Михаил Баковец – Создатель эхоров (страница 18)

— Судя по анкете, вы спортсменка, комсомолка и просто красивая девушка, — улыбнулся я. — В общем, мне вы очень нравитесь. Условие у меня одно — наш брак фиктивный. Я не хочу в двадцать три года обременять себя семьёй. Через пару лет — да, но не сейчас. Однако из Социального Комитета торопят с женитьбой и предлагают своих протеже. Так как там свободы выбора особой нет, плюс, воспитание у девушек довольно-таки хищническое, есть сомнения, что в случае пожелания развода я смогу его получить, по крайней мере, быстро получить. И решил остановиться на вашем агентстве.

— Мне придётся быть женой два года? — уточнила девушка.

— Скорее всего, нет. Как только ажиотаж ко мне со стороны эска исчезнет, мы разорвём брачный договор.

— Условия?

— А… хм, — всё-таки, я не удержался и почесал затылок.

— Вот здесь есть примерный регламент. Желаете ознакомиться?

Что-то этот разговор меня всё больше и больше напрягает. Всё сильнее кажется, что я покупаю машину или нечто похожее. Испытывая симпатию (а фирма и в самом деле неплоха, раз за пару дней смогли подобрать по моему запросу без лишних встреч и трат времени девушку, к которой у меня возникла симпатия с первого взгляда и в процессе беседы только положительные чувства только усилились) к Мире, подобное ощущение заставляло испытывать ещё и неловкость.

В списке, который мне подала гостья, было несколько вариантов развития наших отношений. От самых настоящих муж-жена-семья, до разграничений обязанностей, вплоть даже до посещения моего дома, ночёвки, похода в гости по графику.

— А какой вам лучше? — спросил я, запутавшись в вариантах. — Я с таким не сталкивался никогда, как бы чего не случилось лишнего.

— Мне? — девушка слегка усмехнулась и приподняла бровь. — Вы заключаете договор, вам нужно определяться.

— А потом можно, по ходу развития?

Та пожала плечами:

— Не хотелось бы. Документы нужно как можно скорее подать, для отправки тех в Комитет.

— М-да, не думал я, что так всё сложно, — вздохнул я.

Кое-как брачный договор был составлен. Основным условием шло моё желание в любой момент разорвать отношения и отсутствие претензий на моё имущество, имеющееся и купленное за время действия фиктивного брака (фиктивного, разумеется, мысленно, как говорится в математике: держим в уме). Плюс, любая информация обо мне нигде не должна засветиться. Точнее, Мира обязана была держать всё в секрете, все мои тайны, что узнает в процессе совместной жизни.

Ко всему прочему, с меня агентство запросило аж пять тысяч рублей! Немало, машина у Миры, стоит немного дороже, если привести пример. Но с другой стороны, фирма отвечала за предоставленные услуги и её юристы готовы были придти мне на помощь почти в любой момент, если проблемы возникнет по вине их сотрудницы и теперь — почти — моей жены. Да, да нравы в этом мире местами сильно отличаются от Земли-1.

Подписав все документы, я на следующий день, по пути заехав в офис ‘Олимпа’ для оплаты и передачи документов, встретился в торжественном зале в ‘Олимпе’ с девушкой и несколькими важными лицами из СК и компании. И вот тут я чуть не оконфузился, когда потребовалось подать кольца. Я-то их и не взял! Из головы совсем вылетела эта важная часть свадебного момента, сбили с толку все эти договоры и прочее, которые настроили меня на рабочий лад, с которым я в прошлой жизни покупал машины в салоне. К счастью, эти два золотых ободка нашлись у моей, хм, жены.

— Спасибо, — поблагодарил я девушку, когда церемонии закончилась.

— Не за что, — улыбнулась она. — Такое не раз случалось, поэтому кольца были приготовлены.

— А размер? Мой размер как подгадали? — я покрутил указательным и большим пальцем левой руки обручальное кольцо на пальце, которое сидело, как влитое.

— Повезло просто, — подмигнула она и потом тихо рассмеялась. — Шучу, у меня глазомер хороший, и вчера я хорошо рассмотрела. Куда сейчас?

— Да мне на работу… да уж, совсем уже. В ресторан, отмечать будем.

С Алесей и Дорой, я встретился через три дня после свадебной церемонии. Они не сразу поверили, что я уже окольцован. Надо было видеть их лица, когда показал свидетельство и из комнаты к ним вышла недовольная Мира. С другой стороны, сами виноваты, что так оконфузились, ведь были у меня на росписи их коллеги и должны были в базах СК пройти нужные данные по мне, но нет, поленились и вот результат — ушли красные, как помидоры.

— Как ты их, — ухмыльнулся я вслед женщинам, когда те выходили ошарашенные в калитку. — Прямо как на соперниц посмотрела, то-то их всех перекосило.

— А как я ещё должна смотреть на этих дамочек в доме моего мужа? — спокойно ответила мне Мира и чуть приподняла левую бровь.

А?! М-да.

Глава 8

Чем больше я жил в новом мире, тем сильнее понимал, что долго прятаться не выйдет. Рано или поздно на меня выйдут владельцы инъекции или представители спецслужб государств, ну или кланов. Я и в ‘мистику’ ударился, чтобы лучше узнать свои способности и суметь, если что, себя защитить. А сейчас, ещё и Миру, которая волей-неволей оказалась со мной связана.

Что сделать для того, чтобы не захрустеть, как орех между дверью и косяком? В идеале — стать сильным, получить пятый или шестой ранг. Не думаю, что кланы или госчиновники высшего ранга (а по сути те же кланы) решат давить на столь сильного эхора.

Задача попроще — войти в сильный клан, желательно на условии не рядовой пешки, а сильной фигуры или рядом с сильной фигурой. К примеру, мужем дочери главы клана или рода, потому как подчиняться я не хочу никому. А зятем, думаю, сильно помыкать никто не станет и другим не даст. И клан нужен европейский. У азиатов хороши жёны, но вот отношения начальник-подчинённый у них не сильно изменились со средних веков, когда было понятие феодал-вассал.

Ещё вариант — окружить себя сильными телохранителями их эхоров. Не ниже пятого ранга, а ещё лучше такими, как Руста. Или взять таких в жёны. О, это идея! Девушка с красивым акцентом, которая способна смять аж целую матку механоидов в лепёшку, будучи моей женой, только одним своим именем разгонит недоброжелателей. А если их будет десять? То-то и оно. Кристина мне, также понравилась. Не только внешностью, но и сильной рудилиевой энергетикой. Интересно, какой у неё ранг — четвёртый, пятый?

‘Хм, а если подобрать таких, кто станет мне благодарными до гроба. Например, как Кристина, которую я вытащил с того света. Немного некрасиво будет ставить условия, но чего ради спасения не сделаешь. Тем более, мы поможем друг другу’, — задумался я.

Идея стоит того, чтобы попытаться претворить в жизнь. Осталось только найти таких девушек.

— Русту, что ли, отыскать? — пробормотал я под нос. — Помниться, она пообещала мне себя в жёны за помощь. Медальон я ей вернул, а данное слово — нет.

— Сан? — из соседней комнаты выглянула Мира и вопросительно посмотрела на меня. — Звал?

— Нет… то есть, не знаешь, а где можно найти эхоров, которые получили сильные травмы или перегрузили себе энергетику и медленно умирают?

— Я не знаю точно. Кто-то остаётся на попечении кланов, свободные и одинокие эхоры почти всегда доживают в военных санаториях и госпиталях. Я могу узнать, если это очень важно.

— Не то чтобы важно, но интересно и будет полезно для меня.

— Хорошо, я завтра днём этим займусь, — кивнула мне девушка и ушла обратно.

Отношения у нас с Мирой были, э-э, наверное, дружески-деловые, как-то так. Секса не было и даже не знаю, как она отреагирует, если подойду к ней с таким предложением. Вроде как изначально так поставил, что наше общение — больше деловое. Но кто бы знал, как тяжело себя держать в руках, когда видишь рядом с собой такую красавицу! Может, устроить романтический вечер, с вином, ароматными свечами и попробовать соблазнить?

Вечером следующего дня Мира предоставила мне пять адресов санаториев, домов инвалидов и госпиталей, где жили (или доживали) искалеченные эхоры. А через три дня я стал по одному, их навещать. Свой интерес скрывал подарками, даром что ли на сайте этих заведений было указано, что принимают пожертвования и всяческую помощь? Перед этим не поленился навестить волонтёрскую службу и встать на испытательный срок, получив заламинированную картонку со своей фотографией и названием Фонда помощи. Теперь у меня имелось неплохое прикрытие для посещения больных.

Когда то улыбался, то строил скорбное лицо в больницах, я чувствовал сильную неловкость. Фактически, совершаю обман всех окружающих, а если смогу помочь кому-то, то немногим и не этим безруким и безногим молодым девушкам — эхорам второго ранга, и не той парочке, которые потеряли зрение и слух, а голова и шея у каждой первоуровневой эхоры похожи на запеченное яблоко после огня, который сжёг всё, что только можно на теле. И вот тем, и той, и тому мужчине, от которого остался обрубок вместо нормального тела.

‘Чёрт, тяжело как’.

Кажется, сама атмосфера в больничных заведениях давила на меня своей невидимой энергетикой.

Состояние моё было замечено Мирой. Вечером, когда я сидел мрачным в кресле-качалке перед окном и смотрел на клумбу на своём участке, рядом возникла девушка. Положив руки мне на плечи, она стала легонько массировать мышцы.

— Сан, а зачем тебе это всё нужно? Я же вижу, как тебе тяжело даётся посещение больниц, — сказала она.