Михаил Бобров – Запиханка из всего (страница 24)
– Странные вы люди – компьютерщики. Лиса попросишь – он и чайник починить пытается, и в розетку полезет, и приставку глянет. А ты вот, Шарк, посылаешь и утверждаешь, что это не твои обязанности.
– Ты фильм "Гонка" смотрел?
Индеец моргнул:
– Да, а при чем тут…
– Вот смотри: два человека. Один из них – Никки Лауда…
– Знаю. Чемпион мира.
– Он еще и механик, свои машины сам доводит. У него и в семье нормально, и вообще он просто классный дядька. А второй – водятел тазика, мастер спиливания пружин и неровного наклеивания тонировки, гордо зовет себя кастомайзером. И ты говоришь им одну и ту же фразу: "Я восхищен вашими успехами в автоспорте". В результате один из них начинает нудить, что он много работал над собой, это смысл его жизни, при этом бесконечно повторяет правила безопасности. А второй выдает: "Ха! Гляди, как я еще могу!"
Говоря все это, Шарк вынимал со стеллажа учебные ноутбуки, раскидывая их по столам – столы вынесли из ангара и расставили прямо в главном помещении только что фехтовавшие с Марком клубни. По всей видимости, они же занимались и у Шарка.
Осмотревшись, Шарк довольно потер ладони:
– Внимание, вопрос! Кто из них настоящий профессионал?
Марк хлопнул в ладоши.
– Я понял! На самом деле понял!
Сергей осторожно пристроился на крайнее справа место: будто бы нашелся свободный ноут. Открыл, включил: все привычно по интернату.
– …Всегда, когда вижу сообщение "kernel panic", представляю себе маленькое ядро с перекошенным лицом. Оно мечется в темноте, внутри процессора, и совершенно не знает, что делать. Сразу же пытаюсь как-то решить проблему, потому что так жалко становится…
– …А мне приснился сон, типа попросили посмотреть конфиги сервера, на котором работает наша Вселенная. Я посмотрел, подшаманил. Но, похоже, где-то ошибся, потому что после релоада конфига Солнечная Система немедленно свернулась в черную дыру.
Короткое хмыканье:
– Да, неудобно получилось… А я однажды сплю и понимаю: пора просыпаться. Завершаю сеанс сна. Сон заканчивается, но я не просыпаюсь. Понимаю, что сон смотрел по терминалу. Завершаю основной сеанс, просыпаюсь, начинаю смеяться.
Чуть поодаль беседовали девушки. Ингу, сестру Хорна, она же Инь-Янь, Сергей уже запомнил. Янь-Инь говорила с такой же, как сама, платиновой блондинкой:
– Понимаешь, что пересидела перед компьютером, когда сны начинают сниться в несколько окон – если в одном не происходит ничего интересного, можно переключиться на другое.
Блондинка стреляла глазками, с очевидным намеком спрашивая как бы в пространство:
– Объясни мне, чем отличаются операционные системы? Виндовс, макинтош, линукс этот ваш…
Конечно, тут же нашелся и парень, желающий объяснить:
– Ну, винда – это путь некроманта-ученика. Вроде поднял зомби, но ты его обтираешь, мазями лечишь, чтобы не упал и не сгнил.
Девушка взирала благосклонно, так что жертва продолжила:
– Макинтош… Вот купил раба за огромные деньги, и он пашет. Пофиг, что зомби выносливее. За негром зато присмотр не нужен.
– А линукс? – прощебетала блондинка до того сладким голоском, что даже Инь-Янь покривилась. Парень, конечно, не обратил никакого внимания, повествуя абсолютно счастливо:
– А это уже некромантия высокого уровня. Ходишь по кладбищам, ищешь запчасти, а потом сшиваешь зомби с тысячей свистелок и вопелок, зато настроенного строго под себя…
Над ухом Сергея тихонько, не мешая блондинке подсекать, заговорил Шарк:
– Нам рассказывали: “А что такое Unix?” – “Представь себе аэропорт”… Сергей, ты, может, знаешь эту шутку?
Сергей только вздохнул. В интернате сеть вроде как и наличествовала. Но в гомеопатических дозах. Кто бы позволил юмор читать!
– Не знаю.
– Тогда слушай дальше. Спрашивает молодой хакер у старого: в чем разница между операционками? Гуру ему отвечает…
Шарк показал руками перед собой нечто круглое:
– Представь себе аэропорт. В нем лайнер с удобными креслами, интерьер шикарный, ковры-светильники. Все садятся, самолет разгоняется, поднимает нос на взлет – и в таком положении зависает. Все выходят и перезагружаются. Это Windоws. Дальше стоит военный транспортник, типа С-130. На входе проверка, обыск, отпечатки пальцев. Зато гарантированно взлетает с первого раза, от стингеров теповые ловушки выпускает, от истребителей ракетами отбивается – и все в реальном времени. Это QNX.
Тут справа к Сергею придвинулась заинтересованная Инга – и парню опять стало жарко. Ну, теперь-то на нем штаны жесткие…
– А вот сползается толпа народу. Кто с крылом, кто с двиглом, кто с фюзеляжем. Все это склеивают прямо на полосе, перематывают волшебной синей изолентой, и потом толкают, чтобы взлетел. Это линукс.
– Шарк, а ты про UNIX не сказал?
Подачу Шарк принял с удовольствием:
– Инь-Янь, я же сказал: "представь себе аэропорт!"
На своем планшете Шарк видел, что пока не все ноутбуки поймали сеть, и потому знакомиться блондинке не мешал – та пользовалась вовсю:
– … Как правильно? Работать "на линуксе" или "под линуксом"?
Парень уже перешел к тонким, по его мнению, намекам:
– Это как секс – смотря кто сверху!
Тут ему всю малину обломал рослый Лис, которого небольшая щербинка в зубах делала еще обаятельней:
– А зато у вас на винде – “Центр программного обеспечения”, “Центр управления сетями и общим доступом”, “Центр синхронизации”, “Центр обновления”. Органы, типа, оккупационного управления!
И подмигнул блондинке. Парень глянул на рыжего конкурента злобно – Лис в ответ разулыбался нахально и показал взглядом на стену с мечами.
– В полдень, – буркнул парень, – Марк.
– Шарк, – ответил в рифму Лис, – программисты рулез! Ламеры рукожопы и потому маздай!
Шарк, неожиданно влезший в дуэль с лучшим бойцом клуба, только вздохнул:
– Сколько тебя учить… Вместо "рукожопый ламер" настоящие мастера говорят: "прожженый гуманитарий".
Прожженый гуманитарий Марк огрызнулся:
– Больше всего вы, программисты, похожи на котов. Притащите хозяину мышку – то ли в подарок, то ли науки ради – и сидите с довольной мордой. Но что человек не жрет мышей, и охотой на них не интересуется, до вас никак не дойдет… А лично тебе, Лис, презент. – Марк вытянул из конторки дежурного и показал всем приличной толщины брошюру. На обложке крупно – даже Сергей прекрасно разобрал – напечатано: «Как стать простым человеком: пособие для системных администраторов». И ниже, шрифтом поменьше, но Сергей все равно хорошо понял: “том 11, изд-во «Карательная Психиатрия» – М:, Проспект, 2011 г. – с.1024.”
Засмеялись. Шарк вышел на середину:
– Лис… Ты, чем кадрить молодежь, расскажи нам про стажировку в Google.
Лис опять улыбнулся в стиле “хочешь верь – хочешь не верь”:
– А что про Силиконовую долину рассказывать? Взяли там в проект странного парня… код пишет – говно, я так ему и сказал. Тот к менеджеру: типа, он Стенфорд заканчивал, и тут ему какой-то русский… И вообще, мол, понаехали тут! А это зря, наш-то менеджер – чистокровный индеец чероки. Он и зарядил этому арийцу: "Кому не нравятся понаехавшие, могут убираться в свою Англию".
– Короче, нормально там все, – Лис выбрал место на первом ряду и угомонился. Шарк уже развертывал в сети общую для всех программу; объявил тему занятия: выделение памяти. Сергею информатику преподавали в интернате, и куда лучше, нежели фехтование. Так что разницу между ссылкой и указателем объяснять не требовалось. Хотя задания оказались неожиданно увлекательными – парень даже забыл, что справа от него, практически плечом в плечо, уже добрых полчаса сидит самая настоящая девушка!
Инь-Янь пришла на занятие явно не кадрить парней: код у нее получался вполне осмысленный. Хотя исключения Сергей бы все-таки указывал вручную. Мало ли, как расставит условия компилятор. Если юниксовый gcc всегда проверяет сначала это, а потом вон то – виндовый C++ некоторые вещи делает в разном порядке, смотря на какую версию нарвешься… С другой стороны, вот в юниксах как раз-таки можно нарваться на watcom, а это вообще сон разума. Особенно первых релизов. Свобода же – стандартов нет…
После занятия Сергей помогал убирать ноутбуки, носил вместе со всеми столы обратно в ангар, слушал разговоры:
– … Сидишь такой, сосредоточенный на работе, долго не отвлекаешься. Сделаешь задачу, выдохнешь, распрямишься, ноги вытянешь, системник под столом носками туфель стукнешь… И тут мысль: “Да как я сюда попал?! Еще вчера же катился с горки на капоте от запорожца!”
– … Ну так вы взяли того новенького?
– Ну да. Прикинь, я говорю: “сам кодификатор”. А он переспрашивает: “Что еще за самка-дефекатор?” И тогда я понял, что тестировщика с более альтерантивными мыслями нам не найти!
– А в нашей компании лучший тестировщик – девушка. Те самые женские секретные умения. Аккуратность и внимательность, без которой малыш что-то сожрет или откуда-то свалится. По перемене дыхания понять, что ребенок засунул в нос бусину. И так далее. Я уж не говорю, что первым программистом вообще считается женщина, Ада Лавлейс. В честь ее даже язык назван.
– Если про языки, то пример неудачный. Джаву взять: женские сплетни. Много лишних слов, мало конкретики.
– Да ладно! Нормальный язык. Это “джава-скрипт” как общение двух… Э-э… Прожженных сантехников. Половина слов маты, а вторая половина – местоимения. Из-за динамической типизации и замыкания.