Михаил Беляев – Владыка Пустоты (страница 14)

Кто-то из одногруппников облегченно выдохнул, парочка даже засмеялась вместе с Кирсановым. Я с улыбкой обвел взглядом аудиторию.

Терпение, Ярослав, этот придурок уже почти на крючке. Пусть раздухарится посильнее. Нужно только забить очередной гвоздь в его самолюбие.

– Для дворянина ты слишком много болтаешь, – я хищно улыбнулся в ответ. – Ни дисциплины, ни мозгов. Такие, как ты, только на людях храбрятся, а на деле – ты очередной мамкин сосунок.

Кирсанов изменился в лице. Лицо побледнело, на глазах расцветая багровыми пятнами злости. Яростно раздув ноздри, он навел на меня напряженный палец и процедил, чеканя слова.

– Жалкое, обнищавшее посмешище. Я слышал, как десять лет назад, когда опричники пришли карать Вайнеров за измену, твой отец на коленях умолял их сохранить тебе жизнь. А твоя мать, как последняя шлюха, предлагала себя какому-то солдату, только бы её не убивали!

Смеявшиеся с ним минуту назад студенты мгновенно замолчали. Даже девчонка в толстых очках, протиравшая доску, застыла как вкопанная, уставившись на нас. Десятки глаз смотрели на меня.

Вот и оно. Слово сказано.

Непростительное оскорбление чести дворянина.

Похоже, до раздухарившегося Кирсанова тоже начало доходить, что он сделал. Натянув кривую усмешку, он уставился на меня и добавил.

– Я могу сделать так, что через месяц ты прибежишь ко мне и будешь на коленях умолять о дозе альвитина. Нихрена ты не сделаешь мне, Вайнер. У тебя ни власти, ни денег, ни силы. Ты просто мелкий, зазнавшийся прыщ, возомнивший себя наравне с дворянами.

Резко, на каблуках я повернулся – и подлетел к девчонке, застывшей у доски с тряпкой в руке. На ходу вырвал мокрую, пропитанную грязью тряпку, я рванул обратно. Краем глаза заметил, как в приоткрытой двери аудитории показалась Софья.

Она что-то сказала, но я даже не расслышал – в ушах боевыми барабанами гремела разогнавшаяся кровь.

– Ты… – начал Егор, но едва открыл рот, как я занес руку – и врезал тряпкой по роже Кирсанова.

Окружающие нас студенты застыли в изумлении. А я громко и отчетливо произнес.

– Егор Кирсанов. Я вызываю тебя на дуэль.

Глава 6.

Измазанная в серых следах мела и грязи, рожа Кирсанова вспыхнула от гнева.

– Принима…

– Оба, прекратите немедленно! – звонкий голос прервал его, не дав договорить.

В кабинет влетела Софья и встала между нами.

– Пошла вон, староста, – Егор сдвинул её в сторону и потянулся ко мне, явно намереваясь начать дуэль прямо здесь. Но едва он коснулся моей формы, как сзади донесся суховатый скрипучий голос.

– В чем дело, молодые люди?

– Профессор Потёмкин! – прошептала Софья, глядя на дверь восторженными глазами.

Цыкнув, Егор отпустил мою одежду. Мы оба обернулись к двери. В аудиторию вошел высокий, подтянутый мужчина в сером костюме с лацканами, отороченными золотой нитью. Блеснув узкими очками, он прошел через весь кабинет и, смерив нас строгим взглядом, обернулся к застывшим на своих местах ученикам.

– Ну?

Один из студентов поднялся с места.

– Ваша светлость, ээ… Вайнер вызвал на дуэль Кирсанова!

– Вот как? – он обернулся к нам с усмешкой. – И что же вам сделал господин Кирсанов?

– Оскорбил честь моей семьи.

Профессор взметнул седые брови.

– В первый же день учебы? Очень интересно. И что же, сударь, – он посмотрел на Егора. – Вы приняли вызов?

– Принял, – усмехнулся тот.

– Верно, вы не могли не принять, – заложив руки за спину, кивнул Потёмкин. – Иначе какой же вы дворянин. Честь нужно отстаивать, а за слова – отвечать, таков закон. Что же до господина Вайнера…

Он строго посмотрел на меня из-под седой чёлки.

– Я бы рекомендовал ему тщательнее выбирать себе соперников. Секундантов выберете после лекции. Господа студенты, садитесь на свои места. Начинаем занятие.

Ученики быстро уселись за парты. Я сел на бывшее место Егора, сразу за Софьей. Кирсанов, вытерев перепачканное лицо платком, на миг замер у моего стола, всем видом давая понять, чтобы я убирался отсюда. Но натолкнулся на полный игнор с моей стороны.

– Двигайся, – прошипел он.

– А не подвинусь, вызовешь на дуэль? – тихо усмехнулся я. – Обойди.

Поняв, что выглядит глупо, он скрипнул зубами и сел рядом со мной, – ровно туда, куда я сдвинул его вещи.

– Тебе конец, Вайнер, – просипел он, глядя на то, как профессор поднял тряпку и, положив ее у доски, взялся за мел.

– Итак, господа студенты, поздравляю с поступлением в Московский Императорский Университет. Меня зовут Потёмкин Евгений Фёдорович, граф, состою в Русской Академии Наук, изучаю физику альва-частиц.

Я заметил, как волнительно заёрзала Софья. Девчонка ловила каждое его слово.

– Первые два месяца вы будете учиться общим дисциплинам, но уже до первой сессии вам предстоит сделать выбор, на какой факультет идти. Я – декан факультета Кодексов и альва-частиц, и буду рад, если хотя бы некоторые из вас примут решение учиться дальше на моем факультете.

Он обернулся к аудитории.

– Должен предупредить, на нашем факультете учатся только дворяне. Как думаете, почему?

Староста тут же взметнула руку.

– Представьтесь, боярышня?..

– Аксеньева Софья Николаевна.

Он деловито цокнул языком.

– Аксеньевы, боевые маги… что ж, отвечайте.

– Магия, ваша светлость. Только дворяне могут творить магию.

– Верно, – улыбнулся он, жестом усаживая девушку обратно. – Наш мир пропитан альва-энергией, но лишь члены дворянских родов, в чьих жилах течёт кровь первых магов, способны трансформировать её в магию. Что же такое альва?

Софья снова взметнула руку и выпалила.

– Вид энергии, наполняющий всю нашу вселенную!

С задних рядов донеслись сдавленные смешки.

– Будьте сдержанней, боярышня, – под хихиканье аудитории ответил профессор. – И дайте другим показать свои знания. Но в целом верно. Альва – это частицы, пронизывающие наш мир. Они попадают в наши тела, где сразу преобразуются в энергию. Но если им это не удаётся? К примеру, мещане не владеют магией, но альва тоже попадает в их тела. Или если маг получит слишком большую дозу и вся альва не успеет преобразоваться, что происходит тогда?

Я знал ответ. Но взгляд упал на Софью. Та сидела смирно, на этот раз даже не порываясь поднять руку.

– Вайнер, ответьте вы.

– Ярослав Андреевич Вайнер, – представился я. – Альва-частицы начинают накапливаться в нервной ткани и облучать тело человека, постепенно разрушая и преобразуя клетки. При средней дозе, если человек не принимает альвитин, через месяц у него начинают кровоточить легкие. Ещё через два болезнь добирается до печени, дальше идет к почкам и…

Софья сидела как вкопанная, стиснув край тетрадки побелевшими от напряжения пальцами. Зуб даю, в Изыльметьеве она получила предельную дозу и вполне могла остаться инвалидом.

– И? Продолжайте.

– И когда добирается до мозга, человек теряет разум и превращается в альва-зомби.

– Верно, – кивнул он. – Удивлен, что студент-первокурсник знает такое. Сталкивались с альва-зомби, Вайнер?

Я заметил, как на меня с любопытством посмотрели несколько учеников с первых парт. Вряд ли наследники богатых семей хоть раз видели зомби вживую. Но есть вещи, о которых лучше молчать. Я пожал плечами.

– Просто подготовился.