь с Курляндией, с Земландской группой войск и с центральной Германией. Но эффективные действия забивочных средств русских не дали возможности использовать радиосредства для передачи радиограмм, и мои действия не могли координироваться ставкой верховного главнокомандования. Это послужило одной из причин моей капитуляции».

Что же касается Евгения Павловского, то он работал в группе Рогаткина до конца войны. День Победы встретил в Берлине, в составе войск 1-го Белорусского фронта, куда выехал накануне, чтобы обеспечить эффективное радиопротиводействие.

Следует сказать, что новое дело не испугало Евгения Федоровича и его коллег, и задание по созданию службы радиопомех было успешно выполнено. Впрочем, надо признать, что деятельность по организации системы радиопротиводействия противнику, тем не менее лежала в русле образования и профессиональных интересов Павловского. А вот бывший командир «особого» отделения майор Степан Стемасов в октябре 1943 года получил задание весьма далекое от его воинской профессии. Напомним, что до этого времени Степан Иванович воевал на Волховском фронте в должности начальника радиоотделения управления связи.

Служил он хорошо, всячески старался активизировать радиосвязь на фронте. Однако это было сделать не просто. Ведь Волховский фронт на протяжении двух лет оставался на месте, отрыва штабов от войск не существовало, и потому связь в звене фронт — армия — дивизия обеспечивалась, как правило, проводными средствами, а радио оставалось в резерве. На словах важность радиосвязи признавалась всеми, на деле же было не желание, неумение и боязнь пользоваться ею.

Стемасов, ратующий за более широкое применение радиосвязи, оказался прав. После полного окружения немцами 2-й ударной армии только радиосвязь позволяла штабу фронта получать сведения о состоянии войск и согласовывать совместные действия. Кстати говоря, Стемасов дважды вылетал в штаб генерала Власова для того, чтобы наладить радиосвязь.

«В начале июня 1942 года, — вспоминал он, — положение окруженной 2-й ударной армии ухудшилось, стала нарушаться радиосвязь. 5 июня пришлось вылететь в штаб армии во второй раз. Самолет У-2, пилотируемый лучшим летчиком эскадрильи связи Сухановым, набрал высоту 2000 метров, подошел к линии фронта и, выключив мотор, стал снижаться, планируя в район посадки. Несмотря на это, самолет все-таки был обстрелян из зенитных пулеметов.

Весь день 6 июня провел в уточнении обстановки в штабе армии. Связисты действовали в очень сложных условиях, постоянно отражая атаки противника.

Вылетая в командировку, я получил задание вывезти из штаба армии боевые донесения, оперативные и шифровальные документы, дабы исключить их попадание в руки противника. Так и было сделано. Самолет оказался загруженным до предела. Ночью мы пересекли линию фронта, и самолет приземлился на аэродром у поселка Малая Вишера».

В октябре 1943 года Стемасов был вызван в Москву. Ему вручили приказ о присвоении звания подполковника и назначении членом советской военной миссии в Лондоне. Так в жизни Степана Ивановича начался новый период — военно-дипломатический.

После подготовки и оформления документов подполковник Стемасов в феврале 1944 года вылетел по маршруту Сталинград — Баку — Тегеран — Багдад — Каир — Триполи — Гибралтар — Великобритания.

9 марта, после длительного путешествия, он прибыл в Лондон, и представился руководителю миссии вице-адмиралу Николаю Харламову. Как известно, главной задачей миссии было согласование совместных действий советских войск и армий союзников против фашистской Германии.

На Стемасова возложили обязанности соответствующие его образованию и фронтовому опыту — вопросы организации войск связи.

Военное министерство Британии проводило для членов миссии выезды на аэродромы, оборонные заводы, склады, а также приглашало на различные учения. Познакомился Степан Иванович и со своими коллегами из США. Например, с начальником связи 8-й американской воздушной армии полковником Сулливаном.

«В ходе многократных посещений штаба 8-й воздушной армии, — рассказывал Стемасов, — мне удалось познакомиться поближе и расположить к себе руководство отдела связи. Они передавали мне документы на срок от двух до трех дней. Эти материалы я укладывал в небольшой чемоданчик и увозил в миссию. Там их фотографировали и копии отправляли в Центр, а оригиналы возвращали американцам.

Некоторые секретные издания передавались мне в постоянное пользование. В конце концов меня стали пускать в библиотеку, и я сам отбирал интересующие меня документы.

Центр давал высокие оценки этим материалам. Да это было и не удивительно. Так, к примеру, в четырехтомном обзоре ведущихся в США научно-исследовательских и конструкторских работ в области радиоэлектроники под грифом «совершенно секретно», рассматривалось не только их нынешнее состояние, но и определялись перспективы работ на ближайшие годы.

Поэтому можно сказать, что регулярное получение секретных и особо секретных документов из штаба 8-й воздушной армии США было одним из важнейших результатов работы в должности члена комиссии».

…Союзники всячески оттягивали открытие второго фронта. В ту пору в Англии ходил популярный анекдот. «В кабинете Черчилля раздается телефонный звонок. В трубке он слышит голос Сталина: «Это говорит Джо. Я на французском побережье Ла-Манша. Теперь вы можете высаживаться».

Наконец, 6 июня 1944 года состоялась высадка союзных войск в Нормандии. Через месяц англичане организовали для членов миссии посещение захваченного плацдарма.

В первые месяцы после высадки Стемасову часто приходилось бывать в военном министерстве Англии. Британцы знакомили его с ходом боевых действий союзников во Франции.

«В ходе посещения, — писал позже Степан Иванович, — я обычно переносил на свою карту микроскопические изменения на нормандском фронте — продвижение на 500—1000 метров или просто записывал: изменения линии фронта за сутки не отмечалось.

Несколько раз в порядке подстегивания союзников, после сообщений результатов их действий, говорил: «Вот вы продвинулись на 500 метров, а мы за это время прошли с боями 120 километров. Значит, наши войска скоро встретятся».

В октябре 1944 года подполковник Стемасов получил новый приказ. Он был назначен временным уполномоченным советского правительства и Верховного Главнокомандования Красной армии по репортации советских граждан в Бельгии. Степан Иванович вылетел из Лондона в Париж. Там состоялись тяжелые переговоры с представителями штаба верховного главнокомандования союзных войск в Европе. Союзники настаивали на возвращении в СССР только тех советских граждан, которые сами желали этого. Разумеется, предатели, нацистские прихвостни, власовцы, одним словом, военные преступники, возвращаться на родину не желали. А англо-американская разведка стремилась пригреть их, дабы использовать в будущем против нашей страны. Пришлось потребовать возвращения всех граждан СССР. Однако договоренность по этому поводу не была достигнута, хотя Стемасову и гарантировали свободу действий на территории Бельгии.

Из Парижа уполномоченный вылетел в Брюссель. Он проехал по стране, побывал в лагерях, где были сосредоточены наши соотечественники — в Шерлеруа, Намюре, Антверпене, Льеже. Всюду встречался с советскими гражданами, рассказывал о ходе боевых действий на фронтах, о предстоящем возвращении на родину.

У репатриантов возникало много вопросов и сомнений. Приходилось отвечать на них, объяснять, успокаивать людей.

К началу ноября большая работа по сбору и учету репатриируемых в Бельгии была завершена. Стемасов выехал в Люксембург. Там он побывал на шахтах, где продолжали работать насильственно угнанные советские граждане. Были подготовлены списки угнанных и начата конкретная работа по отправке наших людей на родину.

В ходе этой деятельности, уже по возвращении в Бельгию, подполковнику Стемасову удалось захватить архив белоэмигрантов, сотрудничавших с фашистами. Эти документы были переправлены сначала в Лондон, потом в Москву.

18 февраля 1945 года конвой, состоящий из трех кораблей, вышел из Ливерпуля. Конечным пунктом маршрута была Одесса. На транспортах отправились на родину 9 тысяч советских граждан. Возглавлял конвой временный уполномоченный подполковник Степан Стемасов.

Репатриация прошла успешно, а Степан Иванович вскоре, вернулся в Лондон и продолжил свою работу в составе советской военной миссии.

Успешная работа Стемасова в Великобритании была отмечена высокой наградой. Он удостоился ордена Отечественной войны I степени.